Ая Кучер – Предатель. Право на измену (страница 18)
Я улыбаюсь, целую дочь в макушку. Переключаю всё внимание на неё, сворачивая разговор с мужем.
Оля крутится, взволнованно посматривает на меня. Дочь переживает из-за того, что так подставила меня с «сюрпризом».
У нас вчера не получилось нормально поговорить, но я вижу, что Оля очень подавлена. Приобнимаю её.
— А я обед приготовила! — дочь огорошивает. — Будешь? Я старалась.
— Конечно, — поддерживаю я. — Только Лизу переодену. Ты сначала папу накорми, он очень голодный.
Дочь я обожаю, но готовит она конечно… Ничего, научится со временем. Поэтому пусть пока подопытным станет Руслан. Его не жалко.
По взгляду мужа становится понятно, что он помнит прошлые творения дочери. Подгорелый омлет со скорлупой и луком. Или пасту с джемом…
Но это было раньше, дочь была младше. Сейчас она подошла к делу основательно.
Сварила рис. Он, конечно, каким-то образом сгорел, но это детали! И тушёнку добавила. Правда, холодную и с кусочками жира, но…
— Выглядит аппетитно!
С лишним энтузиазмом произношу я, рассматриваю блюдо. Хуже всего — просто скривиться и отбить у ребёнка любое желание.
— Угу.
Бормочет Руслан, стараясь прожевать еду. Просит у Оли воды, а когда она отворачивается, смотрит прямо на меня. Шевелит губами.
Отменный удар в солнечное сплетение. Так сильно, что вдохнуть не могу, а в уголках глаз собираются слёзы.
Судорога проходит сквозь тело, сжимает сердце до тех пор, пока меня трясти не начинает.
К чему эта забота, если он меня не любит?
Зачем играть? Или терзать?
Почему, если отбросить измену, Руслан ведёт себя так, словно у нас всё хорошо?
Лучше бы он стал холодным, закрытым, чужим. Тогда бы я поняла всё быстрее. Было бы легче вырвать чувства с корнем.
Напоминаю себе, что я должна делать.
Я поднимаюсь, якобы за солью. Всё затем, чтобы увеличить дистанцию с Русланом.
Не могу, когда он близко.
— Слушай, солнышко… — я перевожу взгляд с мужа на дочь. — У меня сейчас будет много работы. Я начну дизайном заниматься.
— Да? Это суперски, мам!
— А времени станет очень мало. Мне нужно будет ездить на встречи, на объект, с Лизой как-то справляться… Как ты думаешь, ты могла бы готовить ужины для нас?
— Оу. Конечно! Класс! Я такие рецепты понаходила…
— Алина!
Руслан со звоном роняет вилку на тарелку, отодвигает стул. Ножки скрипят по полу, заставляя нас с дочерью поёжиться.
Оленька напоминает взъерошенного сурка. Крутит головой и пытается понять, что не так.
Я тут же её успокаиваю, отправляю подальше, чтобы не переживала лишний раз.
— Что ты творишь?
Муж надвигается на меня. Я даже не успеваю сбежать следом за дочерью, как Руслан оказывается рядом.
Он упирается руками в кухонную тумбу, ловя меня в кольцо своих рук. Так привычно, и так невыносимо в этот момент.
— Алин, ну что ты начинаешь? — вздыхает он. — Ты всё превращаешь в конфликт?
— Разве? — я вздыхаю. — Или ты просто понять меня не хочешь? Оле полезно научиться готовить, ничего страшного. А мне нужно как-то находить время для своих целей.
— Что тебя так сильно укусило? Будто с ума сошла.
— А ты не знаешь?
— Мне жаль, ясно? Я наговорил какую-то чушь по пьяни. Не имел в виду ничего такого. Я очень сожалению. Заканчивай, пожалуйста. Я хочу обратно свою жену. Ну?
Муж бодает кончиком носа меня в висок, прижимается сильнее. Его ладонь аккуратно опускается на мою талию.
Словно Руслан чувствует протест внутри меня, опасается, что я оттолкну и сбегу.
Так красиво говорит, убаюкивает своим тихим голосом. Взглядом этим убивает просто.
— Мудак, — хмыкает он, прикасаясь губами к скуле. — Согласен. Каюсь. Прекрати обижаться. Давай нормально жить, а? Ну что ты в самом деле, родная?
— Что я? Я?
— Ну сказал дичь, да. Ты же знаешь, что это не так. Ты замечательная жена и мать. У нас всё отлично работает, механизм отлажен. А ты сейчас хочешь всё поменять. Зачем?
— Потому что…
Ложь придумывать даже не приходится. Талию щекочет лёгкая вибрация. На часы мужа приходит сообщение.
Я скашиваю взгляд чисто интуитивно, вверх тормашками и издалека читать неудобно. Мне и не нужно.
— Ох, черт, — напрягается муж.
Мне достаточно увидеть в конце сообщения смайлик-сердечко.
Чтобы моё сердце в очередной раз разбилось.
Глава 10
Самое отвратительно в этой ситуации — то, что мне приходится играть слепую мышь. Ничего не увидела, ничего не узнала.
Дура дурой, ага.
Я не знаю, какое успокоительное мне девочки в чай подлили. Убойное, точно.
А может, нервная система решила, что это её остановочна, и просто перестала работать.
Но во мне возникает какая-то ледяная ярость, отчуждение. Я не устраиваю истерику, не реагирую.
Ухожу «работать» на кухню, пока муж не засыпает. Хотя экран расплывается перед глазами. Ничего не соображаю.
Сволочь.
Какая же он сволочь.
Сердечко, мляха.
Кухню заливает только синеватый свет экрана. Я прижимаю к себе ноги, укладываю на колени подбородок.
Хочется расплакаться, прижаться к сильному плечу и жаловаться на жизнь. Пусть муж пойдёт и разберётся с негодяями, которые меня расстроили.
Проблема только в том, что негодяй и есть мой любимый муж.
Я до адской пульсации прикусываю губу, листаю записи. Читаю новые статьи по дизайну. Изучаю матчасть, так сказать.