Ая Кучер – Измена. Цена прощения (страница 28)
Ненужным.
Всё как в тумане: вызвать лифт, длинный коридор и найти угловую квартиру. Жму на звонок без остановки, пока не слышу копошение внутри. Я не намерен уходить, если понадобиться – буду доставать до тех пор, пока мне не откроют.
Но в этом нет нужды.
Замок щелкает, меня встречают с улыбкой.
– Какие люди, - Ира прислоняется к дверному косяку, осматривает меня. – Я не ждала тебя сегодня. Зайдешь?
– Зайду.
Глава 19. Тася
– Я всё слышу!
Я кричу с кухни, получая в ответ звон погремушки. Готовлю ужин, периодично проверяя Руслана в кроватке. Понимаю, что он ничего не натворит, но оставить его одного надолго в комнате не могу.
Мама Димы вечно повторяла, что я слишком трясусь над ребенком, ничего не случится. Но, видимо, это засело в моей голове. Постоянные переживания, что с Русом что-то случится.
В этой квартире я, неожиданно, чувствую себя уверенной. Она мне нравится. Тихая и спокойная, никто не включает громко музыку за стенкой. Дома муж несколько раз ходил разбираться с соседями, которые установили колонки прямо возле смежной стены.
Мой взгляд автоматом опускается на букет цветов, который стоит в ведре. Вазы не нашлось. Я хотела не забирать у охраны охапку белых роз, думала оставить их или подарить кому-то.
Но не смогла.
Слабинку дала, корю себя за это весь вечер.
Но на цветы смотрю. Всё внутри и сжимается, и приятно становится. Дима прекрасно знает, что мое прощение не заслужить букетом, не купить подарками. Это никак ему не поможет.
Но муж всё равно их прислал. Просто так.
Я прокручиваю его слова в голове, пытаюсь разобраться. Он хочет успеть всё подделать, снова обмануть меня? Или действительно всё не так было, как Ира рассказывала?
Но фото…
Я ведь видела его…
– Черт!
Я обхватываю палец губами, обжегшись о духовку. Полотенце соскользнуло, когда доставала форму и проверяла картофель, и теперь кожа горит. Ругаю себя за невнимательность, подставляю руку под холодную воду. Боль чуть утихает, когда в дверь звонят.
Мирон писал мне полчаса назад, спрашивал, в силе ли наша встреча. Моё раздражение утихло, приглушенное благодарностью. В конце концов, мужчина ничего мне не должен, но тратит своё время на то, чтобы обсудить со мной работу.
В двадцать четыре пора взрослеть, задвинуть старые разногласия подальше. Бесит ли меня Шварц? Естественно. Как и я его. Но это наше противостояние можно оставить до лучших времен. Или до того момента, как Мирон первым начнёт меня доставать.
– Привет, - выдавливаю улыбку, запуская мужчину внутрь. – Я на секунду, проверю Руса, а ты пока раздевайся.
– Так сразу? Ты замужем за моим другом, а такое предлагаешь…
– Шварц, - вздыхаю, потому что момент наступает слишком быстро. Демонстративно осматриваю мужчину, а после качаю головой. – Прости, ты не в моем вкусе.
– Забавно, учитывая, что мы с Димой похожи.
Я морщусь, проигрывая один – ноль. Это правда, в университете их даже иногда принимали за братьев. Тот же оттенок волос, телосложение. Даже глаза у обоих орехового цвета.
А когда они оба отпускали легкую щетину, то Степан Артёмович, отец Димы, в шутку спрашивал мою свекровь про супружескую верность. Поэтому мой подкол был абсолютно провальным.
– Ты мой хороший.
Я глажу сына по светлым волосикам, укрывая одеялом. Он забавно кривит носик, сжимая в ручке погремушку. Неожиданно заснул, видимо, день с бабушкой его утомил.
– Прости, - я возвращаюсь на кухню, прикрываю дверь. – Руслан спит, поэтому не шуми.
– Как скажешь.
Мирон расстегивает пуговицы на пиджаке, усаживаясь за стол. На нём костюм, галстук чуть ослаблен. Судя по всему, мужчина только с работы, решил закрыть последние вопросы перед тем, как вернуться домой.
– Хочешь кофе или чай? – предлагаю, убирая в мойку грязную кружку. – Есть ещё лимонад.
– Лимонад? Ты серьезно вошла в роль домохозяйки, да?
Я знаю Шварца столько же, сколько и мужа. За эти семь неполных лет я обросла своеобразной броней против его неуместных высказываний. Вначале они задевали, а после стали привычной манерой общения.
Шутка про домохозяйку появилась после того, как Дима сделал мне предложение. Совпала с провальным сложным экзаменом. И Шварц постоянно усмехался, что я так спешу замуж лишь потому, чтобы не было нужды учиться или работать.
– Лимонад, - повторяю с королевским спокойствием. – Могу в стиле некоторых домохозяек добавить туда секретный ингредиент.
– Какой же? – Мирон усмехается, поднимая бровь.
– Мышьяк.
– Рискуешь потерять работу, Тая. А потом ещё с полицией разбираться… Оно того стоит?
– Ну, нет тела – нет дела.
– У меня три свидетеля, которые знают, что я отправился к тебе.
– Блин, целых четыре тела?
Ерничаю, а Мирон, к моему удивлению, тихо смеётся вместо того, чтобы продолжить словесную перепалку. Мысленно присуждаю себе балл в нашем состязании.
– Лимонад подойдёт, - в итоге выдает мужчина, стягивая галстук окончательно. – Вряд ли ты хочешь разбудить Руслана чайником.
– А, нет, иногда шум полезен. Ребёнок должен привыкать к тому, что вокруг не тотальная тишина. По крайне мере, мне так Алина Михайловна говорила.
– В любом случае, лимонад. Должен же я проверить твою решительность отравить меня. И перейдём к делу, ладно? У меня ещё планы на вечер.
– Конечно.
Я ставлю стакан перед Мироном, отчего-то начиная нервничать. Может, причина в том, что я загорелась идеей действительно пойти на работу? И не хочется терять такую возможность, вряд ли кто-то предложит условия лучше, чем Шварц.
Я не представляю, как смогу оставлять Руслана свекрови, даже на несколько часов. Как не сойду с ума от мысли, что сын может скучать по мне. Но я вдруг поняла, чего мне так остро не хватало этот год.
Делать что-то, быть занятой и значимой. Расширить свою жизнь обратно, не ограничиваться лишь мужем (с которым всё так сложно) и сыном (который вряд ли это вообще запомнит).
Сегодняшняя поездка в офис меня выжала досуха, добавив головной боли и новых терзаний. Но это было из-за Иры, внезапно свалившихся заданий, а я не была готова к подобному. Только ещё я почувствовала себя… Хорошо. Решая что-то, отдавая распоряжения. Даже тот разговор о моей табличке вернул прежние ощущения, напомнив о моих былых достижениях.
Я даже не подозревала, что заскучала за этим. Легко отказалась от работы, сменила университет на больницы. Делала всё, лишь бы мой сын был в порядке.
Но сейчас… Сейчас я хочу попытаться совместить всё.
Уехать к отцу я могу в любой момент.
– Это временная работа, предупреждаю сразу, - Шварц за секунду переключается. Его голос становится строже, взгляд – серьезным. – Может, на полгода ещё, максимум год. Четыре или пять часов в день, но нестабильно.
– Хорошо, - я присаживаюсь на краюшек стула, собирая мысли воедино. – Но тебе нужно, чтобы я приезжала в офис несколько раз в день? Или просто в разное время?
– Второе. На часа два, не факт, что каждый день. Основная работа – удаленно. Сейчас у меня много проектов, нужно, чтобы ты собирала информацию по всем и передавала мне отчетом.
– А я не могу все эти данные сдавать удаленно?
– Есть информация, которую я не позволяю выносить, она с закрытым доступом. Только из офисной сети. Ты так расписывала в резюме своё умение создавать таблички, что я решил, тебе подойдет эта вакансия.
Я поджимаю губы, стараясь скрыть смущение. Шварц издевается, а я жалею, что добавила эту строчку. Но в университете нам всегда повторяли, что нужно выделяться среди других соискателей, а не писать стандартный перечень умений.