Ая Кучер – Измена. Цена прощения (страница 14)

– И тебя тоже. Скорая уже едет, полицию вызвали. Всё под контролем.

Контроль давно исчез. В ту секунду, когда я позволила себе затеять ссору прямо в машине. Нельзя отвлекать водителя. А я… Я…

– Прости меня, солнышко, - я целую влажные щеки сына, глажу его по сине, а Руслан недовольно морщится. Спокойно себе сосет пустышку, медленно моргает. – Прости меня, такая глупая у тебя мама. Я больше никогда так не буду.

– Тась, он даже ничего не понял.

– Но так больше нельзя, - я шепчу, голос исчезает. – Нельзя, Дим. Ты видишь к чему это приводит?

– Вижу.

Муж присаживается на корточки рядом со мной, поправляет шапку сына, но смотрит только на меня. Тяжелый взгляд пронзает до нутра, давит на грудь бетонной плитой.

Господи, что мы творим?

– Есть прекрасный выход, Тась. Мы миримся и больше не ругаемся.

– Или ты даешь мне развод и поводы для ссор закончатся.

– Нет, - отвечает твердо и уверенно. Тоном, которым привык все проблемы на работе решать. – Развода не будет. Ненавидь меня, снова кричи, что угодно… Но я не готов тебя отпускать.

– Почему?

Где-то вдалеке воет сирена.

Руслан добирается до моих волос, сжимая их в кулачке.

Но сейчас меня волнует только мой муж, его непривычный напор. Он всегда был упрямым, не привык сдаваться после первого отказа. Но при этом… Никогда так настойчиво не добивался ничего от меня. А теперь готов на всё, чтобы я не уходила.

Маленький червячок сомнения копошится внутри, ворошит прошлое. Я не понимаю Диму, всегда чувствовала его, но не в этот раз. Если бы он любил меня, то не пошел бы к другой! А если не любил – то легко дал бы мне развод.

Зачем?

Зачем Дима так сильно хочет удержать меня рядом?

Что ему нужно от меня?

Глава 10. Дима

Почему?

Вопрос Таси рвёт сознание всё время, что едем в больницу. Она заваливает врачей вопросами, не давая вернуться к нашему разговору. Всеми силами избегает моя, и я не спорю.

Нужно было послушать девушку сразу, вот к чему это привело…

Я ведь видел, что Тася на пределе. Довёл её, не смог вовремя затормозить. От эгоистичного желания, на которое я вообще не имею права. Но терять жену я не хочу. Только не её. Крыша едет от мысли, что мы расстанемся. Фундамент трещит, утаскивая меня в бездну. И никакая «реставрация» не спасёт.

Почему?

Люблю, глупышка, разве не понятно?

Но этот ответ, который нужен Тасе. Обычными словами не исправить то, что я натворил. Нужно поступками доказывать свою любовь. Только как, если жена ничего не хочет слышать?

В больнице её забирают к врачу после упоминания, что Тася теряла сознание. А я вместе с Русланом иду в другой кабинет, чтобы его тоже проверили. У меня голова идёт кругом от мыслей, что сын мог пострадать из-за нашей ссоры.

– С ним всё в порядке.

– Вы уверены?

Не нравится мне этот доктор. Сколько ему? Лет тридцать? Меньше, определенно. И какой у него опыт в таком возрасте? Пару перевязок и два раза порез на ноге зашить?

Я понимаю, что просто психую и перестраховываюсь. Врач явно не младше меня, но это совсем разные вещи. Руководить фирмой или лечить людей. И не просто людей, а моего сына, который с интересом следит за всем.

Руслан тянется за фонариком, машет руками. Вроде, с ним действительно всё нормально. Только перепугался в аварии немного. Не плачет, не капризничает, даже не просится к маме.

– Абсолютно здоровый ребенок. Мы рекомендуем понаблюдать за ним, если будут какие-то симптомы, но пока поводов для беспокойства нет.

– Хорошо, - цежу, поднимаясь с кушетки. – Где моя жена?

– Её пока осматривают, вы можете подождать в приемной. Хотя я рекомендую обследоваться и вам тоже.

– Потом.

Я чувствую себя нормально, только голова трещит. Но эта мигрень началась ещё в пятницу. Сплошная головная боль с момента, как Тася застала меня с другой.

Черт.

Прислоняюсь к стене, удобнее перехватываю сына. Не могу думать ни о чём другом. Сплошные мысли, как я облажался. Одна ошибка перечеркнула столько лет.

Я понимаю – Тася не простит меня. Не до конца, не забудет всё случившееся. Но я готов стараться так долго, сколько потребуется. Днём за днём. Быть подозреваемым в каждом поступке.

Плевать.

Легко.

Я сейчас наизнанку готов вывернуться, чтобы жена вернулась ко мне.

– Не плакать, Рус, - качаю сына, высматриваю жену. Не стоило отпускать её одну. – Мама скоро вернётся к тебе.

Ко мне – не факт.

Я бьюсь затылком о стену, не зная, что ещё мне сделать. Как убедить жену, что я не планировал этого. Не хотел делать ей больно, ничего из этого не должно было произойти.

Ошибка.

Случайность.

Жаль, что не существует машины времени. Я бы с удовольствием мотнулся в вечер пятницы, всё исправил. Нет, лучше на пару месяцев назад, когда Ира пришла в мой офис.

Не брал бы на работу, точно не начинал с ней ничего.

Моя Тася или другая – тут выбор слишком простой.

Всегда жена, всегда.

– Полежишь, ладно? – опускаю сына в автолюльку, пристегиваю его. – Сейчас, Рус.

Покачиваю переноску, мобиль с игрушками звякает, развлекая малого. А у меня каждый звон отдает в голове. Колокола гудят. Не могу вспомнить, когда спал нормально.

А теперь стресс после аварии ложится сверху.

Меня жестко вырубает, хотя с утра всё было нормально. Я бы с удовольствием снял здесь частную палату и завалился спать. Но кто-то должен присмотреть за сыном, пока Тася у врача.

Лишь бы с ней всё было нормально.

Это я не справился с управлением, позволил злости перехватить контроль. Я вообще не должен был садиться за руль – слишком уставший. Я надавил на любимую, а она сорвалась.

Черт. Есть в мире кто-то, кто совершил ошибок больше меня?

Хоть один человек?

Прикрываю глаза, а сознание мигом относит в прошлое. Раз за разом. Все выходные так. Покадровая запись в мозгу. Каждая ошибка, которую совершил. Возможность всё исправить, которой я не воспользовался.

Получай, Немцов, своё личное наказание.

Раз.

Мы заходим в лифт, а мне нужно было сесть в машину и поехать к жене и сыну. Плевать, что после долгого совещания, клиенты высосали все соки своими требованиями…