Авессалом Подводный – Покрывало Майи, или Сказки для Невротиков (страница 41)
Вообще, он мыслит обучение как первобытный обряд инициации: он умирает и затем возрождается с уже готовым знанием или умением. Поэтому наилучший способ изучения иностранных языков для него — это погружение в реальность, где все говорят на незнакомом для него языке и создают для него острую, почти с риском для выживания ситуацию, где он непостижимым для себя образом, сам не замечая того, начинает на этом языке объясняться, а затем и говорить свободно.
Эмоциональная жизнь. Человеку муладхары свойственны фундаментальные эмоции, которые он переживает чрезвычайно ярко. Это эмоции, связанные со страхом, чувством свободы, своей собственной цельности, гордостью, мужеством, трусостью, гневом, яростью, отчаянием, злостью и переполнением первобытной силой, которая его куда-либо ведет и полностью себе подчиняет. Его эмоции носят черно-белый характер: это или радость, или горе, или страх, или тотальная уверенность в себе, или любовь, или ненависть — полутона ему непонятны и не нужны.
Представления о психике. В подсознание человек муладхары не верит или оно представляется ему единым иррациональным и непостижимым океаном. В то же время ему свойственна некая примитивная цельность самоощущения, то есть он никогда не признает у себя существования нескольких субличностей, которые имеют относительно автономное существование; он скажет: «Я — это я, все мои проявления — это есть я; вчера я был такой, а сегодня другой, но я при этом остаюсь единым». Чаще всего он идентифицирует себя со своим нынешним состоянием, воспринимая вчерашнее и позавчерашнее как невероятные отклонения от его истинного актуального сиюминутного я: «Вчера я был злой и ругался на тебя, но это был не я, вчера со мной что-то случилось; настоящий я теперь и я тебя люблю и я тебе всегда буду служить». И нужно быть таким же человеком муладхары, чтобы искренне верить этим словам.
Личность для человека муладхары есть нечто нерасчленимое: «Я — это я». Если с ним работает психолог, преодолеть это убеждение ему будет чрезвычайно сложно, гораздо проще работать с человеком муладхары, апеллируя к его актуальному состоянию «я» и актуальным проблемам. Все разговоры о его прошлом и влиянии его прошлого на настоящее являются для него не более, чем абстрактными идеями, не имеющими никакого отношения к его актуальному бытию. Он «здесь и сейчас», а все остальное — это не то, чтобы несущественные, а прямо-таки несуществующие подробности его бытия.
Тело и пластика. По телу человека муладхары видно, что оно хорошо приспособлено к жизни на земле: он хорошо на ней стоит. При этом его движения могут быть резкими и скованными, он вынослив, что называется, жилист, в чем-то совершенен, в остальном довольно неуклюж. Иногда можно сказать, что у него медвежья грация. В глаза нередко бросаются его суставы; если он заболевает, то его проблемы также нередко начинаются с них. Если по конституции он полноват, эта полнота воспринимается как совершенно естественная, но чаще он тощ и костляв.
Уровни проработки
На варварском уровне человек муладхары дик, необуздан, непредсказуем, с ним совершенно невозможно о чем бы то ни было договориться, предварительно его не устрашив. Получив власть, он становится кровавым тираном, жестоким деспотом. На низших уровнях власти это асоциальные личности, уголовные элементы, профессиональные возмутители спокойствия. Это люди, в которых клокочет дикая неукрощенная энергия, находящая свое яркое выражение в народных смутах, временах революций и истребительных войн.
На любительском уровне человек муладхары может быть просто любителем неожиданностей, неловких для себя и для других положений, радостных сюрпризов; он может обладать оригинальным умом и нестандартным видением ситуаций. Его влекут дальние странствия и острые ситуации, но он не выходит при этом из разумных рамок, когда подвергается серьезной опасности его собственная и чужая жизнь. Естественно, что уровень остроты жизни и яркости впечатлений у него несколько ниже, чем на варварском уровне, но зато он в некоторых случаях может найти остроумное решение проблемы, не доступное другим и в то же время не выходящее за рамки гуманного отношения к людям и окружающей среде. Его критика не только остроумна, но и во многих случаях содержит в себе конструктивные элементы (в то время как на варварском уровне отношение к окружающей среде человека муладхары исключительно деструктивно, а его критика похожа на работу колуна).
Человек муладхары на профессиональном уровне — это уже творческая личность в лучшем смысле этого слова. Это человек, который ищет новые пути там, где все остальные двигаются протоптанными старыми, и чей оригинальный творческий дар таков, что он может открыть новые горизонты не только самому человеку, но и многим другим людям, которые пойдут по его стопам. Они, однако, вряд ли окажутся на муладхарном уровне, и их восприятие его идей и его творчества будет качественно отличаться от тех переживаний, которые приходили к нему, когда он пролагал свои маршруты.
Глава 2
Свадхистхана
Объект свадхистханы. Если на муладхаре объект предъявлен лишь как таковой, то есть своим именем и не более того, то на свадхистхане он представлен в окружающей среде полным набором своих качеств. Он существует как бы вместе с ними, и они создают ему, с точки зрения окружающего мира, определенную глубину, а точнее говоря, двуслойность: первый слой, внутренний, — это он сам как таковой, а второй, наружный, — это его разнообразные качества, которые в совокупности представляют собой полную систему, то есть добавить к ней новое качество уже нельзя, а можно лишь уточнять или как-то модифицировать уже имеющиеся. Эта система качеств дает объекту определенную защищенность и устойчивость его положения в среде: он может сказать: «Я такой-то, такой-то и такой-то». Эти же качества представляют собой каналы связи объекта со средой, поскольку среда также обладает аналогичными качествами. Таким образом, если муладхарный объект в принципе чужд среде, то свадхистханный объединен с нею своими качествами, или атрибутами. Типичная свадхистханная профессия — это крестьянин, который живет в своем доме, отгороженном от окружающего пространства заборчиком. У него есть поля, на которых он выращивает различные культуры, у него есть семья, о которой он заботится, и различные виды деятельности, в совокупности представляющие полную систему, то есть обеспечивающие и поддерживающие его жизнь во всех ее аспектах. Таким образом, если муладхару символизирует воин на поле боя или одинокий путешественник в неведомых и опасных краях, то символом свадхистханы является крестьянин или фермер на удаленном от цивилизации хуторе.
На свадхистхане качества объекта еще не конкретизированы, они существуют как бы сами по себе, но не опредмечены в каких-либо частях или элементах данного объекта. С другой стороны, они неуничтожаемы, они только могут быть несколько лучше или хуже, и могут меняться их оттенки. Таким образом, погибнуть или исчезнуть объект свадхистханы не может в принципе (для этого он сначала должен лишиться своих качеств, то есть перейти на муладхару), и пока он находится на свадхистхане, его положение совершенно устойчиво. Он может получить удар, но этот удар никогда не окажется для него смертельным; он может пошатнуться, но обязательно удержит равновесие. Основная его функция — это процветание, или жизнь как таковая; он может жить несколько хуже или несколько лучше, по-разному обмениваться энергией и информацией с окружающей средой, но полный набор своих атрибутов он сохраняет всегда. Если символом муладхары у животного могут служить кожа, когти и зубы, то символом свадхистханы является шерсть и особенно подшерсток, который характеризует качество шерсти: он может быть густым или тощим, но присутствует обязательно. Шерсть — это мягкая преграда, существующая между животным и окружающим миром, функция которой, с одной стороны, локализация объекта, с другой стороны — его защита от жестких воздействий окружающего мира, и, наконец, это защита, окружающего мира от самого объекта. Те же функции исполняют берлога, одежда и стены дома.
Среда для свадхистханного объекта выглядит совершенно иначе, чем для муладхарного. Здесь нет противопоставления и чужеродности, среда в принципе благожелательна, она обеспечивает существование объекта и поддерживает его атрибуты. В некоторых случаях она пользуется ими, но обычно с лихвой отдает обратно. У объекта нет ахиллесовой пяты, то есть он прикрыт своими атрибутами со всех сторон, подобно тому, как медведь покрыт со всех сторон шерстью. Если пафос муладхарного объекта — это выживание в борьбе со средой, то на свадхистхане ситуация качественно меняется, здесь пафос — это жизнь, развитие и модификация объекта, находящегося в балансе с окружающей средой и естественно поддерживаемого ею. Иногда среда может и несколько потрепать объект, так что его атрибуты отчасти похудеют, полиняют и выцветут; например, у дома может потечь крыша, на полях может отчасти засохнуть урожай, но до полного лишения атрибутов дело никогда не доходит, и максимум, что может произойти плохого, — это смена одного из атрибутов на какой-нибудь другой, но также образующий вместе с остальными полную систему, надежно защищающую объект как таковой.