Ая Кучер – Без шанса на развод (страница 35)

Гель начинает приятно охлаждать. Убирает пульсацию под кожей. Поэтому я прикрываю глаза, удерживая пакет.

В таком положении меня и застаёт сын.

– Вы чего тут? – хмурится Дава. – Что уже случилось?

– Надо же нам развлекаться, пока вы заняты, – я усмехаюсь. – Всё сделали?

– Да, там быстро и просто. Всё сдали, теперь ждём результата. Потом… Ну, потом будем решать всё.

– Отлично.

Скупо произносит Сергей, поднимаясь. Его дочь стоит в сторонке, всё ещё не рискует подходить. Смотрит на меня с лёгкой опаской.

Поэтому, оставшись наедине, я решаю прояснить ситуацию с сыном.

– Ты Каминским представился? – я уточняю. – Она искала именно Каминского.

– Ну… Ма, не парься. Было дело и… Не смотри так.

– Просто пытаюсь разобраться. Обычно ты держишься за свою фамилию.

– Ситуация тупая была, ладно? Были проблемы, и… Ну я козырнул фамилией Льва. Это ведь эффективнее, чем про отчима рассказывать и прочее. Сын Каминского как-то надёжнее звучит.

– Мне стоит знать о тех проблемах?

– А, не. Лёгкое недопонимание. Но там Лера это видела, а она мне понравилась. И было как-то тупо объяснять всю ситуацию. Ну, то есть она знает, что мой отец умер, а Лев – отчим. Но я про фамилию уже умолчал. Просто я понимаю, насколько это по-мудацки звучит. Я не брал фамилию Льва, но ею понтуюсь. Понимаешь?

Не очень. Но и мне давно не восемнадцать, чтобы в психологии подростков разбираться.

Главное, что всё решилось. Я подхватываю свой плащ, направляясь к выходу. Лучше перехвачу детей и в другой день зайду. Я не хочу сталкиваться с мужем.

– Извините, – долетает тихий голос Леры. – Карина Рустамовна, а… Я могу с вами поговорить? Наедине.

– Да, конечно.

Я немного теряюсь, но мгновенно беру себя в руки. Лера для меня пока загадочная девушка.

Молоденькая, немного напуганная, но есть в ней что-то… Не отталкивающее, нет. Скорее просто непонятное.

А ещё после вчерашних подозрений – мне немного не по себе. Оттого и чувствую лёгкое отторжение. Но я не хочу становиться свекровью из страшилок, поэтому стараюсь взять себя в руки.

Свекровь, конечно, такое себе понятие. Учитывая, что они с Давой разошлись. Но другого определения для нашей ситуации я не могу найти.

– Я хотела извиниться, – неожиданно начинает девушка. – И за себя, и за моего отца. За папу больше.

– Да? – я выгибаю бровь. – Почему?

– Просто он… Как танк, – по-детски фыркает, смотрит на меня в поисках поддержки. – Я просила его не вмешиваться, но он не послушал. Он знает лучше и пытается это другим навязать.

– Это я уже заметила.

Я прикасаюсь ко лбу. Вспоминаю, как Сергей нагло полез со своей первой помощью, хоть я и не просила.

Охотно верю, что Лера могла тоже планировать другое. А вот Миронов взял всё в свои руки и пошёл разбираться.

– Он не должен был вмешиваться, – вздыхает Лера. – А уж тем более с вами говорить. Вы ведь тут совсем ни при чём!

– Не должен был, – я соглашаюсь. – Но это не твоя вина.

– Я всё равно чувствую себя виноватой. Будто из-за меня всё это случилось. А я бы не хотела начинать знакомство с вами с негатива. Давид много о вас рассказывал и мне… Хотелось по-другому, в общем.

– Не переживай. Не ты же это устроила.

– Ну… Я рассказала папе. О Давиде. А дальше он уже сам всё нашёл. Если бы не рассказала – он бы не полез.

– Лер, ты уж точно не несёшь ответственность за чужие решения. Извинения работают, когда они твои. И искренние. А Сергей вряд ли сожалеет о своих поступках.

Лера немного морщится. Недовольно зыркает в сторону отца. А после со вздохом соглашается.

Всевышний. Какой же она ребёнок. Хотя, Дава мой не лучше. Молодёжь, которая в восемнадцать ещё не до конца разбирается в жизни.

Я такой же была? Нет, точно нет! Я была куда более рассудительной, и взрослой, и…

Кого я обманываю?

Мы с Назаром были как два идиота, которые ничего не смыслят в жизни. Но пытаются во взрослых играть. Теперь очередь Давида настала.

– А за себя по какому поводу? – направляю я разговор.

– За вчера, – Лера прикусывает губу. – Что я сначала беспокоила, а потом вот так сбежала. Но… Я поняла, что Давид ничего не рассказывал вам. Я хотела просто с ним поговорить. Узнать, что он планирует, и заканчивать этот бег. А там вдруг вы. И вот так вываливать было неправильным… Я вам совсем не понравилась, да?

– Что, прости?

– Ну, вы так смотрели вчера… Будто я одним присутствием вам мешаю. И… Неважно. Забудьте.

Лера нервно дёргает плечом, мнёт край свитера. Снова у неё появляется этот изучающий взгляд. Но, скорее, более любопытный.

Пытается считать моё отношение к ней?

Девушка становится ещё более интересной.

Она вчера не как конкурентку рассматривала, а как мать бывшего? Которая её взглядом испепеляла…

Вполне может быть.

А ещё, что точно, мне точно нужно перезагрузить голову. В последнее время моя логика даёт сбой, и мне это не нравится.

Хорошо, что я лишнего не сказала вчера. И так ситуация у нас непростая. Накалять я её не хотела бы.

– Лер, ты мне и не должна нравиться, – я мягко улыбаюсь. – Или кому-то ещё. Ты есть ты. А уж моя оценка точно ни на что не влияет.

– Как же?! Вы ведь станете бабушкой моего малыша! Ой. Эм… Мамой отца моего ребёнка? – я удивлённо смотрю на неё. Как она узнала мою формулировку? – Вы как мой папа реагируете. Он отказывается слышать что-то о «дедушке», пока ему шестьдесят не исполнится.

Ну хоть в этом мы с Сергеем единодушны. Мне точно понадобится несколько сеансов к психологу, чтобы подобное пережить.

Решив рожать в девятнадцать, я не учла одного. Что дети у моих детей могут появиться так же рано.

– Я не хочу доставлять вам проблем, – уверенно произносит Лера. – Просто хотела прояснить эти моменты.

– Хорошо.

– И деньги Давида или ваши мне не нужны! Если вы думаете, что я этот тест для денег устроила… То знайте, это не так! Я лишь хотела Давиду рассказать, а он… Он… Я обойдусь.

Гордо вздёргивает подбородок. Мягкий взгляд на уверенный меняется, решительный. Словно даже голос у неё ниже становится, не такой дрожащий.

А я сразу говорила – девочка со спрятанным характером. Раз сына моего хорошенько пропесочила своим «глупым мажором».

– Я поняла, – спокойно киваю. – Но от денег отказываться глупо, Лер. Алименты не просто так придумали.

– У меня, между прочим, папа хорошо зарабатывает, – прищуривается она. – У него своя фирма. И…

– Не нуждаетесь, я поняла.

– Я просто хочу, чтобы у ребёнка был отец. Нет так нет. Мой отец может бурчать, но я силком заставлять никого не буду! Вот! И… Простите. Я извиняться должна, а не кричать.

Лера мгновенно меняет решительность на очередную порцию неловкости. Моргает часто, избавляясь от накативших слёз.