Ая эН – Уровень Альфа (страница 44)
Сам Гыр-мыр одет был более чем небрежно: непонятной длины штаны свободного покроя, уже не шорты, но еще не бриджи, с чернильным пятном повыше колена, и рубаха не в тон, не в стиль, не в ум, не в фантазию.
– Свет-свет, и давайте скорее лузгать семечки, чтобы перейти на ты, а то мы свихнемся выкать! – Матиасе разодрал край пакета. – Подставляйте ладошки!
– Варварский, дикий обычай! – попыталась слабо возмутиться Паола, но ладошку подставила. – Эй, аккуратнее!
Водопад черных с золотистыми ребрышками семечек полился из слишком большой дыры в пакете. Мимо ладошек, на землю.
– Как странно… – Варя завороженно смотрела на семечковый поток.
– Что странно?
– Я… уже читала об этом… В книге.
– Вот! – обрадовался Матиасе. – Я же говорю: не такой уж дикий обычай. В книгах описан.
– Но это была такая книга… Фантастическая. Ее написал дедушка моего друга, там, у нас, на Земле-11.
– Обычаи разных народов в разных мирах иногда бывают похожи удивительным образом, – заметил Чич Гырамджанахварамширунатдзиэ. – А семечки – очень распространенный продукт.
– Нет-нет. – Варя стала серьезнее Паолы. – Славик Тихонович Клюшкин в своем романе описал не только семечки. Он описал инфилоперов, строительство сокращалок. И даже имя Мебби Клейн у него было.
– Любопытненько, – воодушевился Матиасе, щелкая семечки прямо на асфальт (впрочем, они тут же куда-то исчезали). – Прям очень любопытненько. Ты нас с ним познакомишь?
– С романом или со Славиком? – Паола стянула со лба на глаза солнечные очки и раскусила первую семечку.
– Славик Тихонович, как и все другие, остался на Земле-11, – покачала головой Варя. – И… он уже умер… Вроде бы… Они там… Все… Ну, неважно! А романа у меня нет. Мне его Дюшка давал почитать – в рукописи – и потом забрал.
Паола и Матиасе переглянулись, а Чич Гыр сказал:
– Ну, на нет и суда нет. Значит, ты нам просто расскажешь.
– Да! Да! И Янанне тоже расскажу – какая я лапша, почему раньше не сообразила! Это же очень важный факт, он может помочь. Дело в том, что когда я в первый раз исчезла…
Паола и Матиасе опять переглянулись, а Чич Гыр взял Варю под локоток и решительно заявил:
– Это надо будет обсудить попозже, в спокойной обстановке. А сейчас я предлагаю зайти в стеос.
Для сохранения прекрасного есть много путей. В картинной галерее можно познакомиться с произведениями живописи, в консерватории – погрузиться в волшебный мир музыки, в библиотеке… Наверное, можно не продолжать! Стеосы хранят чужое вдохновение в чистом виде. Если вы хотите точно и детально представить себе, что именно испытывал Ван Гог, создавая «Звездную ночь», вам достаточно посетить соответствующую келлу (комнату) стеоса, в которой хранится полный сигнатурат требуемого события.
Диди.
В вестибюле экскурсантов встретила рыжая-рыжая девушка-блондинка. Кожа у нее была обалденная, настоящий апельсинчик! А стрижка обычная, афроежиком. «Наверняка крашеная! – подумала Варя – Рыжие не бывают блондинами. А причесон у нее дурацкий, как у нашей школьной буфетчицы…» Телосложением рыжая девушка напоминала землянку-14: невысокая, коренастая, с выраженной осиной талией и такой же осиной шеей.
– Это биостатуя Куаси – знаменитой фигуристки, которая первой сделала тройной тулуп в валенках, – почтительно произнесла Паола.
На ногах биостатуи действительно были валенки. Паола была фанаткой Куаси. Она много раз посещала келлу Первого Тройного Тулупа Куаси, была в курсе всего, связанного с этим видом спорта, и… и поэтому предложила остальным начать не с Куаси, а с других спортсменов. Поскольку самое вкусное должно остаться на десерт.
Но прежде чем начать осмотр келл, Варе пришлось ответить на ряд вопросов. Ведь она впервые посещала стеос, и ее не было в базе данных. Варю попросили приложить палец к полосатой пластинке.
Диди.
Затем Варю попросили представиться, назвать номер родной планеты, текущий возраст, обобщенный возраст и среднее значение уровня Пи за последние десять – двадцать лет жизни. Имя и планету Воронина назвала без труда. Но что такое текущий возраст?
– Тринадцать лет, скоро будет четырнадцать, – произнесла она и запнулась.
– Текущий принят, пожалуйста, назовите обобщенный, – механический голос был вежлив, но настойчив.
– Чего он от меня хочет? – шепотом спросила Варя Паолу.
– Сколько ты всего живешь.
– В смысле?
– Ну, мне, например, сейчас семнадцать. Это мое третье обновление. А всего мне четыреста два.
– А я не люблю обновляться, – вставил Чич Гырамджанахварамширунатдзиэ. – Один раз попробовал – и баста. Мне сто семьдесят один текущий и что-то около шестиста обобщенных. Точно не помню, но я в стольких базах есть, что помнить не обязательно.
– Но мне всего тринадцать. – Варя растерялась и расстроилась от того, что ее, оказывается, окружают не ровесники, а какие-то молодящиеся старики. – Я родилась тринадцать лет и десять месяцев тому назад. А до этого меня не было.
Три долгожителя уровня Пи уставились на Воронину с неподдельным интересом.
– Ущипните меня кто-нибудь, да посильнее, – пробормотал Матиасе.
Паола не замедлила исполнить его желание.
– Ай!
– Сам просил.
Чич Гырамджанахварамширунатдзиэ извлек из кармана своих просторных штанин книжицу красного цвета – какой-то гаджет, не комп, не планшет, но что-то вроде. Сотворил в пространстве некое подобие экрана, на котором возникли: слева – схема, похожая на Токийский метрополитен, справа – список с древовидными ответвлениями, напоминающий программу.
– Так, – произнес он спустя пару минут. – Ты врешь.
– Нет!
– Ты врешь, но не сильно. Тебе на самом деле уже исполнилось четырнадцать. Но только четырнадцать. И ни годом больше.
– Но мне…
«Неужели я пропустила свой день рождения?» – с огорчением подумала Варя.
– Ты пропустила свой день рождения, поскольку временной скачок произошел, когда ты была Мебби Клейном.
– Стоп! Стоп! – вскричал Матиасе. – Она – четырнадцатилетний младенец и уже была Мебби Клейном?! Чич, ты шутишь?
– Я не младенец, я подросток, – насупилась Варя, но на нее никто не обратил внимания.
– Чич, это невозможно. – Паола сохраняла спокойствие и невозмутимость. – Поменять сущность и стать Мебби Клейном может только инфилопер, но даже начальное инфилообучение длится никак не менее нескольких столетий. При всем моем уважении к Варе… Она вряд ли знает даже, чему равен квадрат гипотенузы в…
– Знаю. Сумме квадратов катетов он равен, – буркнула Варя.
– В неевклидовом пространстве… – продолжила Паола, по-прежнему не обращая внимания на Воронину.
Возможно, они бы еще долго дискутировали, но их прервал механический голос идентификатора, который объявил:
– Вы обнаружены в списках вновь прибывших. Ваш обобщенный возраст соответствует текущему. Ваш уровень пи – одиннадцать пи. Информация верна. Рекомендуем вам начать осмотр с келлы номер один. Приятного просмотра!
Чич Гырамджанахварамширунатдзиэ свернул гаджет и сунул его обратно в карман:
– Ладно. Проехали. Где тут келла номер один?
Зелененькая стрелка в полу показывала направление.
– С одиннадцатью пи невозможно быть инфило-пером, – продолжала Паола.
Чич пошел по стрелке. Матиасе пожал плечами и устремился за ним. Девушки остались вдвоем возле биостатуи.
– Знаешь, я сама ничего не понимаю. – Варя выглядела немного растерянной, немного виноватой, хотя, в чем ее вина, объяснить бы не могла. – Я правда была Мебби Клейном, с Янанной. Ты ее видела, мы тебе вместе звонили.
Паола сдержанно кивнула.
– И мне правда только тринадцать. То есть четырнадцать, – продолжила Варя. – Но вот с уровнем эмоций, с уровнем пи, они ошиблись. Я проверяла пи на браслетке, когда была дома… Дома у Дюшки… Но там и одного пи не было.
Паола задумалась.
– И еще ты меня вчера поздравила с тем, что я… что я – молодец, достигла совершенства или что-то такое… Но я ничего не… просто бац – и оказалась где-то. А потом второй бац – и стала Мебби Клейном. А потом последний бац – и я тут. Как-то так. Я даже не помню толком, что и как мы делали, как эту сокращалку прокладывали, например. Вроде бы шли, взявшись за руки.
Паола слушала и продолжала думать.