Ая Кучер – Предатель. Право на измену (страница 10)

Я не могу просто ворваться и забирать проекты. Девяносто девять процентов — заслуга Жанны. Она старалась.

Не могла ворваться. Я хотела всё по-людски сделать, правильно. Но раз такой разговор…

— Я тебя услышала, — я делаю шаг к девушке. — Теперь послушай меня. Ты можешь уйти, но клиенты подписывают договор с фирмой. Которая принадлежит мне. Поточные проекты — мои. Можешь ждать, когда они решат новый ремонт сделать. Но пока ты не в выгодном положении.

— Да? Хочешь проверить? Здесь работают те, кого нанимала я. Они уйдут и что дальше будешь делать? Каким образом ты всё вывезешь? А раз фирма твоя, то неустойки тоже твои.

— Уходи, я справлюсь и без тебя. Или оставайся и работай, но под моим началом. Выбор за тобой.

Сейчас я откровенно блефую. Я ведь действительно не потяну, и Жанна это понимает.

Я ведь поэтому и хотела небольшой проект. Разогнаться, вернуть сноровку, выучить новые программы и запросы. Я не готова в прорубь с головой.

Но отступать нельзя. Либо окончательно отдать всё Жанне, либо бороться. А я не могу просто.

— У меня встречное предложение, — Жанна вздёргивает бровь. — Пять процентов от заказа уходит тебе. Взамен ты меня делаешь соучредителем. А заодно проверь активные проекты. И пойми, что их в одиночку не вытянуть. Мне пора, работа не ждёт.

Жанна разворачивается, уверенным шагом направляется обратно в кабинет. Её каблуки громко цокают, звук отдаёт пульсацией в висках.

Я сглатываю противный вкус предательства и проигрыша. То, что никто из нас не выиграл, не утешает.

Я не думала, что мне с Жанной воевать придётся. Она входила в ту категорию людей, которым я доверяла.

Но её совет действительно хороший. Мне нужно понимать объёмы работы, чтобы хоть что-то планировать.

Голова гудит.

За одни сутки я узнала, что муж любит другую. Поняла, что пригрела на груди змею.

Страшно представить, какая ещё правда ждёт впереди.

Я планирую как раз проверить документы, когда раздаётся звонок мобильного. Я тут же улыбаться начинаю.

Звонит дочь, и мне мгновенно становится спокойно. Какая-то буря не была в душе, своим детям я всегда готова подарить всё внимание.

— Мам, — я цепенею, когда слышу плачущий голос Оли. — Мам, мне нужно, чтобы ты сейчас приехала. Тут такое…!

Глава 6

— Оль, ты не реви.

Упрашиваю я дочь, заскакивая в такси. Как никогда жалею, что Инесса у меня классная подруга.

Моё разбитое сердце, как полагается, залечивала. А я теперь за руль не могу сесть!

Такси пришлось ждать пятнадцать минут. И всё это время я пыталась успокоить дочь.

— Ситуация неприятная, но ничего страшного, — мягко наставляю я. — Я сейчас приеду и во всём разберёмся.

— Но кошелёк…

— Новый купим.

— Но там были карманные…

— И карманные новые дадим. Папа выдаст, — я морщусь, вспоминая, что денег у меня вообще нет. И такси сжирает остатки. — И с кафешкой всё решим. Ну что ты? Ничего страшного.

— Да?

Дочь тяжко вздыхает, замолкает. Я не прекращаю говорить, чтобы снова не плакала.

Ситуация совсем не страшная. Но пока Оля сформулировала мысль — я двести раз поседела.

Оля зашла куда-то за лимонадом и пирожным. Наелась, а когда захотела расплатиться — поняла, что потеряла кошелёк. Или его украли.

В общем, денег есть. Но есть злые официанты.

Которые ещё получат от меня! На невинного ребёнка кричать и наезжать. До слёз довели.

У меня как раз есть неопределимое желание выплеснуть на кого-то всю злость.

А кто мою дочь обижает — заслуживают этого вдвойне.

— Я папе звонила, — вздыхает Оля. — Но он в квартире закрыт. Просил его спасти.

Упс. Как же это получилось?

— А Костик трубку не берёт, — брата сдаёт. — Ой!

В динамике раздаётся шуршание, а после шипение. От несчастного «больно, блин» у меня мир в красный окрашивается!

— Оль! — зову я дочь. — Что там произошло?

— Я случайно телефон уронила, — лепечет быстро, тараторить начинает: — Но он не разбился. Но я плечом стукнулась. Когда ловила. Так что… Я тебя очень-очень жду. Напишешь, когда подъедешь?

— Конечно.

Я тарабаню ногтями по сумке. Каждый красный светофор ненавижу. Хочу скорее добраться до той кафешки.

Оле пятнадцать через несколько месяцев будет. Она подросток, но очень мягкий. Почти образцовый.

Дочь остро реагирует на критику и крик. Ох, сколько мне пришлось со школой бодаться, когда классная руководительница у них криком общалась.

Поэтому ничего удивительного, что такая маленькая неприятность выбила Олю из колеи.

Вот Костик бы там всем жару задал. И нам тоже задаёт. Вспыльчивый, уверенный, смелый шестнадцатилетний подросток.

Но за то, что трубку не взял — ещё получит.

У нас в семье есть единственное правило, которое нарушать нельзя. Отвечать на звонки, не пропускать.

Тогда и в кино на вечерний сеанс можно, и с друзьями в центр, и прочее-прочее. Главное, чтобы мы с Русланом знали, где сейчас наши дети.

Я расслабляюсь, когда такси останавливается у нужного здания. Оля как раз выскакивает ко мне, бежит по ступенькам.

А я решаю, что понятие «кафешка» — несёт разный смысл.

У дочери это фешенебельный ресторан.

Ладно. Хорошо. Залезу в кредитный лимит, а после — верну.

Я всё ещё рассчитываю получить деньги от мужа.

После того как решу выпустить его из квартиры.

— Мамочка, ты такая красивая.

Оля врезается в меня крепкими объятиями. Нахваливает моё обычное синее платье, тянет за собой.

— Пошли скорее, — просит. — Пока охрану не позвали.

— Иду-иду, — я сжимаю ладошку дочери. — И надо будет тебе карту к телефону привязать, чтобы ты могла платить так.

— Костик уже-е-е… пообещал. Но так и не сделал. Только не ругай его, ладно?

— Конечно.

Успокаиваю дочь. Есть у сына такая черта. Пообещать и не сделать. Но этой частью воспитания занимался Руслан.