Авенир Зак – Два цвета (страница 43)

Валерий обнимает Симу, целует. В комнату вбегает  С т а с и к.

С т а с и к. Прервитесь, пожалуйста. Валя, к тебе. (Уходит.)

Входит  З о т о в.

В а л е р и й. Зотов?

З о т о в. Здорово.

В а л е р и й. Здравствуй, Володька. Знакомься.

З о т о в (протягивая руку Симе). Владимир.

С и м а. Сима.

В а л е р и й (Симе). В одном классе учились. Володька меня к боксу приобщил. Как-то стукнул — я часа два в себя прийти не мог.

З о т о в. Плохо закрывался, Валя.

В а л е р и й. Потом научился. Последний бой я у тебя все-таки выиграл.

З о т о в. Последний выиграл.

В а л е р и й. Ты все на такси?

З о т о в. Да. На такси. (Симе.) Мне с ним поговорить надо.

В а л е р и й. Говори. У меня от нее секретов нет.

З о т о в. Понял. (Достает косынку, кладет на стол.) Вчера ночью возил Виту. Оставила на сиденье.

В а л е р и й. Мы с Витой разошлись.

З о т о в. Это я знаю.

В а л е р и й. Вот и хорошо, что знаешь. Косынку захвати, отдай сам. Извини, Володя, мы торопимся. У меня выступление. Зашел бы в другой раз, а?

З о т о в. Я тебя долго не задержу. Если ты не забыл, Виту к твоему отцу привел я. Она только из Тарусы приехала. Помнишь, какая она была? А тут села в машину, — ей-богу, даже не узнал. Была веселая, живая, а сейчас клещами слова не вытянешь. Весь разговор — «да» и «нет».

В а л е р и й. Ну?

З о т о в. У нее в городе никого, кроме тебя, нет. Одно дело — была женой, ну, разошлись, допустим, а другое… если человек на улице упадет, чужой и то руку протянет. А ты ей не чужой. Твой отец ее, как родную дочь, любил. В три часа ночи она в такси садится. Платьице легонькое, открытое. «Что с тобой?» — спрашиваю. Молчит.

С и м а. Куда вы ее отвезли? Где она вышла?

З о т о в. За мостом, напротив «Поплавка». У леса. Я говорю: «Куда одна пойдешь? Ночью? Обидеть могут». Вырвалась и пошла. По тропинке вдоль реки, к военному городку.

В а л е р и й. Ты ее плохо знаешь, Володя. Для нее это обычное дело. Художественная натура. Пришла фантазия — и сорвалась куда глаза глядят.

З о т о в (после паузы). Давно я тебя не видел, Валька. Только вот по радио передавали насчет твоих успехов, какой ты молодец. Ладно, живи. Я тебе сказал. Да у тебя, вижу, другие заботы. (Уходит.)

С и м а. Почему ты не объяснил ему, что она сама ушла от тебя? Подумает, что ты действительно какой-то изверг.

В а л е р и й. Пусть думает что хочет.

С и м а. Я часто встречаю Виту. Она живет недалеко от меня. Я вижу ее в булочной. На трамвайной остановке. Твоя бывшая супруга очень хороша. Мужчины на нее реагируют довольно активно.

В а л е р и й. Ну, и что?

С и м а. Ничего. Заговорили о ней, вот и вспомнила.

В а л е р и й. Ты знаешь, я не видел ее около двух лет.

С и м а. Но зато я вижу ее слишком часто, и это не доставляет мне никакого удовольствия.

В а л е р и й. Не волнуйся, нам с тобой она помешать не может.

Входит  Я ш а.

Я ш а. Симуля, куколка, стакан холодной воды. Один раз. Стой. Откроешь водопроводный кран с синей пупочкой. И жди. Пусть льется. Чтобы похолоднее!

С и м а (улыбается). Стакан холодной воды?

Я ш а. Холодной воды, из-под крана. Один раз.

Сима уходит.

В а л е р и й. Ну что, поехали?

Я ш а. Приезжать раньше времени глупо. (Интимно.) Валька, там какие-то миленькие девочки пасутся, оживленная деятельность в столовой. К чему бы это?

В а л е р и й. Стаська своих ребят позвал.

Я ш а. Твой кузен на уровне. Я не без удовольствия выпью рюмочку…

В а л е р и й. По-моему, ты уже хорош.

Я ш а. Я абсолютно трезв. До безобразия. Но стоит мне выпить самую малость, и я делаюсь подозрительным — мне кажется, что ты меня презираешь.

Входит  С и м а, дает Яше стакан с водой.

Симуля, ты прелесть. Новую прическу завела — «мальчик без мамы»?

С и м а (смеется). Нет. «Приходи ко мне в пещеру».

Я ш а. Современно. Куколка, прическа определенно тебе к лицу. Ребята, я на «Поплавок» заявился, официант улыбается: «Яша, говорит, пришли». Пришли! Ловко подметил. Несовременно, но точно. В моем хилом теле, Симуля, развелось множество индивидуальностей, и все дружно тянут в разные стороны… Один — работяга, все вкалывать норовит, к славе прорывается. Другой виляет. Лодырь! То ему искупаться надо, то пивка просит. А третий, сукин сын, и работать не хочет, и отдыхать не желает. Философ! Все ему чего-то хочется… невозможного. А чего ему надо, не пойму. Вот нашего Вальку ни на какие составные части не расколешь. Как говорит моя мама, цельная натура. Несовременно. Но я ему завидую. Симуля, куколка, пойди на кухню, открой кран с синей пупочкой…

С и м а. Сам сбегаешь.

Я ш а. Симуля, ты прелесть. А этот официант, он мудрец. «Мой дед, говорит, страсть как любил плясать, а ноги почему-то у внука болят».

С и м а. Трепач твой официант.

Я ш а. Симуля, опошляешь глубокую мысль. А я думаю так: вот я сегодня слегка выпил, как бы у моего правнука нос не покраснел.

С и м а. Сбегай, Яшенька, открой кран с синей пупочкой…

Я ш а (вздыхает). Куколка, у тебя прорезается характер. (Уходит.)

С и м а. Яшка темнит. Весь день слонялся по лаборатории, потом удрал. У него какой-то роман.

В а л е р и й. Какой роман! Всякий раз, когда работа идет к завершению, ему становится скучно. А дела еще не оберешься. Я работаю, а он психует.

Входит  Я ш а.

Я ш а. Там какие-то мальчики, которых я видел в лаборатории.

С и м а. Стаськины ребята с технологического, они у нас на практике. Не узнал?

Входит  Л ю б а.

Л ю б а. Гости просят дорогих хозяев хотя бы на минуту пожаловать к столу.

Я ш а. Хозяева с благодарностью принимают приглашение. Как вас зовут?

Л ю б а. Люба.

Я ш а. И вы тоже у нас на практике?