Айгуль Галиакберова – Путь ветра (страница 2)

Она поспешно продала квартиру соседке и переехала с сыном в деревню, чтобы рожать уже на новом месте.

Только на деле вышло не так хорошо, как ожидала Марина. Домик был старый. Добрая часть вырученных денег пошла на ремонт крыши, новые окна и двери, мебель и бытовую технику: старенький холодильник отказался включаться. Ей бы приехать сюда заранее, осмотреться, оценить обстановку. Но так поступить женщина не догадалась: привыкла, что серьёзные бытовые вопросы решает муж. А потом уже было поздно.

На оставшиеся от продажи квартиры деньги семье надо было продержаться три года – до выхода Алёши в детский сад. И они держались как могли. Марина вечерами оставляла младшего с Петей, а сама бегала мыть полы в сельсовет, куда её взяли на половину ставки. Она специально не отлучала малыша от груди, чтобы ему всегда было чем перекусить, ведь смесь – это дополнительная статья расходов. Когда ребёнку исполнилось два года, он пошёл в ясли, а Марина нашла ещё одну подработку. На полный рабочий день выходить не могла: малыш часто болел. И снова выручал старший сын: водился с братишкой, помогал с домашними делами.

Так вдвоём с Петей они тянули лямку, пытаясь свести концы с концами. Теперь уже Марина жалела о продаже квартиры: в городе больше возможностей подзаработать, жизнь хоть и дороже, но физически легче. Но прошлое не воротится, как поётся в одной песне.

Пете в деревне нравилось. Ему была приятна простая жизнь, без городских сложностей. Ведь в Казани, чтобы добраться до нужного места, приходилось садиться в городской транспорт, а самостоятельно это делать запрещалось. Даже из школы, которая находилась в соседнем дворе, его встречала мама – таковы были правила городской школы.

В деревне же можно уйти, куда душа пожелает; его никто не контролировал: опасностей здесь нет, машины на больших скоростях не ездят. Душа часто звала мальчика поближе к озеру. А ещё Петя любил возиться с землёй – он часто заходил на огород «с проверкой», не нужно ли чего сделать. Люди в деревне тоже были проще, бесхитростнее. Физический труд сближал.

Пете нравилось топить баню и жечь костры. Он мог подолгу сидеть и наблюдать, как языки пламени, облизываясь, сжирают дрова. Ни один из огненных лепестков не имел брата-близнеца – это восхищало мальчика. Он быстро освоился в загородной жизни, и среди пятиклассников за ним закрепилась репутация «своего» парня.

Рассудительностью, которой с лихвой его наградила природа, он удивлял учителей. Прежде чем что-то сделать, он давал себе время подумать, оценить возможные последствия. Потому в драках и других мальчишеских выходках замечен не был. Но «забитым» его назвать язык не поворачивался. Петя будто существовал обособленно. И из-за этого казалось, что он старше одноклассников.

Одно огорчало мальчика – не было в деревне автосервиса. Любовь к авторемонту передалась ему с кровью отца. Он с малых лет ходил с Алексеем в гараж, мог часами сидеть и заворожённо смотреть, как отец колдует над очередным автомобилем. Своё будущее он тоже связывал с авто механикой. А как иначе?

И всё бы ничего, если бы не эти проклятые вёсны!

Глава 3

В седьмом классе пришёл новенький – Антон Шишкарёв. Его родители поддались современной моде на загородную недвижимость и быстро построили на заброшенном участке дом-музей, с колоннами, коваными воротами и камерами видеонаблюдения.

Отец Антона был каким-то крупным начальником в столице, односельчане видели его редко. Андрей Эдуардович ежедневно ездил в город с водителем, а выходные предпочитал проводить в беседке за высоким забором, откуда доносился аромат шашлыка, шансон и смех гостей.

Почему Антон не остался учиться в престижной гимназии, осталось загадкой. Поговаривали, что у него возникли проблемы – то ли с наркотиками, то ли с законом. Хотя всё это запросто могло оказаться деревенской байкой.

Новенький вёл себя нагло, провоцировал драки со сверстниками, дерзил учителям. Однажды учитель биологии, мужчина уже не молодой, сделал мальчику резкое замечание и выпроводил в коридор за сорванный урок. Через три дня учитель ушёл на заслуженную пенсию, а биологию стала вести географичка. Преподаватели старались не ввязываться в споры с Антоном и на многое закрывали глаза.

Очень скоро возле Шишкарёва собралась толпа его поклонников, а вернее, прислужников. Многим нравилась мнимая дружба с ним. К слову, ораторские способности у мальчика были отменные. Он запросто мог сорвать урок или организовать поход. Если у него было хорошее настроение, то его харизма была направлена в мирное русло. Шутками, весёлыми приказами он вёл за собой весь класс. Однако стоило его миру дать трещину, как злоба вытекала сквозь щели души и проливалась на ближайшее окружение. Осмеять одноклассника, обидеть девчонку, устроить тёмную для него не составляло труда.

Петя не стремился быть в свите Антона, но и не избегал его. Шишкарёв просто не существовал в Петином мире.

Вражда началась между ними после одного случая. Это произошло в ноябре, после осенних каникул. На улице было слякотно. Осень казалась бесконечно длинной, и все ждали первого мороза. Перед уроком физкультуры Антон увидел, как Петя отмывал в туалете подошвы кроссовок, и в спортзале понял, что одноклассник обувь не сменил.

– А что, разве можно на физру без сменки? – громко поинтересовался он у учителя.

– Нет, Антон, будь добр, приноси кроссовки, в которых ты не бываешь на улице.

– А почему тогда Мурзину можно? У него кроссы уличные, он их в толчке надраивает, сам видел!

Физрук растерялся. Он, конечно, знал, что у Пети нет второй пары кроссовок, но он знал и то, что тот добросовестно отмывает уличную обувь перед каждым уроком. Материальное положение Мурзиных не было для него секретом: деревня не город, да и, просто приглядевшись к парню, можно понять, что лишняя пара кроссовок не по карману семье. Но чем-то нравился ему Мурзин, был в нём стрежень. И то, что он сам, без подсказки, намывал обувь, добавляло уважения.

И всё-таки правила есть правила, Антон прав. Да и не хочется связываться с этим Шишкарёвым, уж больно он наглый, просто так не отстанет, физруку лишние проблемы ни к чему.

– Мурзин, ты в уличных кроссовках?

– Да, Сергей Владимирович.

– Почему? Забыл сменку?

– У меня нет других кроссовок. Но эти чистые, полы не испачкают, – Петя открыто смотрел на учителя, не ожидая снисхождения, не стесняясь ответов.

Сергей Владимирович был в замешательстве: поступить по правилам или по-человечески?

– Мурзин, покинь спортзал. И приходи на урок в сменной обуви.

Петя чуть покраснел и направился к двери. А вслед ему послышался насмешливый голос Антона:

– Босяк! Ребята, а давайте скинемся и купим Мурзину кроссы!

Класс взорвался смехом, который раскатился по спортзалу как гром. Щёки Пети стали ещё ярче, губы сжались в тонкую нить. Он хмуро оглянулся на одноклассников, потоптался у двери, словно хотел что-то сказать в свою защиту, но, передумав, вышел.

Только сам Петя знал, каких усилий ему понадобилось, чтобы не заехать Антону по физиономии. Выйдя из спортзала, он не остался на следующий урок, а выскочил из школы и побежал за деревню.

Дорогу местами размыло от частых дождей, но Петя бежал и бежал, пока не остановился возле старого клёна у кромки леса. Там он со злостью принялся пинать ствол. Ветки дерева тряслись от ударов, осыпая мальчика пожухлыми листьями. Глухие удары раздавались эхом в пустом лесу. Петя пинал дерево, представляя перед собой нахального одноклассника.

Минут через десять он выбился из сил, присел на поваленное рядом дерево и обнял колени ногами. Злость утихла, дыхание почти выровнялось; и спустя двадцать минут он вновь ощутил способность рассуждать спокойно.

Петю огорчало отсутствие в семье «лишних» денег. И он прекрасно понимал, что его желания не были роскошью. Сменная обувь, новый рюкзак и джинсы – не такие уж барские запросы. Однако он также понимал, что даже половины из этого перечня они не в состоянии купить.

Ещё его удивляло поведение одноклассников. Больших заработков в деревне нет – многие семьи живут, что называется, от зарплаты до зарплаты. Но раньше на это не обращали внимания. Дети зажиточных родителей дружили с детьми, чьи родители зарабатывали гораздо меньше. Были общие игры, интересы и, даже понимая, что уровень дохода семей разный, ребята не делали из этого великого события, не обсуждали и тем более не высмеивали.

Но всё изменилось с появлением Шишкарёва. Он будто околдовал всех, и вот уже более обеспеченные дети смотрят свысока на тех, чьи родители работают простыми рабочими. Девочки осуждают одноклассниц, которые «целую неделю ходят в одной юбке».

«Как люди могут так быстро меняться? – задавал в никуда вопросы Петя. – Да и какая разница, кто во что одет? Можно ведь надеть самое новое, но выглядеть неопрятно. А можно и скромные вещи поддерживать в чистоте. Говорят: встречают по одёжке, а провожают по уму. Разве это так? Кажется, с момента, как придумали эту пословицу, мир перевернулся с ног на голову, и „одёжка“ сейчас играет решающую роль».

Вскоре Петя почувствовал, что замёрз, и отправился обратно; грязные брюки и обувь требовали чистки и стирки. Придётся затопить баню, чтобы всё успело просохнуть, иначе завтра в школу идти не в чем. Где бы раздобыть денег, чтобы купить обновки и себе, и маме, и Алёшке не донашивать то, что соседи дают?