Аврора Ашер – Убежище тени (страница 7)

Сглотнув, Крагар махнул дрожащей рукой в сторону клетки.

– Ну, тогда вперед.

Мужчина с посохом подошел ближе. В его голубых глазах горела ненависть. Пленник не привык заводить друзей, но не мог не задуматься: что он сделал, чтобы вызвать такую враждебность? Даже торговцы испытывали к нему, кажется, лишь легкое отвращение.

Ненависть этого человека казалась глубокой и личной.

Но как бы там ни было, пленник не боялся. Он зарычал, глядя в это гордое лицо, и приготовился драться.

Высокий человек резко просунул посох между прутьями.

Быстрее, чем ожидалось, пленник схватил его и сжал железной хваткой. Он попытался сломать его, но недооценил силу этого оружия. Посох не сломался. Но по телу пленника прошлась словно тысяча молний, отбрасывая его от решетки. Он упал на живот, оглушенный на несколько долгих секунд.

Этого хватило.

Мужчина потянулся посохом к его спине. Пленник попытался перевернуться, но не успел: молния снова пронзила его между лопатками, и он выпустил крылья. Большие и кожистые, они не умещались в тесной клетке, болезненно сминаемые решеткой.

Он тут же сложил их, и они исчезли. А затем вскочил на ноги, готовый сражаться. Голова гудела после удара электричеством.

Но покупатель уже отступил в сторону. Бледный, дрожащий Крагар сжался, когда тот приблизился к нему, размахивая посохом.

– Я заплачу три четверти от запрошенной цены и заберу его вместе с клеткой.

Крагар покосился на посох. Похоже, зачарованное оружие внушало ему достаточно страха, чтобы посчитать это предложением выгодным.

– Продано.

Кто-то эффектно сдернул покрывало с клетки, открывая его глазам… темную пустую палатку. И двух мужчин, смотревших на него.

Он уставился на них, представляя всевозможные способы отделить их плоть от костей.

– Что он такое? – прошептал светловолосый человек, отсоединяя повозку с клеткой от лошади, которая топала копытами и нервно дергала головой.

– Он понимает тебя, Лорен. Это разумное создание, и слух у него лучше, чем у нас всех, вместе взятых.

Лорен настороженно оглянулся.

– Тогда почему он ничего не говорит?

Высокий мужчина пожал плечами, глядя пленнику в глаза.

– И правда, почему?

После заключения сделки покупатель кинул работорговцам мешочек монет, набросил на клетку покрывало и отвез свое новое приобретение… куда-то. Где бы они ни были, далеко от города они не уехали. Поездка заняла минут двадцать, да и запахи не сильно изменились.

– Если он разумен, – спросил человек, – почему мы держим его в клетке?

– Потому что он – зло во плоти. И он убьет нас при малейшей возможности.

Человек издал недоверчивый смешок.

– Откуда вы знаете, что он «зло»? Конечно, выглядит он жутковато, но пока он ничего не сделал, кроме как смотрел на нас…

Пленник внимательно слушал ответ мужчины. Он не доверял ни единому его слову, и все же этот элементаль с посохом, похоже, знал больше, чем показал во время заключения сделки с торговцами.

– Как много тебе известно о конфликтах между Королевами, Лорен?

– Не очень много. По слухам, когда тот полководец, возлюбленный Фьюри, был убит во время набега на земли Дарьи, Королева Огня потеряла разум. Она обвинила во всем Дарью и стала мстить, а затем к войне присоединились другие Королевы, пока людям это не надоело и они не восстали против них. Королевы вынуждены были отступить и спрятаться в замках, а их элементали, когда-то благородные, стали изгоями.

– Если вкратце, то да. Но знаешь ли ты, как именно Фьюри отомстила Дарье?

– Конечно. Она убила всех ее Видящих.

Мужчина снова посмотрел пленнику в глаза.

– И как она сумела стереть с лица земли целый вид сильных элементалей?

– Ну, говорят разное. Все слышали о рейфах, хотя считается, что это миф, потому что Фьюри не создавала никаких элементалей Огня. Я слышал, это были убийцы-Чародеи, мастера огненных иллюзий, или крылатые гибриды.

Мужчина улыбнулся.

Лорен, напротив, улыбаться перестал.

– Это же миф, да?

– Миф?

– Богиня! Это не миф, верно? – Человек уставился на создание в клетке. Его голос упал до еле слышного шепота. – Но он ведь не… Нет. Они же должны существовать как призраки. Их нельзя коснуться, но они могут коснуться тебя. Они невидимые и почти непобедимые. Он не может оказаться одним из них.

– И тем не менее.

– Но ведь нельзя поймать рейфа! Согласно легендам – что, как вы утверждаете, вовсе не легенды, – они бесплотны, если только не выберут иначе.

– Это правда. За исключением этого бедного рейфа, застрявшего в физической оболочке.

Лорен уставился на него.

– Но как?

Но мужчина, по всей видимости, рассказал достаточно для одной ночи. Он отмахнулся от вопроса.

– Выставим его в качестве дополнительного аттракциона в нашу последнюю неделю в Аллегре.

Это озадачило человека еще сильнее, чем телесность рейфа.

– Как?

– Мы оставим его в клетке. Сделай вывеску – «РЕЙФ» большими буквами. – Мужчина провел рукой по воздуху, представляя вывеску. – «Невидимый. Непобедимый. Самый опасный убийца в мире. Миф или реальность? Ответ – внутри… входите на свой страх и риск».

– Ого.

Глаза мужчины снова вспыхнули ненавистью, когда он бросил взгляд на пленника. Тот сделал глубокий вдох, подавляя жажду убийства. Он знал, что сейчас ему это не поможет: если он придет в яростное исступление, находясь в клетке, то навредит только себе.

– Начни делать вывеску завтра же. Сегодня мне нужно, чтобы ты вернулся в Подполье. Найди кого-нибудь из банды Уробороса и передай лидеру, что в их квартале ошиваются работорговцы. Змеи с ними разберутся.

– Подполье – территория элементалей. Вы думаете, они согласятся со мной говорить?

– Скажи, что тебя послал я. Тогда они выслушают. – Мужчина махнул рукой в сторону выхода. – А теперь иди. Мне нужно зачаровать клетку. У меня уйдет вся ночь, чтобы сделать ее непроницаемой.

– Сэр… а если он сбежит?

На это мужчина только улыбнулся.

– Тогда он наверняка убьет нас всех. Будем надеяться, что я хорошо знаю свое дело.

Накладывание чар на клетку было закончено только на следующий день. Мужчина в цилиндре работал всю ночь и половину утра, следя за тем, чтобы не подходить к решетке слишком близко, пока был сосредоточен на заклинании.

Пленника же занимали планы того, как уничтожить врагов. По дороге в этот город он начал расшатывать один из прутьев клетки. Он собирался ослабить его достаточно, чтобы раздвинуть решетку, тогда он мог бы освободиться, пока работорговцы спали, и ходил бы среди них, бесшумный, как тень, перерезая когтями горло одному за другим, как тогда, в…

Как… когда? Когда он совершил подобное и почему?

Он думал над тем, что сказал прошлой ночью мужчина. Тот назвал его рейфом. Могущественным бестелесным существом, застрявшим в физической оболочке.

Он попытался повторить это слово вслух, но оно казалось таким же незнакомым, как его тело, когда он очнулся в пустыне. Впрочем, теперь то ощущение пропало. Тело стало неотделимой частью его – перестав быть бременем, еще одной клеткой.

К ночи его покормили три раза. У него появился доступ к воде: он мог пить, сколько хотел. Его рваный саронг заменили парой свободных штанов – не то чтобы солидный костюм, особенно если сравнивать с одеждой других обитателей цирка, но это лучше, чем нагота. Для мытья он получил ведро, тряпку и полотенце, и, приведя себя в порядок, он расчесал пальцами спутавшиеся волосы.

После ужина, когда запахи еды стали слабее, к нему зашел светловолосый человек. Он принес масляную лампу и ведро с принадлежностями для рисования, а также большую деревянную доску. Прислонив доску к навесу, он разложил кисти.