Айгуль Гилязова – Правильная (страница 4)

В старших классах, когда одноклассницы выходили гулять с парнями, она готовилась к ЕГЭ, ведь, хорошая девочка ко всему прочему должна быть образованной.

Как-то раз Даша набралась дерзости и нарушила устав. Было ей тогда четырнадцать. Соня в то время встречалась с парнем на один класс старше, а его другу, Матвею, как выяснилось, нравилась Даша. Первый раз с Матвеем они заговорили в школьном коридоре. Когда Даша стояла у окна со своей подругой, обсуждая что-то нелепое, что могут обсуждать только девочки в подростковом возрасте, к ним подошли парень Сони с Матвеем. Разговор получился неуклюжим и происходил только под предлогом того, что нужно чем-то себя занять, пока влюблённые друзья обнимались в стороне.

Позже Матвей через друга пригласил Дашу на свидание. Приглашение, как и само свидание, получилось нелепым. Матвей сказал слова приглашения своему другу, тот передал всё Соне, а Соня – Даше. По принципу «сломанного телефона» до Даши дошло выражение «Матвей очень сильно тебя любит, но боится сам подойти. Пойдёшь с ним вечером в кино?». Ответ до влюблённого парня дошёл в обратном порядке: от Даши до Сони, потом та передала её слова своему парню, а тот – своему другу.

Вечером состоялось свидание. Хотя и свиданием это было трудно назвать, потому что в кино они пошли вчетвером.

Когда на экране была сцена поцелуя, Матвей взял Дашу за руку. Тогда это был самый волнительный момент в жизни четырнадцатилетней девушки. Она волновалась так сильно, что не знала куда деть ноги, а рука уже десятый раз суетливо потянулась поправить причёску. Заметив, что он слегка наклонился в её сторону, свободная рука судорожно принялась запихивать в рот попкорн. Не поцелует же он её, пока она жуёт! Очень хотелось, чтобы он поцеловал её хотя бы в щёку, но в то же время было невообразимо страшно. Пока Матвей держал её ладонь, Даша, вместо того, чтобы смотреть фильм, думала, что делать, если он всё же сделает то, чего она так боялась и одновременно хотела. Поцеловать в ответ? А вдруг он сочтёт, что она слишком неправильная, что целуется на первом свидании с едва знакомым человеком. Да и целоваться она не умеет, не пробовала ни разу. Даже на помидорах не училась, как делала Соня до того, как у неё появился парень. От груза принятия сложного решения спас звонок от мамы.

– Даша, ты где?! – Спросила мать с присущей ей строгостью в голосе.

Девочка слышала её голос в трубке телефона, а перед глазами чётко нарисовалось суровое лицо родителя, смотрящего ей прямо в глаза в ожидании ответа.

– Мам, я в кино. – Объяснилась она.

– Ничего не слышу, там очень шумно!

– Мам, мне неудобно разговаривать. – Попыталась отложить телефонный разговор до окончания фильма.

– Даша, тебя плохо слышно. Найди тихое место и перезвони мне!

Даша перезвонила через три минуты, когда вышла в коридор. Мать к этому моменту была вся на нервах.

– Почему там так шумно? Ты что, в каком-нибудь клубе? – По голосу матери было слышно, что она очень зла. И только сейчас Даша вспомнила, что переволновалась из-за первого в её жизни свидания и забыла предупредить родителей о том, куда идёт.

– Мам, какой клуб? Я в кино. И ещё только половина восьмого, – поспешила она оправдаться, хотя о времени речь не шла.

– С кем в кино?

– С Соней, ты её знаешь, – хоть Даша и не хотела говорить о парнях, которые были с ними, врать она не умела. И ответ её прозвучал как начало предложения.

– И ещё с кем? Ты чего-то не договариваешь. – Заметила женщина, прочитав по голосу дочери недосказанность.

– Ну, тут парень Сони и его друг, Матвей.

– Что ещё за Матвей? Он тебя старше?

– Всего на год. Мам, не волнуйся…

– Скажи, в каком ты кинотеатре, я тебя заберу.

– Да не надо. Через час фильм закончится, я приеду. – Сказала вопрошающим голосом.

– Даша! Мало того, что ты, не сказав мне, пошла куда-то, так ещё и с парнями, которые старше тебя. Скажи в каком ты кинотеатре, я уже выезжаю!

Даше ничего не оставалось, как пойти в зал за своей сумкой. Пока шла, она мечтала о том, что Матвей, не желая её отпускать, поцелует прямо в губы. Пусть это будет не в тему и даже нелепо, но ей этого хотелось тогда больше всего.

– Ты уже уходишь? Давай я тебя провожу, – Предложил парень и уже собирался было выходить вместе с ней.

– Да, за мной мама приедет, – ответила, чуть постеснявшись.

– Ребята, давайте потише! – Возмутился кто-то из зала.

Провожать Дашу Матвей не стал, а первый поцелуй пришлось отложить на неизвестный срок.

В машине ей пришлось выслушивать речь, которая длилась от кинотеатра до парковки рядом с домом.

– Так поступать неправильно, нужно предупреждать родителей, куда идёшь! А уж идти куда-то с мальчиками постарше – уму не постижимо. Тебе всего четырнадцать, Даша!

Мать требовала честно рассказать всё, что произошло, и Даша, которую учили, что хорошая девочка должна быть честной, рассказала о том, что они с Матвеем держались за руки и что он, кажется, хотел её поцеловать. Умолчала лишь о том, что хотела ответить взаимностью и даже подумывала о том, чтобы сама прижаться губами к его губам, если тот будет медлить.

– Больше никаких мальчиков! – Сделала мама итоги беседы. – Ещё оделась как… – она долго решалась сказать какое-то слово, какое – в свои четырнадцать Даша не представляла, но уже сейчас, вспоминая этот эпизод, могла догадаться. Мать всё же не решилась произнести это вслух, бегала секунд пять вниз-вверх по одежде дочери и нашла слово помягче. – Бесстыжая! Сразу бы без штанов пошла.

Даша посмотрела на свою одежду. Кофта как кофта, нигде ничего не торчит, а к шортам, которые были сантиметров на пятнадцать выше колен, раньше претензий у родителей не было. Но с тех пор она не решалась их надевать, как и не решалась пойти с кем-то на свидание. До тех пор, пока не появился Лёша.

В тот момент двадцатитрехлетний парень уже учился в магистратуре.

«На шесть лет старше тебя?!» – возмутились родители, а при знакомстве провели для него полноценное собеседование со всеми сопутствующими вопросами и проверкой на прочность чувств. Отец сразу обозначил свою позицию: просто погулять, а потом бросить с его дочкой не получится. Так, в восемнадцать лет Даша уже пошла в ЗАГС.

К семейной жизни Алексей в финансовом плане был не готов. Но родители Даши решили и этот вопрос. На свадьбу подарили им квартиру, а зятя устроили на хорошую работу через знакомых отца.

С тех пор Лёша встал на ноги в полной мере. За прошедшие пять лет он получил четыре повышения, смог заработать на более хорошую квартиру в новом доме, и по возможности возил любимую жену на море.

Даша за эти пять лет получила красный аттестат, получив хорошие баллы по ЕГЭ, поступила в институт, заполучив бюджетное место, и училась на одни пятёрки. Училась она старательно, хоть и не собиралась применять диплом после его получения, так как муж говорил, что работать ей не обязательно.

– Только если захочешь. – Говорил он, когда речь заходила о том, будет ли Даша работать.

– Хорошо живёшь, – говорили подруги из института, которым приходилось довольствоваться стипендией и тем немногим, что родители выдавали им на карманные расходы.

– Очень хорошо, – улыбалась, она, но на душе было не то.

Печаль Даша никогда не показывала. Хорошие девочки не жалуются на свою жизнь.

Да и с чего бы ей жаловаться? Муж, о котором многие могут только мечтать, завистливые взгляды, не работала ни дня в своей жизни и не собиралась, живёт в большой квартире, летает заграницу отдыхать. Но продолжает тайно завидовать тем, чья жизнь, казалось бы, сложилась хуже, чем у неё.

«Ну и чего тебе не хватает?», – часто упрекала она себя.

«Безумств, неправильности, нарушения правил! Того, что остальным дозволено, а тебе нет!», – отвечало сердце.

Но Даша этот ответ упорно игнорировала и делала вывод:

«Дура ты!».

В споре разума и души она уже по привычке слушалась первого, считая второго детским капризом. Игнорируя этот голос, она надеялась избавиться от навязчивых и бредовых желаний сделать что-то выходящее за нормы правильного, которым её научили.

Какое-то время казалось, что всё получилось. Голос замолк. Но вместе с ним замолкли и все остальные голоса. Ей больше ничего не было интересно. Прежние желания она запрятала в глубинах разума, а новые не появились. Поэтому на местах ушедших желаний образовалась пустота, а сама девушка чувствовала себя так, будто её крылья обмотали крепким скотчем вокруг туловища, не оставив возможности их расправить.

После разговоров с Соней, которая могла себе позволить вольности в высказываниях и действиях, которые для самой Даши были под абсолютным табу, она поняла, что чем дольше отказывается слышать голос, требующий безрассудства, тем сильнее он кричит.

***

Даша с Соней проехали половину пути в переполненном автобусе почти в полной тишине. Только окружающие вели свои беседы, что слышалось, как оглушающий гул, но никак не ложился в связный текст. В окне мелькали пешеходы и здания, а впереди Даша увидела свой дом. Подъезжая к своей остановке, она встала.

– Жду от тебя ответ по поводу субботы, – сказала Соня.

– Субботы? – Спросила удивлённо, уже успев забыть дневной разговор в кафе.

– Ну да, мы же хотели в стри…

Даша, резко вспомнив предложение подруги и застыдившись от одной только мысли, что та сейчас на весь автобус громко произнесёт «стрип-клуб», прервала: