Ая Кравец – Малая для мажора (страница 4)

– Слушай ты, мартышка страшная! Да кому ты нужна, приставать к тебе! Он поугарал над тобой, а ты и повелась, – нервно и ненатурально захохотала Катрин, прыснула и Алина.

– Так вы поэтому пришли меня стращать? Потому что мне показалось? – я всё-таки не удержалась. Подколола стерву и тут же за это поплатилась. Катрин вцепилась в мой пучок, больно потянула назад, запрокидывая мне голову.

– Ты мне тут ещё поулыбайся, овца! Чтобы больше не приближалась к нему, ясно тебе? О таком парне тебе только в твоих бомжацких снах мечтать!

– Препод! – шикнула на подружку Алина, и обеих будто ветром сдуло.

Я зашипела, схватившись за голову, глаза защипало от слёз.

– Всё нормально? – послышался голос преподавателя, и я быстро выровнялась, принимая правильное положение.

– Да, – пропищала тихонько, скосила глаза на Алину и Катрин. Те устроились чуть дальше, состроили умные лица и уткнулись в конспекты.

Можно было бы пожаловаться. И, вполне возможно, их бы даже отчитали за такое поведение. Но как-то это позорно, что ли… У нас в детском доме стукачей терпеть не могли. Хотя, в принципе, дети были добрее этих вот… Вот чего им в жизни не хватает? Ведь всё есть! Родители, деньги, еда, одежда. Возможности. Откуда злоба такая страшная?

«Привет, как дела? Может, сходим сегодня в клуб?» – засветился экран моего старенького телефона, а я невольно улыбнулась.

Максим.

Макс мой друг. Хотя он называет себя моим парнем. Впрочем, я не спорю. Если ему так проще, то пусть. Наверное, мы просто выросли из того возраста, когда неважно с кем дружить – с девочкой или с мальчиком. У взрослых людей всё должно быть по-взрослому. Это так Макс твердит. Хотя я с ним не всегда согласна. Особенно не согласна, когда под «взрослым» он подразумевает интимные отношения.

У Макса, в отличие от меня, есть родители. Только пьют, месяцами из запоя не выходят. Так что кому из нас повезло больше – тот ещё вопрос. Так говорит Макс. Но и тут я с ним поспорила бы. Родители они… Родители. Папа и мама. Какими бы ни были, они всё равно твои родители. Подарили нам жизнь, и уже за это мы обязаны их любить. Да и мама Макса очень вкусно готовит борщ. Когда трезвая и не с похмелья, что, к сожалению, бывает крайне редко. А папа разрешает Максу брать свою старенькую машину, на которой мы катаемся по ночному городу. Уже за это их можно любить. У меня нет даже таких…

«Привет, а в какой?» – набиваю ему ответ.

«В «Ягуар». Я сегодня приглосы достал, клубешник суперский. Там типа мажоры разные тусят».

Меня немного коробит от сленга Макса, но это уже дело привычное. Больше коробит от слова «мажоры». Мне их и в универе хватает. Да и в клубах я нечасто бываю. Если быть точнее, до этого была только раз. Тоже с Максом.

Однако насколько высока вероятность, что в том «Ягуаре» я встречу кого-нибудь из своих однокурсников? Один шанс из тысячи. Или и того меньше. А так хоть отвлекусь. Волосы вот распущу.

«Во сколько?»

***

Вечер снежный, морозный. Я ловлю ладонью пушистую снежинку, смеюсь. А Макс прижимает меня к себе за талию. Обычно я ругаюсь на него за такое проявление чувств на людях. Но сегодня как-то не хочется ворчать. В конце концов, я молодая девушка, должна наслаждаться жизнью. Да, слова Елены Мироновны. Нет, я не девочка с детским лицом и душой пенсионерки. Просто на учёбу уходит много сил и времени, а на отдых почти не остаётся энергии.

– Ладно, хватит дурачиться. Пошли в клуб, холодно здесь, – Макс затаскивает меня под навес с цветными гирляндами и, несмотря на мои опасения, проводит нас мимо охраны внутрь помещения.

С порога по ушам бьют биты, и сердце начинает биться в ритме музыки. Здесь шумно, много народу. Макс протаскивает меня сквозь толпу, останавливается. Пока я осматриваюсь вокруг, с кем-то здоровается. Наверное, знакомый.

Парень что-то кричит ему на ухо, Макс быстро кивает и склоняется в мою сторону.

– Варь, ты к бару сходи, закажи себе чего-нибудь, а я скоро подойду! Ща перетру кое-чего с корешем и вернусь! – щекочет ухо своей модной бородой, а я отрывисто киваю.

Макс протягивает мне тысячу рублей, а я удивлённо вздёргиваю брови. Откуда у него деньги? И на такси хватило, и угощать вот меня собрался.

– Эээ… У меня есть! – пытаюсь перекричать музыку, но Макс уже меня не слышит, суёт в руки деньги и спешит за своим другом.

Я заказываю апельсиновый сок, потягиваю его через соломинку минут десять. Вокруг танцы и веселье, и мне тоже хочется попрыгать. Но Макс попросил ждать у бара, и я жду.

Проходит ещё минут пять, сок почти закончился. Кто-то садится рядом, подзывает бармена, и тот вскидывает руку, здоровается с моим соседом по стульям.

– Мне *****, а девушке… Чем тебя угостить, малая? – слышу знакомый голос, и внутри всё переворачивается от волнения. Нет, мне показалось, не может такого быть. Поворачиваюсь к нему и понимаю, что может… Тот самый нахал.

– Эй, чувак, я тебе тут не мешаю? – слышу из-за спины мажора голос Макса.

– Свали, – бросает ему через плечо мой навязчивый ухажёр. – Так что, что пьёшь? Или этот жмот тебе, кроме сока, ничего не взял? – это уже мне.

Краснею от корней волос, кажется, до самых пяток. Очень неудобно перед Максом.

– Э! – Максим кладёт руку на плечо мажору, а тот закатывает глаза и поднимает указательный палец вверх, мол, минуточку. А затем разворачивается и бьёт моего парня прямо в лицо.

– Так чем угостить? – снова поворачивается ко мне, и голос его становится настойчивее.

Глава 7

– Ты что? Ты ненормальный, да?! – вскрикиваю, спрыгивая со стула. – Психопат! Ты что сделал?! – бросаюсь к Максу, помогаю подняться ему с пола, но тот, будто сумасшедший, отталкивает меня в сторону и с рёвом несётся на мажора.

– Ты чё, козлина! Да я тебя щас на куски порву! – в глазах своего парня успеваю заметить какой-то странный блеск. Будто ему эта вся ситуация даже нравится. Нет, думаю, показалось.

– Ну, давай, – ухмыляется мажор и манит его рукой, словно подзывает к себе собаку. – Я обычно баб не бью, но сегодня под настроение.

Макс замахивается, а Илья ловко уворачивается и, уходя в сторону, бьёт моего парня по почкам. Тот с воплем заваливается на пол, но снова вскакивает, будто заведённый. Ещё один удар, только теперь уже в лицо, и Макс заваливается навзничь, раскинув руки в стороны.

– Окончен бой, пора домой! – резким, злым движением мажор поправляет на себе куртку, залпом выпивает то, что перед ним поставил бармен, и кому-то делает знак рукой…

А я между тем замечаю, что в клубе стало ужасно тихо, а вокруг нас столпился народ.

– Этот? – спрашивает подоспевший охранник в форме и с дубинкой в руке. Это он на Макса кивает? Я бросаюсь к своему парню, приседаю рядом.

– Макс? Мааакс? Очнись, пожалуйста! – по щекам хлопать не решаюсь, вдруг у него сотрясение. Из носа течёт кровь, да и выглядит он неважно. А меня вдруг кто-то берёт под руки и поднимает на ноги.

– Девушка, уйдите, а? Или с ним пришла? – строго зыркает на меня охранник.

– Она со мной. А у этого карманы ещё обшарьте. Он под дурью был, – мне на талию уверенно ложится рука нахала.

– Чегооо? – возмущаюсь, ибо, согласитесь, есть чему возмутиться. – Ты!.. – закончить мою тираду не даёт сухая, горячая ладонь, которой мажор зажимает мой рот.

– Ну-ка, цыц! – И я тут же отказываюсь от своей идеи заорать, потому что его взгляд лишает меня воли. Неожиданно… – Или хочешь, чтобы тебя вместе с ним за наркоту упаковали?

Я плохо понимаю, о чём он говорит, но послушно захлопываю рот, когда его рука исчезает с моего лица.

А я заторможенно думаю, что этот негодяй только что избил моего парня, а теперь ещё и натравливает на него охранника. Последний вызывает по рации напарника, и они вдвоём утаскивают Макса.

– Эй! Стойте! Вы куда его?! – порываюсь броситься за ними, но мажор перехватывает меня за локоть.

– Твой дружок проснётся завтра в ближайшем отделении полиции. Ты можешь, конечно, пойти за ним, и тогда тебя примут за соучастницу. И разбираться точно никто не будет. А у родителей твоих, судя по твоим дешёвым шмоткам, не хватит денег, чтобы отмазать. Так что решай сама.

– Ты… Да ты…

– Да, я. Между прочим, владелец этого клуба. А ты девчонка наркоторговца, который пришёл в мой клуб продавать отраву. Так что осторожнее на поворотах, малая. Я не всегда такой добрый.

– Ты врёшь! Я не верю, что Макс мог заниматься чем-то подобным! Где доказательства, в конце концов? Или думаешь, тебе всё позволено? – наступаю на него, повышаю голос и грозно сдвигаю брови. На Макса обычно действовало. Но этому, кажется, по боку. Лишь ухмыляется лениво.

– Ну пойдём. Посмотришь на свои доказательства, – сжимает руку до боли и тащит куда-то сквозь толпу. Поднимает руку вверх, и тут же диджей включает оглушающую музыку.

Ну вот как? Как из всех клубов города Максим мог выбрать именно тот, который принадлежит этому… Хаму.

– Куда ты меня тащишь?! – шиплю на него, но мажору моё сопротивление, как слону дробина. – Отпусти немедленно! Думаешь, если у тебя папа с мамой богатенькие, всё тебе позволено? Думаешь, не найду на тебя управы?

Он молча заталкивает меня в какую-то комнату, и там, в полутьме, я замечаю Макса. Он почему-то мокрый, будто его водой облили. Сидит на скамье в наручниках, ругается на охранника, возвышающегося над ним грозной скалой.