Ая Кучер – Девочка под запретом (страница 44)

– Только когда голодная, – отвечаю с улыбкой.

– Не переживай. Я тебя накормлю.

Голос мужчины становится ниже. С лёгкой хрипотцой. Я беззаботно киваю.

Хотя взгляд Арса словно на что-то другое намекает.

Но я стараюсь сосредоточиться на готовке. Воздух в кухне пахнет чем-то тёплым, домашним. И я не могу не улыбаться.

– Я очень счастлива, знаешь? – произношу тихо.

– С чего бы? – Арс поворачивается ко мне.

– Потому что ты рядом. И… Хотя ты казался очень грубым в начале, мне с тобой хорошо. И я рада, что ты согласился присмотреть за мной.

– Я и не хотел, если честно. Это Марк. Он умеет убеждать, сукин сын. Но да, я тоже рад, что согласился.

Арс сбрасывает нарубленные помидоры в салатницу, а я смотрю на него с подозрением.

Интерес пульсирует в голове.

– Правда? А как он тебя убедил? – уточняю. – Что он тебе пообещал?

– Не твоя забота, голубоглазка, – отмахивается он, но я вижу, как уголок его губ дёргается.

– Ну расскажи. Мне же интересно. Пожалуйста? Чуть-чуть. И я сразу отстану!

– Есть участок на Лесной. Бывшее ведомственное здание. Закрытая территория. Я давно хочу его под себя, но не пускают. Бумаги, связи, куча говна. А Марк сказал, что может решить вопрос.

– Почему он тебе так важен? Этот участок?

Он бросает взгляд на салатницу, а потом на меня. В его глазах – холод. Закрывается.

– Не важно.

Отрезает, выстраивая между нами границу.

Я подхожу к мужчине. Прижимаюсь боком к нему, поднимаюсь на носочки и целую в плечо.

В этот жёсткий, напряжённый бицепс, который, кажется, никогда не отдыхает.

– Ну расскажи… Пожалуйста, – прошу. – Я… Мне кажется, ты обо мне знаешь всё. А я хочу узнать о тебе.

Мужчина замирает на секунду. Вижу, как напрягается шея. Как вздымается и опускается грудь.

– Этот участок… – с неохотой начинает Арс. – Он раньше принадлежал моему отцу. В девяностых у него тут был мелкий бизнес. Небольшой склад, автомастерская и шиномонтаж. Пять человек на зарплате, пара старых «жигулей» на запчасти. Не бог весть что, но своё. Честно заработанное.

Я слушаю, затаив дыхание. Арс никогда не говорил о семье.

– Потом пришли… – он усмехается коротко, зло. – Те, у кого крыша повыше. Бизнес отжали. Отца попытались заставить продать по дешёвке, он отказался. Начал разбираться. Подставили. Посадили.

– Посадили? – я дёргаюсь.

– На три года. За то, чего он не делал. Отмылся потом, но здоровье оставил там. Умереть не умер, но херово всё. Всё рухнуло. Семья – в труху. Мы остались ни с чем.

У меня перехватывает горло. Я тянусь, целую его в подбородок. Плотно, со всей нежностью, на которую способна.

– Прости…

– Не нужно. Всё нормально. Я большой мальчик, справился. Просто это… Дело принципа. Я хочу этот участок вернуть. Не потому, что мне он нужен. А потому что он должен быть наш. Память.

Я глажу его по руке. Молча. Прижимаюсь щекой к его плечу. Он не смотрит на меня.

Но я чувствую, что внутри него что-то раскрылось. И сердце моё – дрожит. Потому что так хочется быть рядом. Поддерживать.

– Это ужасно… – шепчу, прижимаясь крепче. – Так нельзя. Это несправедливо. Я уверена, что у тебя всё получится, Арс. Ты всё вернёшь.

Он молчит. Только рука ложится мне на спину, и пальцы скользят по позвоночнику.

Я прижимаюсь щекой к его щеке. Тепло. Слишком близко. Слишком нужно.

– И я… Я рада, что ты тогда согласился. Что всё вот так между нами получилось. Потому что мне это нравится, Арс. Очень. Прямо вот… Очень.

Я краснею. Улыбаюсь смущённо, прячу лицо в его плечо.

– Даже если ты вначале меня ненавидел.

Он хмыкает. Я чувствую, как его плечи трясёт от сдержанного смеха.

Он разворачивается, берёт меня за подбородок и поднимает лицо.

Глаза его тёмные, цепкие. Он смотрит на меня, будто хочет выжечь всё лишнее.

– Голубоглазка, я тебя не ненавидел. С первого взгляда я тебя пиздец как хотел. Вот и весь секрет.

Глава 30

После ужина мы выходим прогуляться. Лёгкий ветер щекочет лицо, я прижимаюсь к мужчине крепче, зарываясь в его куртку.

Арс обнимает меня за плечи. Целует периодически. Заставляя чувствовать себя самой счастливой.

Мы болтаем, но я обрываюсь на полуслове, слыша тихий писк. Поскуливание, царапавшее сердце.

– Там кто-то… – я бросаюсь в сторону, к кустам, и, как назло, зацепляюсь за корень, оступаюсь и шлёпаюсь прямо в землю. – Ай! Ой!

Падаю в листья, брюки в грязи, локтем в землю. От боли перед глазами белые вспышки появляются.

Под кустом что-то шевелится. Из темноты появляются глаза. Огромные, тёмные, испуганные. Скулёж повторяется.

И вот я уже ползу вперёд, как разведчик в засаде.

– Лия, бляха! – рычит Арс, но я не останавливаюсь.

– Эй, малыш, – шепчу. – Всё хорошо. Я не обижу.

Из темноты появляется пёс. Загнанный, дёрганый, с растрёпанной шерстью. Не щенок, молодой. Красивый.

Морда как у лайки, пушистый хвост. Весь дрожит. Лапа – неестественно вывернута, он прижимает её к себе.

Сердце сжимается. Кто-то ударил его. Или сбил.

– Лия, вали оттуда, – цедит Арс сквозь зубы. – Сейчас ещё укусит тебя, блядь, геройствовать полезла.

– Он ранен. Смотри на него! Ему больно. Смотри, он даже не лает. Просто боится.

– Голубоглазка, ты серьёзно? Ты в кусты летишь, жопой в грязь, за блохастым...

– Он не блохастый! Он пушистый. И его кто-то обидел. Мы не можем просто уйти!

Арс смотрит на меня, как будто я с ума сошла. А я, вся в грязи, с листьями в волосах, с дрожащим комочком под боком – смотрю на него снизу вверх с самой жалобной моськой, на какую только способна.

Он рычит. Смотрит на небо. Потом снова на меня.

– Ладно. Но если он насрёт в моей машине – мыть будешь ты.

– Договорились, – киваю с улыбкой. Тяну руки к псу. – Пойдём, зайчик. Всё будет хорошо.

Арс ворчит. Но подаёт мне куртку. И пока я пихаю испуганного зверя в объятия, он прикрывает нас от ветра.