Ая Кучер – Предатель. Цена ошибки (страница 7)

– Разводитесь? Я что-то не поняла, – представляю как мама хмурится, всхлип вырывается наружу. – Как это вы разводитесь? На Новый год вы приезжали и всё было хорошо.

– Ну, вот так, мам. И я…

– Что ты натворила уже?

– Мам! Почему виновата обязательно я? Демид меня из дома выгнал, просто на улицу. И он хороший после этого? Если бы ты знала, что он мне наговорил…

– Демид бы не сделал так, прекрати. У всех бывают ссоры, но не стоит на мужа наговаривать. В конце концов, вы помиритесь, и тебе будет стыдно за эти слова. Приезжай, раз такое дело. Но я надеюсь, что ты образумишься и вернешься к Демиду.

– Ага.

Я сбрасываю вызов, не прощаясь. Если услышу ещё хоть слово… Хоть намёк про то, что это я не справилась с браком… Нет, мне нельзя волноваться, нельзя.

Это ведь на одну ночь, я выдержу. Всего несколько часов ничего не изменят. Закроюсь в своей старой спальне, главное не начинать обсуждения с мамой. Её слова уже достаточно ранили.

Я не понимаю, почему всегда виноватой оказываюсь я. Чтобы не сделала, какой бы выбор не делала – в ответ слышала лишь упреки про то, что можно было лучше. По-другому. Умнее. Успешнее. Добиться большего к моему возрасту.

Я должна радоваться тому, что сегодня есть где переночевать. Но не могу сдвинуться с места. Малодушничаю, выбираю ещё недолго постоять на улице. Отойти от этого разговора, подготовиться к новому.

Открываю сайт с поиском жилья, переминаюсь с ноги на ногу. Лучше так, сразу. Потом опять забуду, ни к чему не буду готова. Я буду чувствовать себя уверенней, если поеду к маме уже с запасным вариантом.

Только все объявления, которые мне подходят, слишком далеко. Либо возле больницы, но с ценой как за квартиру, а по факту – маленькая комната.

Я перебираюсь в небольшое кафе через дорогу, где мы часто пили с коллегами кофе. Заказываю только черный чай, копаюсь в сумке, достаю оттуда кошелек.

Корю себя за то, какой беспечной была. Легко относилась к жизни, слишком верила в нашу с Демидом семейную жизнь. Будь я умнее, имела бы запас на черный день. План действий, брачный договор, в конце концов.

Но Демид был стихией. Ворвался в мою жизнь. Сначала раздражал, потом покорил. Всё так быстро происходило, как налёт «Золотой орды» на Киевскую Русь. Влетел, украл меня, не оставляя шансов отбиться и сохранить остатки разума.

А теперь я сжимаю в руках свой оранжевый кошелек и не знаю, сколько там есть денег. Я откладывала зарплату, но тратила на праздники. Хотелось делать мужу подарки с собственных денег, казалось более личным.

Всё напряжение лопается мыльным пузырем, когда я пересчитываю наличку. Здесь намного больше, чем я ожидала. Всё никак не привыкну, что после ординатуры ставка у меня стала выше.

Мне должно хватить на гарантию и плату за первый месяц. Конечно, лучше выбирать скромный вариант, чтобы не покрывать лишь запасами… Но я впервые за эти сутки чувствую себя так, словно у меня есть выход!

Всё не заканчивается на Демиде.

Я без него могу справиться со всем.

В меня словно резко вливает физраствор, в котором смешаны витамины и надежда. Воодушевляюсь, прошу официантку присмотреть за чемоданом, а сама подхватываю сумку и спешу в уборную.

Это плохое решение, но мне нужно закрыть все вопросы прямо сейчас. Вечером тест на беременность может дать ложноотрицательный ответ. Я знаю! Но если прямо сейчас будет две полоски…

Если всё подтвердится…

Нельзя давать себе ложную надежду, она потом ядом отравляет и убивает. Но Серафима Ивановна уже и так дала мне мечту, веру в то, что хоть что-то хорошее осталось в моей жизни.

Я жду две минуты, указанных на инструкции, после – ещё три от себя. Сколько раз я уже так делала? Мучила себя, хотя заранее знала, что ничего не получилось.

Но сейчас всё совсем по-другому. Я уверена, что беременна, мне нужно лишь подтверждение. И так страшно лишиться последней надежды. Я не позволю Демиду сломать меня в любом случае, но…

Такой долгожданный малыш должен быть толчком. Меньше страдать, больше делать. Вырваться из коматоза, сбросить это состояние, словно я после наркоза.

Делать-делать-делать.

Развестись с мужем быстро, лишь бы он не претендовал на ребенка. После его слов об аборте, я Юсупова и близко не подпущу к малышу. Пусть со своей Марисой счастлив будет.

А это чудо – оно только моё.

Жмурюсь, в сердце покалывает от счастья. Дофамин растекается по крови, кружит голову. Две полоски – как два выстрела в голову. И мозги отключает, и готова кричать от радости.

Беременна.

С заключением замглава.

С двумя полосками.

Я мечтаю, чтобы эти месяцы пролетели в одно мгновение, я поскорее взяла в руки своего малыша. Прижала к себе маленькое тельце, успокоилась, что всё хорошо. Ничего не случится с ним, я не позволю.

Я возвращаюсь за столик окрыленная, в голове сплошная сахарная вата. Представляю все детские вещички, которые обязательно куплю для ребенка. Кроватку, игрушки, как обустрою уголок…

Сейчас ничего не имеет значения. Ни жестокий поступок Демида, ни хрупкое будущее. Это всё можно преодолеть, перепрыгнуть на адреналине, и оставить позади.

Я назначаю несколько встреч, чтобы посмотреть комнаты для съема. Большинство самых нормальных – свободны с первых чисел, где-то нужно будет подождать две недели. Столько с мамой я не выдержу.

Отель отпадает как слишком дорогой вариант, хостел для рабочих – из санитарных норм. В больнице будет нервно, да и появятся вопросы, если я постараюсь там жить зайцем.

Квартира посуточно? Лучший вариант, если там будет всё прилично. Но это на крайний случай, если не смогу снять сразу. Завтра вечером у меня много просмотров, ещё два – в обед.

Жизнь налаживается и приобретает краски.

Я даже заказываю себе ужин, потому что теперь нужно следить за питанием, не ходить голодной. А спешить к маме не хочу. Мне нужно немного тишины и вернуть внутреннее равновесие. Тогда будет легче пережить несколько колких фраз от мамы.

От скуки я рассматриваю интерьер кафе, прохожих за окном. А после окаменеваю, когда замечаю нового гостя в заведении. Ко мне направляется человек, которого я совсем не ожидала увидеть здесь. Уверенной легкой походкой, перебрасывая кудрявые волосы с одного плеча на другое.

Что она здесь делает?!

Зачем идёт прямо ко мне?

– Привет, неожиданная встреча, правда? – девушка широко улыбается, но от неё тянет холодом. – Не против?

Без моего согласия усаживается за мой столик, подзывает официанта. Мне нужно хоть что-то сказать, отказаться. Я не готова сейчас к разговорам. Точно не с ней.

Но паника служит нейротоксином, отключая нервные клетки. Я слежу за каждым движением, полностью дезориентирована. Наверное, если бы здесь появился Демид собственной персоной – я бы отреагировала проще.

Черт, да пусть вся его семья плясала бы тут от радости, что он меня бросил…

Всё равно проще.

Легче.

Не вызвало бы столько паники и беспричинного стыда внутри.

– Не хотела тебе отвлекать, но решила, что тебе не помешает компания. Ты бледная такая… Всё хорошо? – продолжает щебетать, не замечая моей паузы. – Ну же, поговори со мной, Лиз, я не кусаюсь. Я здесь с миром.

– Здравствуй, Раина, – выдавливаю из себя приветствие.

И не понимаю, что от меня нужно бывшей жене Демида.

Глава 6

На фоне Раины я кажусь себе блеклой и тусклой. На девушке яркое синее платье, рыжеватые волосы уложены красивыми волнами. На лице неброский макияж, широкая улыбка.

Я после убийственного графика смен, с начинающимся токсикозом и дырой в груди. Это никогда не беспокоило меня, когда я возвращалась уставшей после работы. Но сейчас вдруг неприятно задевает.

Раина словно спустилась с телеэкранов, где девушка часто мелькала в последнее время. Мариса выглядела так же, всегда ухоженная и собранная.

Может, этого не хватало Демиду?

Мне должно быть всё равно на то, почему муж поступил как законченный подлец. Почему променял наш брак на другую и не поговорил со мной – какая разница?

Но остановить мысленный анализ не могу.

Я привыкла искать симптомы у пациентов, даже те, в которых они не признавались. И точно так же сейчас пытаюсь найти причины поступков Демида. Не оправдать его – понять.

Может, не совершать таких ошибок в будущем.

– Говорила же, зови меня просто Рина. Раина – это когда родители в очередной раз высказывают, как я нарушаю наши традиции, – девушка закатывает глаза, легко отмахивает от проблем, ничуть не смущаясь нашего разговора.