Аврора Майер – Псих - Аврора Майер (страница 21)

Первый круг ехала, как калека, машина рвалась подо мной, словно резвый скакун, но я была очень осторожна и всё время тормозила. На круг у меня ушло четырнадцать минут. Горечь разочарования немного портила настроение, но мне во что бы то ни стало хотелось это сделать. Второй круг лучше, я стала чувствовать машину, и к пятому кругу уже гоняла вовсю, за 15 минут проехала два раза.

— Ну как?

— Я в восторге. И кажется, у меня получается. Может, зря я пошла в экологи, надо было идти в гонщики?

— Очень даже может быть… Ты и правда молодец!

— Но я устала, у меня колени трясутся от напряжения. Сколько мы здесь? Я потеряла счёт времени.

— Уже четыре.

— Пора домой. Прокатишь ты разок? Обещал же вроде.

— Хорошо. Уверена?

— Ну хватит, правда. Тебе не идёт, когда ломаешься.

Он засмеялся.

— А что идёт?

— Когда просто берёшь и делаешь то, что считаешь нужным.

— Хорошо, учту это на будущее.

На пассажирском сиденье всё ощущается гораздо хуже. Ты ни на что не влияешь, и если нет доверия, то кажется, что обязательно не впишешься в какой-нибудь из поворотов или врежешься в бортик.

Мне было страшно, казалось, Псих нас несёт в какую-то пропасть, но я знала, что всё будет хорошо. Это как позитивный адреналин в парке аттракционов. В моменте страшно, но ты уверен в безопасности, поэтому добровольно готов испытывать и испытывать эти ощущения.

Приехали, мысленно перекрестилась и была полностью эмоционально выжата, слишком много нового.

— Как, вообще, можно дать такую машину кому-то на время? Не понимаю. Она стоит кучу денег!

— Запросто. В обмен на оплату годовой страховки.

— Ясно. Всё так просто.

— Да. Четыре месяца катаюсь я, восемь Сеня.

— Это точно выгодно?

— Для меня — да! Для Сени — тоже, он вынужден сейчас жить в Эмиратах, туда машину не забрать. А я и правда не купил бы такую, но покататься хотелось.

Оголодавшие, как волки, мы заехали в ресторанчик и съели половину меню. Обсуждали всякие приёмы в мотогонках и заезды профессионалов.

— Уже почти шесть.

— Да, скоро машина превратится в тыкву, а Золушка сбежит.

— Мне очень понравился сегодняшний день. Не думала, что меня может настолько что-то удивить.

— Я знал, что тебя впечатлит.

Вадим вышел из машины, открыл дверь и подал руку. Мне пришлось по-настоящему на неё опереться, чтобы выбраться из автомобиля. Он меня вытянул, словно пушинку, и пока я летела по инерции, заключил в свои объятья. Зарывшись в волосы, поцеловал в шею.

— Что ты делаешь?

— Горячо с тобой прощаюсь, чтобы ты ещё очень долго помнила наше идеальное свидание.

— Отпусти! — шипела я, не в силах самостоятельно вырваться из таких сильных тисков и убрать чувствительное место от его губ.

— Ещё немного! Ты такая приятная на ощупь, а я терпел весь день.

— Я больше с тобой никуда не пойду!

Псих тихонько смеялся, наслаждаясь временной властью надо мной. Отстранился, некоторое мгновение смотрел на меня довольным взглядом и напоследок поцеловал в губы. Это был обычный поцелуй, даже без языка, но меня охватило жуткое возмущение, я влепила ему в ответ пощёчину. Он улыбнулся, подмигнул и отпустил. Психанула и резко зашагала в сторону своей машины, не сказав ни слова, но морально готовясь к любому исходу.

Но за мной никто не бежал, и, сев в свою машину, я заблокировала двери.

Губы горели, рука горела, я вся пребывала в тревожном огне. Унять его можно было, только окунувшись в ледяное озеро, но его не оказалось поблизости.

Глава 22

Вадим

Проводил Лиану взглядом, с жадностью рассматривая детали её фигуры и походки. Что-то мне подсказывало, что мы не скоро увидимся. Она резко выехала с парковки и умчалась, очевидно, вдохновившись сегодняшними гонками и перекладывая своё настроение на вождение. Это она зря, городские дороги совсем не подходят для таких экспериментов. На секунду представил, что Рыжая может попасть в аварию, и было впору ехать за ней, еле себя остановил.

Уже в подъезде почувствовал ужасную пустоту в сердце и непреодолимую тоску. Не было никаких сил двигаться дальше. Моя привязанность к Лиане усугублялась по мере того, как мы сближались. Не было шансов на спасение, и пока не сильно я продвинулся вперёд. Я завис в неопределённости, от которой уже тошнило.

Добравшись до своей квартиры, увидел, что Лена сидит под дверью. Удивился. Ничего не сказал: не было ни желания, ни сил на пустые разговоры. Открыл и пропустил её вперёд. Раз пришла, пусть войдёт.

В какой-то момент осознал, что, словно в бреду, хочу забыться в чужих девичьих объятиях. Как я к этому пришёл, пропустил. Опомнился, когда прижимал к стене на сто процентов готовую исполнить любое моё желание и прихоть Лену. Она сразу подхватила мой порыв и принялась раздевать, я не сопротивлялся, послушно снимал любую часть одежды, которую она просила. Смотреть на неё не мог, потому что это совсем не то, что хотело сейчас моё сердце, да и разум тоже.

Я закрываю глаза, касаюсь волос, губ, и, как проклятье, полное отторжение. Всё не то: запах, губы, волосы, структура тела. Просто не хочу кого-то другого, словно я капризный ребёнок. Всё делаю попытки представить огненное пламя волос на месте соломенно-русых, мысленно уменьшить рост и представить, что Рыжая сменила духи, но меня выбрасывает. Раньше я не знал Лианы, я только мечтал и мог представить что угодно. Но сейчас другое дело: она прекрасно мне знакома на ощупь, вкус её губ я не спутаю ни с чем, а запах чувствую, как только мы оказываемся в одном помещении. Мне сложно устроить подмену понятий, практически уже невозможно заниматься самообманом. Под ногами вьётся Рыжая, трётся и явно требует еды, не понимая, что сейчас совсем не время.

Лена чувствует, что я никак не могу на неё настроиться, и чтобы не упустить шанс к сближению, тянет в ванную. Стаскивает с меня оставшуюся одежду, я же не успеваю опомниться, как в считаные секунды её платье исчезает. Она явно готовилась к встрече. Мы вместе заходим в кабинку, смываем следы уходящего дня, чтобы начать всё заново. Лена выключает воду и опускается на колени, удивляюсь предприимчивости и настойчивости этой девушки, улыбаюсь в знак одобрения. Она прекрасно владеет искусством минета, и, так как тут мне не с чем сравнивать, я, возбуждённый до предела, громко кончаю. Лена смотрит взглядом самодовольной победительницы. Должен признать, она и правда выиграла этот раунд.

Девушка выходит, оставляя меня одного. Мне физически легче, но морально я в тупике. Думал, будет прикольно затеять такую игру и перетянуть Рыжую к себе. Но в итоге это вообще ни разу не прикольно. Это больно и невыносимо. Но я обязательно что-то придумаю. Потом. Нужно просто привести мысли в порядок и отдохнуть.

Выйдя, вижу, как Лена заботливо кормит Рыжую и гладит, уже одетая. Опять улыбаюсь. Играет идеальную девушку. Ей бы в театральное, она изумительно врёт. Но предлагать для неё такой вариант всё же не стоит, это нетактично.

— Лена, что с аллергией?

— Напилась антигистаминных средств.

— Понятно. Как дела? Какими судьбами?

Очень «своевременно» задаю стандартный набор вопросов, но что делать, приветствие мы пропустили.

— Да вот соскучилась. Но ты же сам не звонишь… — с лёгким упрёком, больше похожим на сожаление, говорит она.

— Да, я был немного занят.

— Ну вот я и решила сама навестить. У тебя нет на вечер планов?

— Нет. Работа в десять, ты же знаешь.

— Может, сходим куда-нибудь вместе?

— Думаю, нам нужно поговорить.

— Ну так там и поговорим.

— Нет. Я не хочу никуда идти, сегодня совсем не то настроение.

— Уверен?

Удивлённо на неё смотрю.

— Да.

— Ну как скажешь.

— Считаю, что нам не стоит продолжать встречаться.