Айгуль Малахова – Общага (страница 1)
Айгуль Малахова
Общага
Часть 1
Общежитие было убогим. Старое, обшарпанное здание с потрескавшейся, кое-где отвалившейся штукатуркой и колоритной помойкой в центре двора, от которой ветер доносил соответствующие запахи – было недостойно печатных эпитетов. На язык просилась только нецензурная лексика, особенно после того, как Сеня увидел крысу, а потом её страшную смерть. Зрелище было отвратительным и одновременно завораживающим.
И это в столице! Пусть на окраине, но всё же! В двадцать первом веке, когда с электро-самокатами диалоги о жизни можно вести! Арсений Макаров только подходил к общежитию, сверяясь с навигатором, отказываясь верить тому, что какое-то время придётся жить здесь. Навстречу ему из-под крыльца вылезла отвратительная серо-бурая крыса. Она посмотрела на опешившего парня невозмутимым взглядом, словно оценивая, стоит ли бояться чужака. Видимо, решив, что парень не представляет собой никакой опасности, грызун неспешно отправился в сторону мусорного контейнера. Сеня, приоткрыв рот, смотрел ей вслед. В этот момент ему пришло в голову, что крыса, наверное, ещё и насвистывает под нос, так вальяжно она шла. Даже у себя в посёлке он не видел таких больших и бесстрашных грызунов!
Неизвестно, что произошло бы дальше, возможно, животное показало Сене средний палец или улеглось загорать во дворе, если б не появилась ворона. Она вынырнула из-под козырька здания и тяжёлым истребителем спикировала на голову крысе. Грызун ловко увернулся от пролетевшей над ним птицы и кинулся в сторону помойки, пытаясь укрыться. Но там его уже ожидала другая ворона, возможно, самец. Он легко спикировал на крысу и погнал её в обратную сторону. А с другого конца уже вновь мчался пернатый истребитель. И опять – крыса кинулась бежать.
В итоге, вороны загоняли крысу настолько, что она замерла на месте. У неё почти не осталось сил сопротивляться или бежать, когда первая ворона примерилась и налетела прямо на грызуна. Огромный клюв с размаху вонзился в крысиную голову. Та отчаянно пискнула, попыталась удрать, но ещё пара ударов мощным клювом довершили расправу.
Совсем забывшись, Арсений опустил сумку прямо в пыль, не в силах оторваться от эпической схватки. Между тем вороны дружно уселись пиршествовать поверженным врагом.
– Ты новенький? – Сеня вздрогнул от мужского голоса над ухом.
Повернувшись, он увидел на крыльце парня примерно своих лет. Несмотря на июльскую жару, тот был одет в чёрную форму.
– Ну да, – Макаров прочистил горло, почувствовав себя неловко. Словно подсматривал за чем-то запрещённым, а его поймали.
– Ясно. Я здешний охранник, Василий. Пойдём, провожу тебя к коменданту, – Вася повернулся спиной, показав надпись «Охрана», и скрылся за дверью.
Чуть помедлив, Сеня оглянулся. Вороны улетели, оставив посреди двора разодранный труп крысы. Покачав головой, Арсений вошёл в общежитие. Внутри общага представляла не менее печальное зрелище. Стены с облупившейся краской дурацкого розового цвета, стойка, больше напоминавшая старинный комод, обшарпанный и даже кое-где обгрызенный, потолок в жёлтых разводах и серая, затёртая множеством прошедших по ней ног, лестница – всё просто умоляло о ремонте.
Василий проводил Сеню на второй этаж, такой же унылый, как первый, остановился перед дверью с табличкой «Комендант» и негромко постучал. Выглянул мужичок с наружностью редкостной мерзости. Сквозь одутловатые щёки, заросшие чёрной щетиной, налитые яростью глаза, куцые усики – явственно просвечивались слова: «сволочь» и «подлец». Неизвестно, по какой причине, при виде коменданта Сеню посетили именно такие мысли, но он почти сразу испытал к мужчине острую неприязнь.
– Ну?! – глядя исподлобья, рявкнул мужичок вместо приветствия.
– Георгий Николаич, тут новый постоялец, – тыкая пальцем в Сеню, сказал охранник.
– А. Из «Воронина»? – чуть смягчился комендант и без дальнейших объяснений захлопнул дверь перед лицом посетителей.
Обескураженный Арсений хотел было поинтересоваться в чём смысл этой фишки, когда дверь вновь распахнулась и перед ними во всей красе: белой майке с жёлтыми разводами и пятнами, растянутых на коленях трениках и резиновых тапочках на босу ногу – вновь появился Георгий Николаевич. Он протянул руку Сене, буркнул:
– Направление!
И тут же, не дожидаясь ответа, направился по коридору.
– Иди за ним. И бумаги отдай, – пояснил охранник зависшему было Арсению и быстренько ретировался.
Сеня едва догнал размашисто шагающего Георгия Николаевича, на ходу доставая направление из «ИП Воронина», в котором ему предстояло трудиться. Комендант остановился перед ничем не примечательной дверью, такой же обшарпанной, как и все остальные. Цифры на ней обозначали, что это была комната двести пятнадцать.
Открыв дверь, комендант приглашающе махнул парню и остановился на пороге. С некоторой опаской Сеня вошёл в комнату. Узкая, с двумя рядами двухъярусных кроватей – она производила удручающее впечатление. Места здесь было ровно столько, чтобы между ними смог передвигаться один человек. А спальных мест между тем парень насчитал восемь.
Единственное, что порадовало – огромное окно. «Хотя бы не душно будет», – утешая себя, подумал Сеня, а вслух спросил:
–– А какую кровать занимать?
–– Да какую пожелаешь! Ваша вахта только заселяется. Ты первый. Поэтому выбирай любую шконку, – отозвался комендант и ловко выхватил у Макарова из руки направление, – давай, устраивайся, потом придёшь ко мне за постельным бельём. Приходится и за кастеляншу работать. Чёртов кастелян Завадский пропал без следа. Пару дней уже не можем найти. Странный был парень, я столько раз пожалел, что взял его на работу! Надо баб на работу брать, они без закидонов. Так, ещё и выяснилось, что этот художник от слова «худо» испортил стену на складе. Нарисовал в человеческий рост какого-то урода. Уборщица не смогла оттереть. Гадёныш несмываемыми маркерами пользовался. Может, поэтому и сбежал, маленький засранец. Тогда ему повезло. Я бы ему башку тупую открутил. Но ничего, я из его зарплаты куплю краску и замажу все художества.
Георгий Николаевич сокрушённо махнул рукой и бесшумно закрыл за собой дверь, оставив Арсения озираться вокруг.
Макаров выбрал нижнюю кровать возле окна, сбросил на пол сумку, расправил свёрнутый рулетом куцый матрац и уселся прямо на него, задумчиво глядя в окно. Вот и началась самостоятельная жизнь. Отслужив в армии, двадцатилетний парень вернулся в родное село, в котором работы не было. Хотя нет, можно было батрачить на местного фермера за копейки и продукцию. Но Сене хотелось большего. Поэтому, когда мама рассказала про соседского Кольку, который привёз со столичной вахты хорошую зарплату – Арсений встрепенулся и, недолго думая, направился к Коляну – узнать, что, где и когда.
Колька дал ему контакты менеджера. С тех пор не прошло пары недель, как Сеня приехал на свою первую в жизни вахту. Правда, не так он представлял себе всё, совсем не так. Вместо сияющей столичной красоты город встретил Макарова убогой общагой. Ну да и ладно. Месяц, а то и другой перетерпит. Работу на складе осилит, он довольно высокий и крепкий, тем более Колян растолковал все тонкости и хитрости. Зато потом… Что будет потом, Арсений придумать не успел. Дверь без стука открылась, и на пороге появился худенький подросток.
Макаров едва хотел сказать, что парнишка ошибся и здесь комната вахтовиков, как за спиной мальчишки выросла угрюмая морда коменданта, который процедил:
–– Твой коллега. Знакомься, – и Георгий Николаевич снова исчез.
Коллега? Пока Сеня удивлённо таращился на вновь прибывшего, то шустро прошёл на место напротив кровати Макарова, скинул на пол сумку и протянул руку:
–– Алекс Колесников.
Он произнёс фразу ломким баском. Арсений едва не рассмеялся. «Какой ты Алекс?» – захотелось сказать ему, но вместо этого он пожал худую ладонь и улыбнулся:
–– Арсений Макаров. Можно Сеня. Алекс – это Алексей?
–– Ну да, – ответил парнишка, – но мне больше нравится Алекс.
У Макарова так чесался язык спросить, сколько лет парнишке, что он даже губу прикусил.
–– Мне двадцать пять неделю тому назад исполнилось, – словно услышав невысказанный вопрос, ответил Алексей.
Изумлённо вскинув на парня глаза, Арсений промолчал. Пристальнее вглядевшись увидел, что, несмотря на щуплость и невысокий рост, взгляд у Алекса далеко не наивный. Про себя Сеня решил, что будет называть его Лёшей. Пожалуй, даже Алёшенькой. Ибо имя Алекс подходило парнишке примерно так же, как Джеймс Бонд.
–– Пойдём за постельным бельём, что ли? – предложил Лёша.
Выйдя в длинный коридор, они отправились к начальнику общаги. Им навстречу попалась пожилая женщина в синем рабочем халате и розовых резиновых тапочках. Её седые волосы были собраны в неряшливый пучок. Уборщица мыла полы, небрежно шлёпая тряпкой по старому линолеуму, оставляя грязные разводы и что-то бормотала себе под нос.
Заметив идущих ей навстречу парней, женщина посмотрела ненавидящим взглядом, приказала:
–– Не топтать! – и буравила их маленькими глазками, пока оба на цыпочках дошли до кабинета коменданта.
–– Странные они тут! – шепнул Лёша, выразительно качая головой.
Сеня только согласно кивнул. Он придерживался такого же мнения. Вежливо постучав, парни подождали ответа. Комендант не заставил себя долго ждать. Распахнув дверь, он окинул парней хмурым взглядом, тяжело вздохнул и вышел. Направился по коридору, бросив на ходу: