Августин Ангелов – Приключения Печорина, героя из нашего времени (страница 20)

— Русские! — крикнул он, подъехав ближе. — Я пришел не воевать с вами!

— Чего же ты хочешь? — окликнул его Максим Максимович.

— Предупредить! Кэлекут — предатель! Он продался туркам и англичанам! Он убедил моего отца, что это вы убили всех там, в ущелье, но — это ложь! Лживый Кэлекут требует у отца деньги, чтобы покупать оружие! А мне больно смотреть, как отец слушается его и отдает ему наше родовое золото, которое досталось бы мне после отца!

— Мы и так уже знаем про английское оружие и про то, что ваши платят за него золотом! — крикнул с башни комендант крепости.

— Я не только про это хочу предупредить! — выкрикнул Азамат своим звонким голосом.

И штабс-капитан все-таки распорядился, чтобы Азамата впустили в крепость. Одного.

Когда мы спустились с башни и вышли навстречу, княжеский сын поведал:

— Кэлекут хочет взять Бэлу замуж, чтобы стать наследником рода! А потом убить отца и меня!

Вулич спросил:

— Где она сейчас?

Юноша ответил:

— Ее заперли в комнате нашего дома над рекой. Завтра ее повезут в соседний аул. Там будет свадьба. Медлить нельзя!

Я обменялся взглядом с Вуличем. И серб сказал:

— Значит, сегодня ночью.

Азамат кивнул.

— Я помогу. И не только ради сестры. Ты, Вулич, помог мне завладеть отличным конем, сдержал слово. Я тоже сдержу свое. Бэла будет твоей.

Вулич тяжело вздохнул:

— Ладно. Но, если это ловушка — я лично пристрелю тебя, мальчишка.

Азамат усмехнулся:

— Если это ловушка — я сам умру первым.

К ночи дождь прошел. И, как только из-за гор взошла луна, мы вышли из крепости и двинулись к аулу. Нас было пятеро: я, Вулич, Азамат и два его самых верных абрека.

— Кэлекут поставил стражу у входа в дом, — шепотом объяснил Азамат. — Но, есть тайная тропа по краю обрыва. Если пройти по карнизу, то можно подобраться под окно…

— А Бэла знает, что мы идем? — спросил Вулич.

— Нет. Но, она не спит, — ответил юноша.

Мы подбирались осторожно. Не по дороге, а по тропам сквозь заросли. Наконец, мы достигли цели, когда луна уже висела в зените над горами. Я посмотрел вверх. Большой княжеский дом, построенный на краю обрыва, нависал над поворотом реки темной громадой. И в крайнем окне тускло горела свеча.

— Это знак. Сестра ждет, — прошептал Азамат.

— Тогда пошли, — тихо сказал Вулич.

Тропа, которую показал Азамат, оказалась настолько узкой, что на нее нельзя было поставить две ноги вместе. Один неверный шаг — и можно сорваться вниз. Но, мы благополучно пробрались при свете луны и еще через полчаса были уже под нужным нам окном.

Азамат тихонько свистнул пару раз соловьем. И в темноте комнаты, разбавленной светом свечи, мелькнуло бледное лицо.

— Бэла… — прошептал Вулич и первым перелез внутрь через подоконник.

Мы влезли следом, увидев, что Бэла стоит рядом с окном уже полностью одетая. В свете свечи фигура девушки казалась еще тоньше, чем была. И в тот же миг откуда-то изнутри дома раздались крики. Под мощным ударом дверь в комнату распахнулась, а из темноты выскочили воины с факелами. Кэлекут, высокий и тонкий, как жердь, стоял впереди, ухмыляясь. Он прокричал по-русски:

— Я знал, что ты придешь, вор!

Вулич направил на него пистолет. Но, ловкий джигит уже оказался рядом с Бэлой и приставил ей кинжал к горлу.

— Отпусти ее! Или моя пуля размозжит тебе голову! — крикнул серб.

— Нет! — Кэлекут рассмеялся. — Стреляй, но тогда и она умрет! Мне хватит силы перерезать ее тонкую шею.

— Предатель! Ты продал наш народ туркам! — с этими словами Азамат прыгнул вперед, схватив Кэлекута за руку с кинжалом.

Юноша все-таки отвел руку убийцы в сторону, повиснув на ней всем телом. Но, тут на помощь Кэлекуту кинулись его нукеры. А с нашей стороны навстречу им вклинился Вулич и двое абреков Азамата. И Бэла, воспользовавшись суматохой, бросилась к окну, возле которого стоял я. В комнате завязалась смертельная схватка. Я разрядил пистолеты в наседающих горцев. Но, в суете драки я даже не видел точно, куда стреляю. Хотя крики боли подтвердили, что я все-таки не совсем промазал.

— Уводи Бэлу, Печорин! — крикнул мне Вулич, потом тоже выстрелил, прикрывая наш отход.

Один из друзей Кэлекута, вроде бы, упал. С самим Кэлекутом по-прежнему боролся Азамат и один из его абреков. Второй абрек пустил в дело клинок, сдерживая нукеров Кэлекута вместе с Вуличем. Я схватил Бэлу за руку, помогая девушке перелезть через подоконник над самым обрывом. Как только мы оказались на узком карнизе, я сказал ей:

— Прыгай! Внизу у реки ждут в засаде наши казаки! Они нас встретят.

Но, посмотрев вниз, где лунный свет серебрил бурный поток, Бэла в ужасе схватилась за меня, пошептав:

— Нет! Я не могу! Мне страшно!

Было понятно, что она истерит. Тогда я крепко обхватил Бэлу за талию, увлекая девушку за собой в неизвестность. Я не раздумывал, шагнув с обрыва. Ветер свистел в ушах, Бэла вскрикнула, вцепившись в меня. И мы вдвоем, обнявшись, рухнули в ледяные воды горной реки. К счастью, в этом месте вода была достаточно глубокой, чтобы мы не убились. И все равно удар о воду выбил дыхание, но я успел перехватить Бэлу, чтобы ее не унесло течением. Вынырнув, я увидел, как вверху в окнах дома на скале мечутся факелы — там Азамат и Вулич все еще сражались с Кэлекутом и его людьми.

— Держись! — прохрипел я, цепляясь за скользкие камни.

Бэла кашляла, дрожала, но держалась за меня, вцепившись в ремень и чуть не стащив с меня штаны. Побарахтавшись в ледяной воде несколько минут, мы все-таки выбрались на берег, где начинались густые заросли.

— Вулич… Азамат… Что с ними? — прошептала она.

— Бежим. Сейчас не время оглядываться! — решительно сказал я, увлекая Бэлу в заросли.

Со стороны аула слышались крики преследователей и мерцали огни факелов. И тут я понял свою промашку. Я не учел, что в горной реке течение настолько сильное, что за те несколько минут, что мы с Бэлой барахтались в воде, нас снесет вниз за поворот реки, за ту скалу, на которой стоит горный аул, и потому казаки не смогут увидеть нас и сразу помочь! Ведь они находились с противоположной стороны!

Насквозь мокрая, Бэла, выйдя на берег, спотыкалась и жаловалась, причитая на своем языке. Тут я почувствовал неладное. Стало вдруг слишком тихо. И тогда из-за деревьев к реке начали выходить горцы. Первым среди них я узнал Азамата. Он был без оружия. Я тоже потерял свои пистолеты, разрядив их и оставив наверху, в комнате Бэлы, а ремень с шашкой и кинжалом девушка с меня стащила, когда пыталась выбраться из воды, отчаянно хватаясь за меня. И теперь я выглядел мокрым и жалким, дрожа от холода, как и Бэла.

— Сестра! Ты вся промокла! Иди скорее домой! — сказал Азамат.

Бэла бросилась к нему, но я удержал ее за руку, проговорив:

— Стой! Что-то тут не так…

Азамат усмехнулся. И свистнул. Из кустов на его клич вышли еще несколько воинов. А потом за ними подтянулись и те самые, что преследовали нас по берегу с факелами.

— А ты умный, Печорин! Только я еще умнее! — сказал мне юнец, ухмыляясь. — Я догадался, куда вас вынесет речка.

— Брат, ты что же, снова предал меня и договорился с Кэлекутом? — проговорила Бэла.

Азамат покачал головой, ответив ей:

— Нет, сестра. Я договорился с тем, кто сильнее Кэлекута!

И тогда вперед из-за кустов вышел незнакомец — высокий, в черном черкесском костюме с серебряными газырями. Его лицо скрывала тень, но по манере держаться я сразу понял: это не горец.

— Господин Печорин, — сказал он на безупречном русском. — Наконец-то мы встретились.

Я узнал его в свете факелов. Это был английский агент, тот самый, что убежал из станицы, когда мы вломились в дом Ефимыча! Похоже, именно этот резидент руководил Никифоровым.

— Шпион! — не удержался я от восклицания.

— Лейтенант Реджинальд Мертон на службе Его Величества, к вашим услугам, — англичанин даже слегка поклонился.

Потом он продолжил говорить:

— Азамат оказался очень смышленым мальчиком. Он понял, что будущее за сильными странами, которые способны подмять других под себя, чтобы принести цивилизацию на покоренные земли.

Бэла посмотрела на брата с ужасом, сказав ему: