Аврора Новак – Новая жизнь. Предтечи (страница 4)
– Ты мне не говорил, что без этого сегмента скорость снизится! На сколько увеличится время полёта без него? – забеспокоилась я.
– Время полёта увеличится ещё на 3 года. Весь остаточный путь корабль преодолеет за 7 лет.
– Тогда решено. Нужно ремонтировать сегмент!
Я корпела над повреждённым участком двигателя почти 63 часа. Работала по 18 часов в сутки прерываясь лишь на однократный приём пищи и на 4-часовой сон, и вот наконец этот момент настал. Я – истощенная, уставшая и грязная наконец-то закончила ремонт.
– Джиро! Я это сделала! – воскликнула я и начала танцевать победный танец.
В тяжёлом скафандре, да ещё и с истощенным организмом получалось жалкое зрелище, но мне было плевать. В конце концов, кто меня видит?
– Замечательно, Моника Алексеевна! Что делаем дальше? – откликнулся корабль.
Иногда мне кажется, что Джиро – это вовсе не программа, а настоящий, живой человек!
Бр-р-р, придёт же в голову такая ерунда! Кажется, мое воображение пытается компенсировать полное одиночество.
– Джиро, давай попробуем обкатать двигатель. Пускай на минимуме!
– Принято. Подтвердите команду "Запуск двигателей на минимуме".
Ну вот, а сейчас бот, как бот!
– Подтверждаю! – весело пропела я, радуясь, что так быстро закончила.
– Запуск двигателей произ…
Вспышка… Резкий толчок бросил меня вперёд. Не удержав равновесие, я ударилась головой о корпус корабля… И темнота…
– Моника, детка, пора вставать! В школу опоздаешь! – мама как всегда беспощадна.
– Ну ма-ам! Ещё чуть-чуть!
– Моника, просыпайся! Моника проснись, проснись… МО-ОНИ-И-ИКА-А-А!
–Моника Алексеевна, вы меня слышите? Очнитесь, пожалуйста! Моника Алексеевна…
– Что случилось, Джиро? – простонала я, чувствуя подступающую тошноту.
– Моника Алексеевна, пожалуйста, скорее стабилизируйте своё положение и скорость. Вы слишком быстро удаляетесь!
– Удаляюсь? – не поняла я.
Открыв глаза, я поняла, почему мой желудок не на месте. Меня с дикой скоростью кружило и болтало в открытом космосе. Где находится корабль, я не видела, мне казалось, что я совсем одна в этой бездонной пустоте и теперь меня ждёт только смерть. Все девять лет обучения мгновенно вылетели из головы, как только паника накрыла с головой. Мне стало трудно дышать и я начала резко и рвано хватать воздух ртом, слезы лились из глаз потоком.
– А-а-а-а-а. А-а-а-а. – завыла от бессилия я.
– Моника Алексеевна, вы должны успокоиться! Это я, Джиро! Я помогу вам! Вам необходимо стабилизировать своё положение и скорость немедленно!
– Я не… Я не понимаю…
– Моника, красная кнопка на дисплее. Вам необходимо вспомнить, что было во время обучения. Вы всё знаете. Вам нужно лишь успокоиться.
Красная кнопка… красная кнопка… Я взглянула на монитор скафандра на рукаве. Там алым пламенем горела тревожная кнопка. Нажать на кнопку легко, да? А если тебя закрутило в такой штопор, что ты вот-вот потеряешь сознание?
Изо всех сил я старалась дотянуться до этой долбаной кнопки, но меня мотало как в центрифуге. Наконец, извернувшись всем телом, я достала её! Сработала автоматика и реактивный ранец мягко погасил сначала вращение, а затем скорость.
– Моника Алексеевна, вы молодец! У вас получилось! – ликовал Джиро.
– Тихо, Джиро. Я всё ещё нехорошо себя чувствую. Объясни, что произошло и что мне делать дальше?
– Произошел взрыв повреждённого сегмента. Вы должны…
– Вот черт! – выругалась я ощущая накатывающую боль в бедре. – Джиро, я ранена. Кусок обшивки вошёл в ногу. Черт, черт, больно!
– Спокойно, Моника Алексеевна! Только не вытаскивайте его. Кусок обшивки и запекшаяся кровь запечатали ваш скафандр и благодаря этому вы ещё живы! Но вам необходимо немедленно вернуться на корабль.
– Как? Джиро, говори, что делать. Боюсь ошибиться!
– На каждом рукаве вашего скафандра есть спускной клапан. Нужно нажать его на 1 секунду, держа при этом руку параллельно телу. – начал инструктаж компьютер. – Вы начнёте вращаться вокруг своей оси.
– Так, сделала!
– Моника Алексеевна, теперь вам остаётся найти корабль и, с помощью реактивного ранца добраться сюда. Медкапсула уже готова и ждёт вас. Вам нельзя медлить, но и торопиться не нужно.
– Так, а почему мне нельзя медлить? – спросила я, чтобы заглушить нарастающую панику.
– Потому что ёмкости с воздухом вы меняли давно. По моим подсчётам у вас осталось кислорода на 25 минут.
– Что? – испугалась я.
Перспектива остаться без воздуха меня пугала чуть поменьше, чем то, что я никак не могла найти корабль, но всё же пугала. Я посмотрела на индикатор воздуха и на секунду забыла, как дышать.
– Пять процентов. – прошептала я вмиг потеряв голос.
– Моника Алексеевна, прошу повторить. Вас не слышно.
– На индикаторе воздуха пять процентов!
– Что ж, значит в моих расчётах ошибка. Вероятно, повреждение скафандра и ваша паническая атака потратили больше кислорода, чем я предположил. Но тогда вам стоит поторопиться. Иначе вы рискуете получить отравление углекислым газом. Моника Алексеевна, почему вы медлите?
– Я не вижу… Я не вижу корабль! – плакала я.– Я уже несколько раз обернулась вокруг своей оси и не увидела корабль! Я слишком далеко! Так далеко, что не вижу тебя, Джиро!
– Успокойтесь. Вы хорошо посмотрели? Во все стороны?
– Что? Конечно, я хорошо посмотрела! – заорала я во все горло. Истерика рвалась изнутри давно и наконец, нашла выход. – Корабля нет! Нет! Нигде нет! Я смотрела во все сто – ро – ны…
Резко замолчав, я посмотрела себе под ноги. Корабля нет. Медленно, словно во сне начала поднимать голову "вверх".
– Я вижу! Вижу тебя, Джиро! – радостно завизжала и захохотала я.
– Моника Алексеевна, рекомендую вам поторопиться. Ваше эмоциональная нестабильность говорит об отравлении углекислым газом. В скором времени, у вас могут начаться галлюцинации и тогда вероятность положительного исхода будет стремиться к нулю, с каждой секундой.
– Вероятность ахахаха положительного ха-ха-ха-ха исхода ахаха – веселилась я.
–МОНИКА! Возьми себя в руки! – мама как всегда строга.
– Да, мамочка!
Я резко замолчала.
Какая мамочка? Мамочка осталась на Луне. Как и все остальные.
Включила реактивный ранец, одновременно направляя своё полубессознательное тело в сторону корабля.
– Джиро, я лечу.
– Слышу вас, Моника Алексеевна. Ближайший к вам шлюз будет подсвечен. Не промахнитесь. У вас один шанс. Держитесь, Моника Алексеевна, вы уже совсем рядом.
Голос компьютера казался таким человечным, таким участливым, что казалось, меня на корабле ждёт кто-то близкий.
– Джиро, скажи, а ты уверен, что ты просто компьютерная программа? – прошептала я, стараясь не потерять сознание.
– Конечно уверен, Моника Алексеевна! Вы уже очень близко. Не пропустите красные огни!
С трудом разлепив веки, я поняла, что почти ничего не вижу.
– Джиро, я ничего не вижу. Джиро…