Автор – Декабрец! Отборное новогоднее чтиво (страница 30)
Домой, то есть в общежитие, Ольга вернулась раньше, чем планировала. Приехала какая-то странная, как заледеневшая. На вопросы не отвечала. Да и так было понятно, что ожидания скептиков реализовались. Ну, хоть вернулась. И получила все новогодние смены – для ее же блага, пусть отвлечется!
Она собиралась в больницу, когда раздался звонок от тети Любы, вахтерши:
– Совсем ты, Олька, охренела. Хахалей заграничных в общагу таскаешь! Подойди, приехал тут к тебе, лопочет не по-нашему.
Взволнованная девушка подумала: «Нет, ни за что. Зачем он вообще приехал? Доверия не вернешь».
Но в холле увидела не Криса, как ожидала, а Санту. Милый, милый Санта. И, возможно, в первый раз девушка долго и внимательно посмотрела в его зеленые глаза.
Как он вообще ее нашел? Бог весть.
Что делать? Взяла его с собой в больницу. На сегодня попросила секретаря выписать пропуск, но с праздниками нужно было как-то решать. И вот знакомая дверь кабинета главного врача.
– А, явились, голубчики.
Мимо Марго в больнице муха не пролетит, уже все знала. Но настроена начальница благодушно. Праздник все-таки.
– Ольга, отгул на Новый год даже не проси.
– Да нам бы пропуск…
– Ах, для хахаля пропуск в больницу? Отлично! Санитаров не хватает, оформим его волонтером, может спать на диване в ординаторской. Заставь его, паршивца, судна выносить.
– Арбайтен! – порывшись в памяти, нашла подходящее слово главврач, обращаясь к Санте.
– Ja, ра-бо-та-ть, – улыбнулся Санта.
Санта и Крис встретились на Цюрихском вокзале. Ничего удивительного – самое проходимое место Европы. Каждый швейцарец когда-то встречал здесь знакомого.
– Ах ты, старый горный козел! Совсем не изменился, такой же деревенщина! – воскликнул Крис, кивая на потертую кожаную куртку друга и сгорая от желания похвастаться новым «Порше».
Но тут он заметил, кое-что поважнее курки. Спокойное, уверенное, чуть ироничное счастье светилась в глазах Санты. Что-то новое, но неуловимо знакомое, как запах отцовского одеколона.
– Смотрю, возмужал…
– Она теперь моя, Крис. Ольга теперь моя. Наши близняшки – сущие чертенята, клянусь! Крис? Ты чего, Крис?
Спешащие пассажиры украдкой, с любопытством посматривали на двух обнявшихся на платформе мужчин. И вздрагивающие плечи под кашемировым пальто от Brioni.
Волшебный посох
vk.com/aloneorloneliness
«Как голова-то болит…» – все, что мог подумать Николай, открывая глаза.
Его тело было явно в неудобной позе и затекло. Он на секунду замер, попытался прислушаться к ощущениям. Первое, что он почувствовал – ощущение того, что у него во рту переобулась рота солдат после марш-броска.
«Где я?» – внезапно промелькнула в его голове мысль.
Он попытался поднять голову, но тело затекло и сопротивлялось. Николай попытался повернуть голову, чтобы осмотреться.
«Так, я в офисе, судя по всему, лежу на диване. Понятно, почему мое тело так затекло. Неудобненько». Он поднял вверх руку. «Халат? Реально? Халат Деда Мороза? Что же вчера тут было?» Можно, конечно, сказать, что он собрал всю волю в кулак и мобилизовал все силы организма, но проще списать на чудо, что он смог сесть и осмотреться по сторонам.
В офисе явно было безудержное веселье. И было оно совсем недавно.
– О-о-о, Саня! – хриплым голосом произнес Николай. – И ты тут? Что вчера происходило, вставай, рассказывай!
Николай потряс за плечо коллегу, который уютно свернулся клубочком возле дивана. Прямо на полу, с ослабленным галстуком на шее и расстегнутой рубахой.
– Уйди, противный, – отмахнулся Саня и вытянулся во весь рост. Видимо, в этот момент ему стало холоднее, и он открыл глаза. – Кооолька, ты ж наш тихоня. Вот это ты устроил представление!
– Я?
– Ага, пошли попробуем ограбить кулер, так сушняк давит. Ты что, совсем ничего не помнишь?
– Помню, закончился рабочий день, у нас начался корпоратив…
– И-и-и?
– Ну, выпили, нарядили фикус, девчонки из бухгалтерии хотели поиграть в эти… как их… пантомимы… как животное, ну этот…
– Крокодил.
– Да, крокодил, точно!
Они подошли к кулеру, в котором закономерно не оказалось воды.
– Так, Коль, в подсобке всегда есть бутыль про запас, надеюсь, что до него не добрались, а ты рассказывай, что было дальше.
Они побрели к подсобке.
– Ну, играли. Выпивали, а потом пришел Михалыч из снабжения, с какой-то своей выпивкой и… не помню.
– Да, уж, самое интересное и забыл, – рассмеялся Саня, открывая дверь в подсобку.
Доставая бутыль для кулера, он с усмешкой сказал:
– Ну вот, теперь сиди и слушай, он не хотел ей зла… Это цитата, Колян, расслабься, все живы!
Саня пошел менять бутыль.
– Так вот, – продолжил он. – Когда вы выпили его чачи или текилы, уж точно не припомню, тебя будто подменили. Ты сел на стул и просто начал наблюдать за тем, как мы веселимся. Мы к тебе и так, и эдак, мы с тобой и так, и сяк, а ты голову подпер и сидишь, смотришь на всех. Ну, мы и отстали. Ничто беды не предвещало, как говорится. Решили, что отвиснешь и присоединишься.
– Пока все прилично, но что-то пошло не так, да? – спросил Николай почесывая затылок. – Да, что ж я в этом дурацком халате! – закричал он и скинул дедморозовский прикид.
– О, это было феерично! Девчонки вчера решили, что им скучно и захотели позвонить аниматорам, чтобы все как положено. Новый год, дед Мороз, Снегурка. Но, тут очнулся ты!
– Я?
– Ага. Ты встал, подошел к нам и сказал, что нафиг нам не нужны аниматоры, потому что ты – актер. Что-то там про школьный драмкружок пытался объяснить, упоминал великие роли дерева и жопы осла.
– А вы что?
– Да, ничего. Откуда-то костюм нарисовали, на тебя напялили и понеслось.
– Куда?
– Навстречу приключениям, епт! Ты ж начал реквизит требовать. Таньку из планового нарядили Снегуркой, в мусорный пакет насыпали конфет.
– Я че, конкурсы проводил?
– Не-а, реквизита тебе не хватило.
– Какого еще реквизита?
– Ты сказал, что елка неправильная, потому что у нее листья, потом пытался со словами «елочка гори» поджечь фикус зажигалкой, а потом, когда не получилось, закричал, что настоящий Дед Мороз должен быть с посохом, что злая Баба Яга – бухгалтер Тамара Ивановна – украла его, чтобы испортить праздник.
– Ой, как нехорошо вышло-то.
– А то ж! Ты ж предложил соорудить ей из мусорной корзины ступу, дать веник и выдворить ее с праздника, – Саня рассмеялся.
– Похоже, головная боль теперь – не самая большая моя проблема, – скривился Николай.
– Да, ладно, потом ты закричал: «Дети, может, простим злую в честь праздника, если она начислит нам премию и вернет посох?»
– А вы?