Автор Неизвестен – «Будем надеяться на всё лучшее…» Из эпистолярного наследия Д. С. Лихачева. 1938–1999 (страница 7)

Прежде всего хочу Вам сказать, что я безмерно рад, что обе Ваши книги переиздаются. «Национальное самосознание» я читал сразу же после выхода, года четыре назад (недавно я перечитал только страницы, относящиеся к «Задонщине»), и тогда книга произвела на меня прекрасное впечатление. Все же дополнить ее, на мой взгляд, необходимо. Книгу нельзя, конечно, назвать схематичной (для этого она слишком задушевно написана), но много вопросов она только слегка затрагивает. Едва ли дополнения лишат ее популярного характера, да и читатель популярной серии Академии наук достаточно квалифицированный. Дополнить книгу необходимо еще потому, что в этом виде она представляет собой остов будущего Вашего курса по истории древнерусской литературы, который Вы, несомненно, когда-нибудь создадите. В то же время я вовсе устранил бы последнюю главу (о начале XVII в.). Литература этого периода до того сложна и противоречива, моменты «национального самосознания» здесь так переплетаются с моментами классовыми, что все это требует очень тщательного и подробного разбора, исключаемого той конструкцией и тем методом пластичного построения, которые характерны для всей книги.

Что касается «Русских летописей», то здесь настоятельно требуется более подробно разработать историю летописания XIV и последующих веков, которые у Вас даны действительно схематично. Собственно, XIV и XVI вв. вообще почти отсутствуют. Между тем в летописании XIV в. очень интересно отразилась борьба между Москвой и Тверью за возглавлениеa объединительного движения Северо-Восточной Руси и вообще весь первый этап создания Русского централизованного государства. Следует также уделить больше внимания грандиозным летописным мероприятиям XVI в., представляющим собой принципиально новый этап в развитии летописания (уже своеобразные исторические труды). Может быть, в этой части кое-что перенести из приложений1 в основной текст? Необходимо также дать критику метода Шахматова (оговорив устарелость «критики» Еремина и пр.) и вообще устранить все то, что может дать критикам повод обвинить Вас в «объективизме». В первой части следует уделить больше внимания второй редакции «Повести временных лет» (Сильвестра2), она у Вас скомкана; тут же необходимо коснуться не только политических причин частой смены редакций, но и социальных3. Следует также дать критику норманской теории (едва ли, как Вы раньше думали, она имела в начале XII в. прогрессивное значение). Надо, наконец, кое-где отмечать и классовую ограниченность летописцев, и реакционные черты некоторых сводов (Вы, по-моему, идеализируете свод Киприана4). Но Боже Вас сохрани при этом поколебать то чувство любви к памятникам нашего прошлого, которым пронизана вся книга и которое придает ей особое обаяние. Я Вам в свое время писал, что в книге много опечаток и ряд фактических неточностей (я теперь уже не помню какие); их, конечно, надо тщательно устранить.

Вот все, что мне сразу пришло в голову и чем я спешу с Вами поделиться. Буду думать дальше.

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 2 и об. Машинопись.

9. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 22 июня 1950 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Большое спасибо Вам за оттиск Вашей превосходной статьи1. Жаль, что она не у нас в сборнике2 (у нас там много крохоборства и мало обобщений). «Нац[иональное] самосозн[ание]» решил не перерабатывать: опасно (обругают). Решил все усилия перевезтиa на «Русск[ие] летописи». Переделаю капитально и потрачу на это год (51‑й). Пока занят чтением корректур «Повести вр[еменных] лет». Дочитываю комментарии (ч. II). Уже сейчас мог бы многое исправить, но нельзя: издание прошло Горлит. Затем займусь указателями. Работа эта огромная, а передоверить нельзя.

Живу уже на даче (в Комарове–Келломяки). Езжу в город два раза в неделю. Дача наша на берегу моря. Но на море я бываю только два раза в день: утром, когда хожу на море мыться, и вечером для прогулки перед сном. Все остальное время сижу за корректурами (более 30 лл. петита!). Сейчас письмо пишу Вам в поезде (чувствуете – как дрожит рука?).

Куда Вы направляетесь летом? Наверное, опять пешие прогулки? Я ездил на 2 дня в Псков – чýдно. Был в Изборске и др[угих] местах.

Привет! Большое, большое Вам спасибо за указания по переизданию.

Ваш Д. Лихачев 22.VI

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 13 и об. Автограф (простым карандашом). Год установлен по содержанию.

10. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 7 ноября 1950 г

Дорогой Исаак Уриелиевич! Поздравляю Вас с праздником. Пишу Вам в самое 7 ноября. Сижу дома и опять прихварываю со своей язвой. Послал Вам оттиски своих статей о «Слове» и книжечку о «Слове»1. Будете ли Вы продолжать работу над «Словом»2? О «Слове» всегда Вас охотно напечатаем в «Трудах». Знаете ли Вы 1‑й т. исследования о «Слове» некоего Сергея Лесного (псевдоним зоолога Парамонова3 – эмигранта). В предисловии к 1‑му т. говорится, что будут еще 3. Я не читал (книга вышла в Париже в [19]49 г.)4. Говорят, очень слабо. Досадно: всякая слабая работа о «Слове» – вода на мельницу Мазона5 и мазонят.

Мы с Яшей Лурье затеяли издание посланий Грозного6. Его работа основная, моя второстепенная (я издаю послание в Кир[илло]-Бел[озерский] монастырь и даю статью7). Лурье нашел новые послания: нашел лучшие списки первого послания Грозного к Курбскому, которые позволяют многое по-новому понять в нем. Рукопись уже на вычитке в издательстве. Выйдет в серии «Литер[атурные] памятники» (Радовский8 – благодетель). Надо прямо сказать – Грозный как писатель будет введен в обиход. Удается ли Вам издать статью Лурье в «Исторических записках»9?

Варвару Павл[овну]10 назначили заместителем Бельчикова11. Для нее и для нас всех это только скверно. Она не администратор и скоро разочаруется, а может быть, и подорвет свой авторитет, который сейчас у нее очень высок.

Как Вы живете? Давно не имел от Вас писем.

23‑го буду в Москве на защите Евгеньевой12.

Привет! Крепко жму Вашу руку, дорогой И[саак] У[риелиевич]!

Ваш Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 15. Авторизованная машинопись. Датировано по содержанию.

11. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 14 декабря 1950 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Когда будете в Ленинграде? Рад был получить от Вас письмо. Почувствовалась в нем нотка несвойственного Вам «разочарования в жизни». Я же Вас причисляю к людям деятельным, т. е. в конечном счете жизнерадостным.

Чувствую себя в последние дни хорошо. Боли прошли совершенно. Очевидно, помогли вспрыскивания алоэ. Даже бодрость появилась, хотя в последние дни пришлось много работать к юбилею и пережить небольшие неприятности издательского характера (при встрече расскажу). Юбилей «Слова» в Ленинграде1 прошел очень хорошо, хотя часть докладчиков и не приехала (Гудзий, Белецкий2 и Булаховский3). В Москве юбилей прошел как-то неважно4. Об этом мне говорила Варв[ара] Павл[овна], но она так занята по Институту своим замдиректорством, что у нее даже не было времени рассказать, почему этот юбилей прошел неважно. Были ли Вы на нем?

Чем обидели Гудзия на юбилее? Кстати, сколько фактических ошибок в его новом издании Учебника5! Гудзий совершенно отстал от текущей исследовательской исторической литературы. Он, например, ссылается на работы Насонова о псковских летописях6, а о самих псковских летописях говорит так, как будто бы работ Насонова и не существовало. Пишет о «своде 1448 г.»7, хотя теперь ясно, что сам Шахматов отказался от этой гипотезы. Пишет о Валаамской беседе8, не подозревая о существовании работы И. И. Смирнова9 и т. п. А ведь это «учебник» – по нему люди на всю жизнь получают представления о др[евне]русск[ой] литературе. Там же полно ошибок!

По ассоциации (ассоциация по противоположности) вспомнил о Вашей книге10. Какая она удобная. Я веду семин[арские] занятия по др[евне]русск[ой] публицистике, и Ваша книга у нас настольная. Кое в чем я с Вами не согласен, но в чисто научном плане. И студентам она нравится.

Жена кланяется. Очень сожалеем, что не удалось познакомиться с Ириной Вениаминовной.

Привет! Ваш Д. Лихачев 14.XII.50

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 16 и об. Авторизованная машинопись.

12. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу. Не ранее июня 1951 г

Дорогой Исаак Уриелиевич! Мне очень понравилось то, что Вы написали Пашуте1. Могу только сделать некоторые добавления.

1. Если Вы будете выступать, то начать, мне казалось, надо было бы с постановки общего вопроса: как рассматривали проблему научного наследства классики марксизма. Здесь я бы прочел без особых комментариев следующее место из письма Энгельса К. Шмидту: «Человек, который судит о каждом философе не по тому, что тот вносит в науку, не по прогрессивному, что было в его деятельности, но по тому, что было неизбежно преходящим, реакционным […] такой человек лучше бы молчал» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XXVIII, стр. 328)2. Прочесть это и сразу перейти к другой теме – очень эффектно. Есть хорошие места у Ленина (Соч., т. XXV, стр. 3873; т. X, стр. 2904, 2‑е изд. и др.).

Надо напомнить, что в буржуазной науке м[ожет] б[ыть] объективная истина, что Менделеев5 был монархист и церковник по убеждениям, а таблица Менделеева служит и нам, и т. д.

Непременно подчеркните, что речь идет не о Шахматове только, а вообще о научном наследстве. Нельзя Шахматова изолировать от общей проблемы научного и культурного наследства. Напомните, какие в этом отношении существовали ошибки и извращения – махаевщина, вульгарный социализм, как относилась к научному наследию школа Покровского6 и пр. Как боролись с пренебрежением к старой науке и культуре Ленин, Сталинa и др.