Ая Кучер – Предатель. Цена ошибки (страница 61)

Не потащил бы её к друзьям четыре года назад, где подхватили грипп.

Не окунул в прорубь стресса при разводе.

Я всё думаю, можно ли было переиграть.

Сделать по-другому.

Не лезть на рожон, не бросаться в самое пекло.

После понимаю, что нет. Иначе дамоклов меч до конца жизни будет висеть над нами.

Мерзко от собственных поступков.

Но хватаюсь за то, что хотя бы так Лиза останется жива.

– Не переживай, – успокаиваю, стараясь выдавить улыбку. Получается оскалом. – Это никак не повлияет на мою помощь.

– Как благородно, – выпускает новые колючки. – Как ты вообще узнал?

– Заметили, как ты детские вещи присматриваешь. Если бы ты сама не призналась, то Левенко бы твою карту достал.

– Карту мою?! Ты прекратишь лезть в мою жизнь или нет?! Кто тебе вообще право дал, Демид? Это никак защиты не касается. А твоя защита… Вообще чушь полная! Ты хоть спросил меня, нужно ли мне это всё? Я бы укатила с радостью подальше от вас! Боже, ты бы знал, как я сейчас тебя ненавижу.

Ненавидь.

Это правильно.

Именно этого я добивался, в какой-то мере.

Потому что, если встреча с отцом пойдёт не по плану.

И я повторю судьбу дяди…

То Лизе на мою смерть будет плевать.

Не заденет, боли не причинит.

Тоже своеобразный успех.

Глава 42

Я разрываюсь от всплеска эмоций. Они топят, тянут на дно. По живому режут. Не знаю, беременность сделала меня такой слабой или я просто не умею разбираться с подобным…

Но сейчас захлёбываюсь.

Обидой.

Злостью.

Отчаянием.

Непониманием.

Сквозь меня словно электричество пропускают. Разряды по двести двадцать, без передышки. Прямо в мозг, царапая иголками сознание. Поджаривая. Огонь спускается по телу.

Пальцы дрожат так, словно я алкоголик со стажем.

Не должно, но…

Мне больно. От всего, что сейчас происходит. Потому что я, очевидно, не вывожу этого. Лавина новой информации сбивает меня с ног, на острые скалы швыряет.

Без сострадания.

Раньше Демид казался мне самым нежным мужчиной, теперь он – безжалостный.

Играл с моей жизнью, как хотел. Поступал на своё усмотрения, считая, что у него есть право решать самостоятельно. Мало мне знать, что его отец может убить меня, так ещё и с Демидом воевать?

Потому что тот забыл о всяких границах?

Кусаю губы, пока на языке не остается металлический привкус. Реакция Демида на новость про беременность – совершенно не та, что я ожидала. Никаких попыток претендовать на малыша. Ни ругани, что он этого ребенка не хочет.

Защищать он будет так же, мудак.

Ни один из сценариев, который я себе представляла, совершенно не подходит под ситуацию. Демиду словно… Полностью плевать на это. Тотальное безразличие.

И это лишь подкидывает дров в костер моей ярости.

Почему? Без понятия.

Разберусь, когда уровень гормонов в организме понизится.

Легче лишь от того, что Левенко сдержал слово. Не сдавал меня, пока не потребовалось. Да и то, пока мою карту никто не поднимал, я сама спалилась на такой мелочи.

Но откуда мне было знать, что за мной следят? Я ведь наслаждалась свободой и спокойствием. Ещё перед разводом заглянула в магазинчик. Мне хотелось уже обустраивать всё для малыша.

– Ты не имеешь права, – повторяю, подбираясь. – Ты вообще ни на что больше не имеешь права, Демид! Наш брак закончен, хватит лезть в мою жизнь.

– Я уже сказал…

– Да, твой отец и бла-бла-бла.

Я сама от себя в шоке. Размахиваю руками, имитируя болтливость Демида. Пытаюсь притормозить, но понимаю, что не получается. Вся моя выдержка закончилась в эту секунду.

Когда Демид выгнал меня – я старалась держаться, сохранять какую-то гордость. Казалось важным уйти без скандалов, быть выше остальных. Они в грязи, а я – лучше.

Но сейчас всё меняется. Словно какой-то дебил дамбу взорвал, и все мои эмоции хлынули потоком. Размывают границы, нет ни одной силы в мире, чтобы меня сдержала.

– Какого черта тебя касается моя беременность? – вспыхиваю, хотя знаю, что да – касается. – Ты решил, что можешь лесть в мою медицинскую карточку? Следить? Что ещё? Обыск в моей квартире проведешь? Отчитаться за каждый шаг?

– Лиза…

– Нет! Ты высказался? Теперь моя очередь! Я твоя бывшая жена, Демид. Быв-ша-я! Ты захотел от меня избавиться? Так я ушла, не стала вешаться, не пыталась разобраться. Уважала твой выбор. Так почему ты меня уважать не можешь?

– Я уважаю, Лиз.

– Нет. Иначе ты бы предупредил меня заранее. Нашел способ сообщить об опасности. Я вообще не понимаю теперь, что на самом деле произошло. Какие-то документы, аборт, непонятный долг… Перед кем? Нет, Демид, может это извращенная забота, но явно не уважение.

Теперь я сомневаюсь, а было ли уважение изначально? Может я сама виновата, где-то не отстояла себя до конца? Позволила обращаться со мной так, будто мои мысли не учитываются?

Наверное, да. Я всегда прислушалась к мнению Демида, не спорила с ним. Он был штурманом, а я послушно шла за ним во многих вопросах. И мне это нравилось.

Чувствовать чужую заботу, решительность. Та знаменитая каменная стена, через которую ни одна угроза не пробьется. Было приятно чувствовать, что у меня есть защитник.

Раньше Демид никогда не переходил грань. Прислушивался к моему мнению. Иногда мы ругались, но находили компромисс. Но в большинстве случаев я не спорила и просто подчинялась.

Наслаждалась тем, что со мной как с хрустальной вазой носятся.

Никогда со мной так не обращались. Было безумно приятно – чувствовать такую степень заботы и любви.

Видимо, это зашло слишком далеко.

Позволило Юсупову думать, что так нужно во всём.

– Что ещё ты делал? – спрашиваю воинственно. – Заканчиваем эти игры в недомолвки. Как ещё ты повлиял на мою жизнь?

– Я не влиял, – произносит сдержанно. Пытается справиться с моими нападками. – Просто хотел оградить тебя от проблем.

– А я об этом просила?! Ты… Франция это тоже ты, да? Если и я, и Левенко попали в списки, которые раньше не одобряли… Договорился?