Автор – Дом на Сиреневой улице (страница 82)
Обгоняя мать, из комнаты выскочили девочки. Они играли в непонятную игру: одна стояла на четвереньках, вторая держала пояс от халата в руках:
– Мама, она меня не слушает, я говорю: «Ты больше не тигр, вставай!» А она не встает!
– Видите, в каких условиях приходится выживать: тигры, дрессировщики, дай-ка сюда! ― забирая пояс и поднимая девочку, воскликнула мама.
– Я хотела узнать: не мешаю ли своей музыкой?
– Да вы что? У вас всегда приятные мелодии звучат, заслушиваюсь. Знаете, я как раз хотела предложить: может, возьмете кого-нибудь из них на занятия? Да всех по очереди! Я серьезно, деньгами не обидим, папа зарабатывает! А малышу музыка точно не мешает, наоборот, засыпает быстрее, так что вы играйте!
– А я про вашу семью уже слышу мелодию, хотите наиграю?
– Только после чая!
Надя глядела на девчонок, и ей впервые не хотелось спрятаться от них за дверью. Белобрысые, забавные, милые, наверное, можно попробовать дать уроки.
Одна из девочек (та, которая тигр) подошла к маме, прильнула к ее к бедру, пристально посмотрела на Надю и сказала:
– Вы похожи на Малефисенту.
– Точно, губы ― топчик, ― добавила старшая дочь, беря из вазы печенье.
– Дочка, хватит кусочничать! Иди, только тихо, посмотри братика!
Женщина заварила чай, достала из холодильника молоко, сгущенку, сливочное масло, нарезала хрустящий хлеб и подсела к девушке.
Надя почувствовала, как ей хочется иметь такую же суматоху дома. Ни тишины в ожидании клиентов, ни тайных встреч с гуру. А ласково пшикать на детей, гладить их по спинке, ждать мужа с работы, встречать гостей.
После чаепития девушка вернулась в свою стерильную квартиру, за ней, озираясь, вошли соседи: мама с сыном на руках и три дочери.
– О, как просторно! Тут можно бегать! ― обрадовались близняшки, нарезая круги вокруг кушетки.
Надя села за инструмент, и мелодия поскакала веселой полькой. Та-та-та-там-тарарам-там-там-там-там! Девочки подошли к пианино:
– Мама, можно мы тоже поиграем?
Девушка убрала руки, позволяя им прикоснуться к клавишам. Те осторожно тоненькими пальчиками дотронулись до них и засмеялись от восторга.
– А можно еще?
Теперь в расписании Нади появились уроки музыки для девочек. И по сарафанному радио из дома пришло еще несколько учеников.
Соседка дефектолог предложила ей работу в реабилитационном центре ― лечить детей с ограниченными возможностями музыкой и массажем.
Правда, внутренний композитор Нади был в ступоре, поначалу не мог подобрать нужные ноты. Но ничего и не нужно было придумывать, дети радовались любой веселой песенке.
Времени на тайные встречи не осталось, да и пить кофе с круассанами в кофейне у дома в компании медбрата из детского центра было веселее.
Вопрос: «Кто я: камертон или гитара?» ― не давал ей покоя. «А как захочу, так и будет!»
Почти непрофессиональный день кондитера Оли
― Ольга, это Марта. Сегодня утром вы привезли мне торт. Так вот, мое мероприятие отменилось, поэтому вы должны его забрать обратно!
Оля даже слегка опешила от такой наглости, но быстро взяла себя в руки.
– Нет. Не должна. Вы заказали торт, я заказ выполнила, привезла его вам. Получила оплату. Все. Что происходит с тортом дальше, меня не касается.
– Но мне он больше не нужен! Я хочу сделать возврат!
– Торты не подлежат возврату.
– Послушайте, все отменилось! Мне он больше не нужен. Я его даже не доставала из коробки… еще… не успела… а вы его пристроите куда-нибудь, вы же кондитер!
Оля почувствовала, как накатывает раздражение, но постаралась говорить спокойно и уверенно. Ей уже попадались требовательные, странные и даже неадекватные клиентки, она давно научилась с ними разговаривать.
– Если следовать вашей логике, ― как можно доброжелательнее сказала Оля, ― тогда необходимо в случае отмены мероприятий сдуть шарики и отвезти в магазин, цветы обратно в клумбу воткнуть, помаду в тюбик соскрести, а приехавшего на детский праздник аниматора отправить к соседям ― пусть там кого-нибудь развлекает? Так?
В трубке замолчали.
– Мне очень жаль, что все отменилось, правда, ― в памяти всплыла надпись, которую Ольга старательно выводила на торте вчера вечером: «С юбилеем свадьбы – 25! Марта + Николай». ― Алло, Марта, вы меня слышите?
На другом конце провода заплакали. Можно было бы закончить этот бессмысленный разговор, нажав на кнопку «отбой», но что-то ее остановило. Возможно, то, что ее подругу так же бросил муж (правда под Новый год), а она тогда не знала, чем помочь. Только через три месяца, после серии встреч с хорошим психологом и обсуждения этих встреч с ней за чашкой чая, подруга стала приходить в себя.
– Хорошо, Марта, привозите торт обратно, я верну вам деньги. Адрес скину, встретимся у кафе в моем доме. Наберите меня, как подъедете.
– Спасибо. Я сейчас приеду, ― всхлипывая, сказала женщина.
Полчаса спустя Оля подошла к кафе. На скамейке, сгорбившись, сидела женщина, теребя в руках носовой платок. Трудно было узнать в этой сломленной обстоятельствами женщине ту уверенную, радостную даму, которая сегодня утром принимала у нее торт. Оля села рядом.
– Где торт? ― спокойно спросила она.
– Дома. Я подумала, если женщина согласилась забрать обратно торт и вернуть деньги, значит эта женщина очень добрая, у нее добрая душа. И деньги мне возвращать не надо, вы же трудились, старались.
– Зачем же вы тогда приехали?
– Я хотела извиниться. Лично. И… не знаю… ― она прижала платок к губам. На глазах заблестели слезы.
Оля поднялась со скамейки.
– Марта, у меня есть немного времени. Пойдемте выпьем кофе, раз уж мы все равно у кофейни.
Марта с благодарностью посмотрела на Олю.
В кафе они выбрали самый дальний столик. Заказали кофе. Оля молча наблюдала, как Марта сделала несколько глотков и поставила чашку на стол, продолжая держать ее руками так, словно хотела согреться ее теплом. Потом клиентка начала свой рассказ о любви длиной в двадцать пять лет, которая внезапно закончилась сегодня, с уходом мужа. Он просто сказал, что больше не хочет быть с ней, сухо попросил прощения и ушел, не сказав больше ни слова.
– Я не знаю… я ничего не заметила… абсолютно ничего. Все было как всегда. Ну какой нормальный мужик бросит свою женщину в годовщину, в юбилей!
Оля предполагала, что, изливая душу ей, случайному человеку, Марта ждет, что сейчас найдет ответы на все свои вопросы. Возможно, спросит совет. Но что она могла ей сказать? Только то, что говорил психолог ее подруге? А может ей советы и не нужны, а нужно просто выговориться. Размышляя так, Оля продолжала слушать несчастную женщину.
– Вот ведь подарочек-то! А причина?.. Не знаю… просто, наверное, нашел другую и все, ― Марта сильнее сжала пальцами чашку. ― Но почему не объявил раньше? Почему выбрал такой момент? ― она замолчала и вопросительно посмотрела на собеседницу.
Оля не хотела бы давать советы, но Марта, почувствовав, что той есть что сказать, умоляюще на нее смотрела.
– Марта, мою подругу в прошлом году тоже муж бросил, прямо перед Новым годом. Она задавала такие же вопросы.
– Что? Что вы ей ответили?
– Не я. Психолог. Он объяснил ей, почему проходит время, а ее состояние, эмоциональное, не улучшается, ― Оля ненадолго замолчала, подбирая слова. ― Дело в том, что она постоянно оправдывала супруга, иногда придумывая просто бредовые оправдания. Как-то она сказала, что он бросил ее, потому что просто не мог купить хороший подарок, а с плохим ему было бы стыдно. Оправдание мужа было для нее защитным механизмом, иллюзией, дающей надежду, что он вернется и все будет хорошо.
Марта задумалась. Она тоже искала оправдание своему мужу, когда он ушел.
Оля продолжила:
– Чтобы правильно пережить расставание, ей нужно было принять реальность такой, какая она есть, а не защищаться от нее всеми способами. Надо было понять, что тот, кто бросает, думает лишь о себе, когда принимает такое решение. Все, что он хочет ― избавиться от ненужных отношений, как от ненужного хлама.
– А почему так жестоко, в праздник, психолог не говорил?
Оля кивнула.
– Ее муж, когда принимал решение о расставании, просто хотел прекратить ненужные, опостылевшие отношения и оставить их в старом, уходящем году, и начать все с чистого листа. Начать, так сказать, новый этап своей жизни. А не сообщал заранее о расставании и вообще вел себя как обычно, только чтобы не усугублять проблему, не портить настроение. В первую очередь себе, ведь она для него, получается, уже ничего не значила.
Женщины какое-то время молча пили кофе. Оля видела, что Марта что-то обдумывает, поэтому просто ждала. Она достала телефон, украдкой посмотрела время ― скоро должен позвонить муж. Но Марта заметила.
– Оля, вам нужно куда-то идти, а я задерживаю. Спасибо вам за торт, кофе… за все. Я поеду. У меня только последняя просьба: можно мне телефон того психолога?
Они вышли из кафе. Попрощались. Марта села в свою машину и завела мотор. Отъезжая от стоянки, поравнявшись с Олей, которая медленно шла по тротуару, остановила машину и открыла окно.