Ая Кучер – Девочка Грома - Ая Кучер (страница 82)

– Завязывай, – качаю я головой. – Побазарить надо.

– Лучше я тебя просто пристрелю, – Наумов скалится. – Сразу жить лучше станет.

– Тогда ты не такой умный, как я тебя считал. Уберёшь меня – десять других вылезет. Будут город на части рвать, кровь невинных прольётся. До того как меня за решётку упёк, спокойнее было. Не находишь?

Наумов крепче ствол сжимает, не отводит. Пальцем курок поглаживает. Хватка уверенная, ментовская.

Но задумывается. Я ведь правду сказал. Когда у города один хозяин – всё спокойно. Да, тёмная сторона процветает, но при этом мирных не задевает.

А сейчас зачищать весь мусор приходится.

Наумов потирает подбородок о плечо, прищуривается. Поправляет «алкоголичку», немного пистолет отводит.

Автоматом его поведение считываю. Намёки ищу, что к бутылке прикладывается по новой.

Знаю, что бухал раньше по-чёрному. И снова же – мне-то что? Но Ярослава будет недовольна.

А это единственная девчонка, на чьи чувства мне не похрен.

– Я с миром пришёл, Наумов.

Продолжаю убалтывать. Хотя мне три секунды нужно, чтобы его пушку отобрать. У меня сноровки больше.

Но тут другой подход требуется. Адекватный. Чтобы Наумов больше не чудил. И подозреваемых мне не распугивал.

Своим затянувшимся следствием.

– Ты ищешь убийцу сына, – произношу я. – Я готов тебе его башку принести. Но взамен от тебя услуга требуется.

Я умею людей разводить. Продавливать то, что мне нужно. Давить, пока не сломаются.

Наумов ломается легко. Одна фраза, а его рука подрагивать начинает. Взгляд плывёт.

Забиться готов, что он уже месть представляет.

Месть я уважаю и понимаю. За семью нужно давить, да. Но у Наумова это в больную точку уже превратилось.

Его можно на что угодно развести. Выкрутить в нужную сторону. А он с радостью позволит.

Ствол Наумов убирает. Вглубь проходит, нас запускает. Теперь мы желанные гости.

Прохожу по уже знакомой комнате. Всё бумагами завалено. Записи от руки, фотографии.

Ухмыляюсь, заметив на доске рожу Варвара. Сдёргиваю фотографию.

– Дохера левых людей привязал, – сжимаю снимок. – Тебе повезло, что на мне зациклился.

– Да ты что? – Фролов хмыкает. – А иначе?

– Иначе давно бы уже кормил червей в земле. Варвара ты достал попытками накопать что-то, мешал. Если бы не тормознул вовремя, закончился бы всё плохо.

– Мне вас, ублюдков продажных, жалеть? Отбросы, которые себя всевластными объявили! Убиваете всех, угрожаете… А на деле вы не лучше грязи…

– Могу свалить. Чтобы ауру тебе не пачкать. Ищи дальше убийцу. Его, кстати, ни на одном снимке нет.

Наумов мгновенно рот захлопывает. Только смотрит в ожидании.

Говорил же, хуёво, когда такие слабые места есть. Одним и тем же можно до гроба шантажировать.

Я не собираюсь. Нет, даже бывшего мента полезно на привязи держать. Но не тогда, когда это касается отца Ярославы.

Только из-за неё притормаживаю.

– А этот вообще давно помер, – Мот находит другой размытый снимок. – Сразу после того, как ты за решётку загремел. Не договорились.

Брат хмыкает, напоминая, как люто и безжалостно мои территории сохранял.

Глаз Наумова дёргается, желваки играют. Но сдерживает себя. Пыхтит, а против ничего не говорит.

– Расклад такой, – в кресло падаю. – Ты сам никуда не двигаешь. Сидишь ровно и мои приказы слушаешь.

– Я ещё не так низко пал! – Влад всё-таки взрывается. – Чтобы под твою дудку плясать! Если ты думаешь…

– Ты уже одного свидетеля шуганул. Через него я собирался на заказчика выйти. Верхушку срубить. А он теперь ныкается как крыса по норам. Потому что ты с вопросами полезь.

– Я ещё раз опрашивал друзей Вячеслава. Раз никто ничего не делает, то я должен.

– Теперь делом занимаюсь я. Ты сидишь и не дышишь лишний раз. И тогда я смогу добиться справедливости. Расклад понятен?

Наумов шумно дышит. Краснеет, раскалённое железо напоминает. А после бледнеет мгновенно.

Мужик сжимает и разжимает кулаки. Во взгляд всю ненависть вкладывает. Презрением так и фонтанирует.

Я уже говорил, как мне похуй на его пыхтенье? Не впечатляет.

– Понятен, – желваками играет. – Но откуда мне знать, что ты не подсунешь мне левого персонажа? Не обманешь.

– Сам у него спросишь, – лениво оглядываюсь. – К моменту, когда я с ним закончу, он всё выложит. И либо примешь его ответы, покой найдёшь… Либо тогда до смерти суетиться продолжишь.

– Хорошо. И когда ты это сделаешь?

– В ближайшее время. Но… – усмехаюсь. – Доказательств для суда не будет. За решётку он не попадёт. Я буду и судьёй, и палачом.

Бровь вздёргиваю. Ответа жду.

Ну что, мент, эти принципы подходят?

Когда в угоду своим желанием, то можно руки замарать?

Наумов даже не задумывается. Мгновенно решительно соглашается на всё, что я предлагаю.

Необходимость получить желанную месть превыше всего. Как банально.

Встречаюсь взглядом с Мотом сталкиваюсь. Он кивает. Показывает, что уходить пора.

– Вот и решили. За тобой слежка будет, – предупреждаю. – Чтобы без лишних движений.

Наумов не спорит. К выходу проводит, с шумом дверь захлопывает. Хоть как-то себя выше поставить пытается.

– А благословения спросить? – ржёт Мот.

– Наумов знает, что Ярослава со мной, – цежу, а у самого кровь закипает. – Нихуя за неё не спросил. Нахер его с его благословением.

– Ууу, зато какие интересные семейные праздники будут.

– Ты смотри, чтобы у тебя таких не было. Найдёшь себе дочь какого-то следака – расскажешь впечатления.

– Э! Ты за что меня сейчас проклял? Забери свои слова обратно. У меня тут инфа на обмен есть.

Мот взмахивает документами. Которые из квартиры Наумова утащил.

Я ещё в прошлый раз их заметил, а теперь себе прикарманил.

Они для дела пригодятся. Влад действительно на многих информацию нарыл. Во все стороны бросался, чтобы найти убийцу сына. А я это для своих целей использовать могу.

– Дальше куда? – Мот уточняет.