Ая Кучер – Измена. Цена прощения (страница 22)

Я со всей силы сжимаю ручку, злясь на себя за эту несдержанность. Ладно, я теперь всегда сомневаюсь в муже, но Зоя ведь подобного не заслужила. Мы неплохо общались во время моей практики. Она каждый раз крестилась возле кабинета, когда Дима вызывал её к себе.

Вряд ли так поступают, кто крутят роман за закрытыми дверьми.

Через пару минут моё запястье начинает ныть от того, что я подписываю уйму бумажек. Не помню, когда в последний раз ставила так много подписей за один день. Кручусь, чтобы устроиться удобнее, делаю глоток чая. И сдаюсь на секунду.

Я откидываюсь в кожаном кресле, ощущая себя непривычно. Прикрываю глаза, словно чувствую запах мужчины, а спинка ещё нагрета его теплом.

Когда мы работали вместе – я часто оккупировала это кресло, выгоняя «большого начальника». Забиралась с ногами, сбросив туфли, и рассказывала мужу о всяких глупостях.

Я поступаю так же и сейчас, обнимая свои колени. Взгляд замирает на деревянной рамке возле компьютера. На фото – наша семья. Руслан спит, уткнувшись в мою шею. Я тоже почти засыпаю, прислонившись к плечу мужа. А тот придерживает и меня, и сына.

Комната на фоне – гостиная в нашей квартире. Я даже не помню этого снимка. Видимо, его сделали во время одного из первых визитов родителей Димы, когда я постоянно не высыпалась из-за Руслана и готова была отключиться в любом месте.

Я тянусь к рамке, крепко сжимая её. Провожу пальцами по стеклу, наслаждаясь тем, какие мы тут счастливые. Все проблемы кажутся мелкими и неважными, ведь мы вместе.

Как Дима мог вести себя так непринуждённо в этот момент, если несколькими этажами ниже его ждала любовница. Два года ждала.

А действительно ли два?

Зоя приносит мне чай, забирая грязную кружку. Кладет в черный лоток новую стопку документов, поглядывая на меня с сожалением. Господи, сколько же там всего? Даже если учесть, что половина – оригиналы, то…

– Ещё копии? – спрашиваю, получая в ответ кивок. – Всё это?

– Ну, там ещё приказ на увольнение. Дмитрий Степанович вчера сказал приготовить в срочном порядке, но был выходной…

– Приказ, значит?

– Да. О! У меня даже есть сообщение, чтобы вы не сомневались. Я понимаю, что выдернула и взвалила всё на вас… Извините, пожалуйста. Но, - девушка копается в листочках, протягивая мне нижний. – У меня есть подтверждения, что Дмитрий Степанович…

– Я подпишу это, без вопросов.

Я не вижу ничего, кроме имени. Того самого имени, что значилось в трудовой книге. Ира. Дима действительно решил уволить её, без промедлений и разговоров.

Я всегда считала, что любовницы не виноваты. Решение изменить принимает мужчина, он не козлёнок, чтобы просто увести его из семьи. В таком деле виноват тот, кто состоит в отношениях.

Но я с удовольствием ставлю размашистую подпись в приказе, вспоминая то, как Ира говорила со мной. Отдаю лист Зое, читая немое удивление в её глазах. Я сама иногда в шоке со своих поступков, но…

Лучше так, чем выдрать Ире пару клоков волос, правда?

Физическое насилие не выход, хотя в последнее время я всё чаще думаю, что если бы устроила скандал мужу сразу и отвесила несколько пощечин – мне, возможно, полегчало бы.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

– Зоя, - набираю помощницу, включая компьютер мужа. – А мне нужно получить доступ к видеокамерам. Точнее, старым записям. Ты можешь попросить безопасников или кого там нужно?

– Да, но зачем вам?

– Просто.

Я не собираюсь ни перед кем отчитываться, но Зоя и не настаивает. Я ввожу пароль, с замиранием сердца ожидая – он подойдёт или нет? Раньше у нас с мужем не было секретов друг от друга, всё открыто и честно. Пароль стоял лишь для того, чтобы кто-то посторонний не залез.

Колесико на экране долго крутится, заставляя меня нервничать. А потом пароль подходит, вызывая внутри лёгкое удовлетворение. Хоть что-то не поменялось, хотя у Димы был шанс.

Я заканчиваю подписывать копии, остается несколько самых важных листков, которые я не трогаю. Хватит и того, что я немного сэкономила время для подписи. Диме осталось не так много.

Бросаю взгляд на часы – время неумолимо ползёт к обеду. Если к часу дня муж не придёт в себя, тогда я позвоню свекру. Он давно отошел от дел, но может и тряхнуть стариной, давая советы.

– Таисия Михайловна, там программисты написали, как вам найти видео. Доступ всегда был открыт.

– Спасибо, Зоя.

Я сжимаю пальцами край стола, подъезжая ближе. Щелкаю несколько раз мышкой, попадая в царство видеофайлов. Каждое длится 24 часа, файлы подписаны датой и местом.

Даю себе секундную передышку, а потом лезу в записи с пятницы. Вместо того чтобы проверить лестничные пролеты – выбираю место, где есть обзор на лифты.

С утра всё работало, а после обеда перестало. Работники жмут на кнопку, топчутся на месте, а после двигаются в сторону лестницы. Спустя полчаса – появляется бумажка на дверцах. Рассмотреть текст не получается, слишком плохое качество, но о смысле написанного я догадываюсь.

А затем я замечаю Диму, который двигается со стороны входа. Упрямо ждет лифт, пока не видит предупреждение. Я, как следопыт, открываю видео из другого ракурса – прослеживаю путь мужа.

Вот он говорит с кем-то из охраны, вот Дима выходит на лестницу. Я проверяю даже секунды на тайм коде, хотя сомневаюсь, что кто-то бы настолько заморочился с подделкой видео.

– Тась, ну прости, - доносится с динамиков компьютера искаженный голос, когда я включаю звук. – Я постараюсь раньше, хорошо?

– А я сегодня у родителей останусь, хорошо? – вспоминаю свой ответ, который, конечно же, не слышен на записи.

Мне хочется переместиться в прошлое и не дать себе соврать. Не для того, чтобы всё изменить. Лишь подготовить маленькую влюбленную дурочку к тому, что через пару часов ей растопчут сердце.

Внутри я вся соткана из горечи и боли.

Но слабо улыбаюсь, закрывая файл. Дима не врал и не придумывал, та его одышка была действительно из-за ступенек и сломанного лифта. Никаких порочных развлечений, которые нарисовала моя фантазия, не было.

Я ещё недолго мучаю себя, проверяя другие видео, другие дни. Но нигде нет доказательств интрижки мужа. Вижу его с Ирой на совещании с коллегами, но никаких лишних взглядов.

– Слушаю, - не глядя отвечаю на звонок, слишком погружена в своё исследование. Не представляю, что я хочу узнать, но остановиться не могу.

– Тая, это Мирон.

– О, привет.

– Я звоню по поводу твоей просьбы…

Заминка в голосе Шварца заставляет меня отвлечься от того, как муж вместе с Ирой выходят из офиса. В фойе нет записи звука, но я и так понимаю, что он её собирается подвезти.

Я лезу в запись звонков, проверяю время и дату видео. Вспоминаю, что было в этот день и когда муж приехал домой. Он звонил мне после, а я попросила зайти в магазин.

Прикидываю время на дорогу, радуясь тому, что Шварц неожиданно замолчал. Дарит мне необходимые секунды на то, чтобы картинка сложилась в моей голове.

Дима тогда приехал прямо домой.

Нигде не задерживался.

И даже то, что он подбросил домой Иру, ничего не значило.

Он не был с ней тогда.

Только тогда или…

– В общем, Тась… - Шварц возвращает фокус моего внимания на него.

– Мирон, если ты хочешь мне отказать – всё нормально, - убеждаю, потому что не станет мужчина замолкать просто так. – Ты не обязан.

– Нет. Я как раз таки нашел вакансию, если судить по твоему резюме. Но не знаю, насколько тебе подойдёт. Там не полный рабочий день, но нестабильный график. Так что нужно будет обсудить всё. Ты сейчас дома? Я как раз собирался заехать на обед, зайду к тебе.

– Эм, нет. Я… Не дома.

Я не собираюсь объясняться перед Мироном. А ещё меня жутко раздражает его бесцеремонность. Захотел – зашел? Даже не спрашивает на это разрешения.

– Тогда вечером, - Шварц сам принимает решение, заставляя меня закипать от злости. – Около семи. Тебе подходит?

– Я… Ладно, да, подходит.

Мне приходиться придержать свою гордость за хвост, проглатывая лишние слова. Сейчас Шварц делает мне одолжение, срываться на него будет неправильно.

Я бросаю телефон на стол, одним глотком допиваю остывший чай. Плюс – у меня может появиться работа. Минус – это работа со Шварцем, который даже коротким разговором умудряется взбесить меня.

Дыши, Тася, тебе нужна подстраховка.

За грубость начальнику никто по головке не погладит.