Ая Кучер – Без шанса на развод (страница 66)

– Только если хочешь полы мыть после потопа.

– В армии и не таким занимался. Поехали.

Я правда не могу понять, как Сергей оказался моим компаньоном. В одно мгновение он называет меня хабалкой, потом – мы вместе кофе пьём, а теперь он едет со мной.

На самом деле – я понимаю. Но у меня не было времени разбираться с ним и убежать, что я вполне могу справиться сама.

Я не нежная фиалка, которая не сможет перекрыть трубу или вызвать сантехников. Как-то справлюсь.

Но проблема в том, что рядом со мной Сергей. А с ним… Спорить не особо получится, я чувствую. В этом деле ему вряд ли нужно знать: могу я или нет. Он просто решил.

И таких, как Сергей – переубедить сложно.

Он просто едет и точка.

А я не хочу ввязываться в заранее проигранную битву.

Ну… Мне не помешает бесплатная уборщица, если ему так хочется поддержать.

Ведь когда я связываюсь с консьержем, он описывает страшную картину. Соседка снизу скандалит, рассказывает, что у неё вещи едва не плавают по квартире.

Я подозреваю, что это преувеличение. Но ведь что-то происходит. И я хочу решить это в ближайшее время.

Мне ещё эту квартиру продавать. А ремонт в планы не входил.

– Здравствуйте, – я вежливо улыбаюсь консьержу. – А где пострадавшая?

– Она ушла к себе, как только услышала, что вы едете. Но вы говорили, что через полчаса…

– Я сама к ней зайду. Спасибо большое.

Я замечаю прищур Сергея, но он молчит. Изучает место, где я живу? Так ведь уже знает.

Сейчас мне не до этого. Мы проскочили пробку и поэтому приехали на десять минут раньше.

Я хочу потратить это время с пользой. Пока соседка не явилась, я успею самостоятельно оценить степень ущерба.

Я мысленно готовлюсь к дому, что стоит открыть дверь, как хлынет поток воды. Или квартира будет завалена мусором и вещами.

Всё же Дава не первый день живёт один, мог навести здесь бардак.

Но нет. Ничего. Совсем.

В квартире чисто и сухо. На первый взгляд. Я недолго вожусь с Даней, раздевая его. А Сергей пользуется возможностью – сам изучает мою квартиру и проверяет трубы.

– Тут сухо.

Я хмурюсь, тоже не заметив нигде воды. Даже под ванную заглядываю, пока Сергей уходит на кухню. Нигде нет воды.

Если я растеряна, то Сергей – немного напряжён. Его лицо открытая книга. В нахмуренных бровях и поджатых губах – целая история скрывается.

Он обдумывает ситуацию. Зная подобный характер, может уже и решение прикидывает. Хотя решать нечего.

Грешным делом, я осматриваю другие комнаты. Трубу прорвало в неотопительный сезон? Дава где разлил бутыль воды?

– Твоя соседка точно здоровая? – уточняет Сергей. – Это похоже на какой-то саботаж.

– Или её кто-то другой топит, – я поджимаю губы. – Но к странностям мне не привыкать. Ладно, хоть вещи заберу. А потом пойду разбираться.

– Заберёшь вещи? Переехала?

– Да, решила сменить обстановку. Когда никто не знает, где я живу – так проще и спокойнее. Что?

Я фыркаю недовольно, когда замечаю острый взгляд Сергея. Он прячет его, отворачивается к полкам.

Но я ведь уже заметила, тут не получится меня провести.

Дарую мужчине минуту на чистосердечное признание. Иду в детскую, чтобы забрать некоторые игрушки Максима. Он просил меня.

А Сергей следует за мной. Никакого инстинкта самосохранения.

– Ну? – подгоняю я. – Я уже видела твой взгляд. Рассказывай давай.

– И разрушить твоё спокойствие? – он прищуривается. – Давай сойдёмся на том, что мне узнать легко.

– Прописку я не меняла.

– А кофе пила, скорее всего, рядом со своим домом.

– Вот же… Следак.

Сергей открыто смеётся. Хрипло и громко, настолько заразительно, что я сама улыбаюсь.

Глупо верить, что такой, как Сергей не сложит два и два. Опыт и старая закалка – это не шутки.

Всё ему интересно, всё между собой свяжет. Вон уже и улики собирает. Мужчина тянется к рамке с фотографией.

Старая очень. Там изображены мы с Назаром и детьми. Им лет по пять. Назар хмурый, а я – смеюсь.

Всё из-за того, что Дава уронил на него мороженое. А нас как раз фотографировала моя знакомая.

Дава её хранит из сентиментальных соображений. Но я не думала, что с собой привезёт. Даже рамку нашёл.

– Твой муж? – Сергей прищуривается. – Тут точно Давид на фото. Такой же наглый взгляд, как и сейчас.

– Да, мой первый муж, – я дёргаю плечом. – Он погиб.

– Мне жаль.

А я невольно воспоминаю слова Бориса. Он серьёзно говорил о Каминском? Мой муж ревновал меня к умершему Назару?

Насколько же неуверенным нужно быть в себе?

Тепло и трепетно можно относиться не только к любимым.

Я дёргаю плечами и начинаю чувствовать себя неуютно. Словно Сергея куда-то глубоко пустила, хотя это просто фотография.

– Ладно, пойду говорить с соседкой, чтобы успокоилась, – я сменяю тему.

– Я пойду с тобой, – мужчина ставит рамку на место.

– Знаешь, на меня это не действует.

– Что именно?

– Твой командный генеральский тон. За меня не нужно решать.

– Я и не решаю. Я решаю только за себя. А я иду.

– Ты… Пфф.

Я фыркаю, ненадолго потеряв выдержку. Как можно быть таким самодовольным и спокойным одновременно? Ууу, мне есть чему поучиться.

И ведь что я сделаю? Запру его в своей квартире?