Ава Соловьева – Хочу с тобой целоваться (страница 3)

Подойдя ближе к воротам, мы увидели объявление: «Сдается на длительный срок», и номер телефона. Что ж. Длительный срок – это ведь больше одного лета, правда? Возможно, именно такой вариант станет для меня самым удобным и финансово подъемным. Нужно позвонить и узнать подробности. Потому что я, кажется, уже успела влюбиться в эту деревню. Я сфотографировала объявление, и мы отправились к Волге.

Ветер трепал наши волосы, солнце ласкало лица, а шум воды – слух. Здесь, в Добринке был какой-то особенно вкусный воздух, чистый и свежий. А еще пахло рекой и, мне отчего-то казалось, приятными переменами и душевным теплом.

По возвращении домой, мы обнаружили у ворот машину.

– О, брат с семьей пожаловал-с, – обрадовалась Рая.

На мой недоуменный взгляд, ведь я предполагала, что кроме нас здесь никого не будет, иначе вряд ли бы согласилась стеснять хозяев, прекрасно понимающая это Рая пояснила:

– Что? Сегодня у нас открытие сезона, папа наверняка, уже разжег дрова в мангале.

– Хитрюга, – наиграно гневно посмотрела я на подругу.

– Пойдем. Олька, жена брата, твоя ровесница, вы быстро найдете общий язык. А еще у меня классная племяшка.

Богдан, Оля и их дочь Мила определенно члены этой семьи, потому что такие же легкие и открытые, как все Алмазовы. Пока Рая и Богдан носились по саду с трехлетней Милой, мы с Олей помогали Олесе Семеновне накрывать на стол. Поскольку основным блюдом был шашлык, нам оставалось приготовить лишь закуски и свежий салат. И слава богу, потому что готовить я не очень любила. В шесть рук мы управились быстро.

Открытие сезона мы отмечали в летнем домике под грузинское полусладкое и душевные разговоры. Через час после застолья в баню отправилась мужская половина, а мы с девчонками сплетничали о соседях и делились лайфхаками по макияжу. Я, зацикленная еще недавно на всех этих женских штуках, блеснула знаниями, конечно, знатно. А потом в баню отправились Оля с Милой и Олеся Семеновна. Обновив персональные тарелки за столом, мы с Раей приступили к программе «караоке». По началу я стеснялась петь и планировала просто послушать. Но когда Богдан неумело, но очень искренне запел Басту, я расслабилась и тоже втянулась, получив даже от присутствующих комплименты за свое исполнение.

– Ой, девчонки, такая баня классная. Обязательно намажьтесь в конце скрабом. Кожа будет как у младенцев, да, моя крошечка? – восторгалась Олеся Семеновна, заигрывая с внучкой.

– Ага, будет гладкая как у малышек, – улыбалась румяная Мила, завернутая в полотенце.

– Ну мы тогда пошли, да, Вик? – обратилась ко мне Рая.

– Я с удовольствием.

Несмотря на то, что я была городской девчонкой, баню я любила. Мы иногда ходили туда с подружкой, совмещая такие вылазки со спа процедурами и бассейном.

– М-м-м, как вкусно пахнет вениками.

– Дааа, жаль я сегодня попариться не смогу, у меня эти дни, боюсь, голова закружится, только второй день.

– У вас очень симпатичная баня, новая? – восторгалась я, раздеваясь. Из летнего домика дверь вела сразу в предбанник, где можно было раздеться и подышать. Здесь же находилась современная душевая кабина с кучей разных баночек для ухода за собой. Слева от входа была еще одна дверь – прозрачная. Она вела в саму парную.

– Да, буквально два года назад обновили, мы всей семьей очень любим это дело.

Мы обернулись простынями, натянули на распущенные волосы шапочки с надписями «Царица» и «Богиня», чтобы не напекало голову, и зашли в сауну.

– Боже, папа не пожалел, для нас дров, – смеялась Рая, спустя полчаса. – Жара такая. Я сегодня больше не выдержу, пойду помоюсь и выйду. А ты обязательно покайфуй еще хотя бы полчаса. Все равно все уже попарились, – строго наказала подруга и отправилась в душ. Я выпила минералки и решила ни в чем себе не отказывать и, действительно, задержаться еще немного. В конце концов, когда еще мне удастся посетить такую классную баню. И все-таки хорошо, что я согласилась на предложение Раи и приехала в эту чудесную деревню и познакомилась с Алмазовыми. Именно такой и должна быть настоящей семья. Искренней, заботящейся друг о друге, веселой, теплой. Как жаль, что у нас с папой все было по-другому. Интересно, как он там? Обязательно позвоню ему завтра и узнаю.

Оставшись одна, я расположилась в сидячем положении на верхней полке парной, развязала простыню и немного откинулась на руках назад, подставляя обнажённое тело жару и прикрывая глаза. «Как же хорошо», – мурлыкала я про себя. А потом услышала шум закрывающейся двери и почувствовала чье-то присутствие, открыла глаза и наткнулась на пронзительный темный взгляд.

Глава 5

Сквозь прозрачное стекло маньячным взглядом на меня смотрел молодой мужчина. Он недолго задержался на моем лице, а потом опустился ниже. Завис на груди, покрытой капельками влаги, проследовал к животу, зоне бикини и ногам вплоть до самых пальчиков. Амплитуда его дыхания увеличилась, грудь тяжело вздымалась и опадала. Отводить взгляд или покидать предбанник он не спешил, а вместо это снова уставился на мою потяжелевшую в раз грудь. Предполагаю, что мои соски под этим вниманием напряглись и заострились, по крайней мере именно это я чувствовала, но проверять не решалась. Я вообще будто оцепенела и застыла. На удивление, я не чувствовала стыда и стеснения, хотя, уверена, мои щеки покрылись румянцем. Я не спешила прятаться под простыню, разглядывая в ответ незнакомца. В приглушенном свете помещения его глаза виделись черными, лишь свет одинокого светильника отражался в них ярким бликом. Губы казались жесткими и напряжёнными, ровно, как и плечи.

Нельзя было понять, нравится ли ему то, что он видит. Но уходить он по-прежнему не спешил. Я не уделяла своей внешности привычного должного внимания около года, и если бы не лазерная эпиляция, которую я сделала еще года четыре назад, не уверена, что не предстала бы перед этим мужчиной волосатой как обезьяна. Эта дурацкая мысль вызвала внутри меня смех, отчего я сдержано улыбнулась в первую очередь себе самой. Брови незнакомца насупились, не понимая мою странную реакцию, отчего его лицо показалось мне смутно знакомым. Однако ни в этом городе, ни тем более в деревне я никого не знаю, кроме обитателей этого дома. Может быть, он встретился нам по пути на реку?

Эта цепочка мыслей заставила меня прийти в себя и, наконец, схватиться за простынь, чтобы прикрыться. Мужчина будто тоже пришел в себя и, проронив «извини», удалился.

В ту же секунду я выскочила из парной, только сейчас осознав, как долго я там просидела. У меня даже закружилась голова от жара. Я ухватилась за стенку, чтобы поймать равновесие, а потом поспешила в душ, чтобы привести себя в порядок.

– Дем, ты в отпуск или на выходные? – услышала я Олесю Семеновну, когда с полотенцем, замотанным на голове, присоединилась ко всем в летнем домике.

– Я, как обычно, планирую мотаться между городом и Добринкой все лето, благо работа позволяет, – ответил низким голосом Дем… Демид? – Очень вкусный салат.

– Это девчонки делали, – Олеся Семеновна взглянула почему-то на меня. – С легким паром, Викуля.

– Спасибо, мне очень понравилась ваша баня, – чуть смущенно поблагодарила я, потому что чувствовала на себе прицельный взгляд своего визитера. Смотреть на него я не осмелилась.

– Приезжай к нам в любое время, мы будем рады.

– Спасибо.

– Кстати, познакомьтесь, это Демид – друг Богдана. Его бабушка тоже когда-то жила в этой деревне. Здесь ребята и познакомились. А это Вика – подруга Раюшки.

– Рада знакомству, – я все-таки посмотрела на Демида. И здесь, при хорошем освещении и в ясном сознании, я узнала в нем старого знакомого, правда, пока не могла разобраться, что чувствую по этому поводу. А вот мой маньяк-наблюдатель лишь кивнул головой и отвернулся.

Весь оставшийся вечер я украдкой поглядывала на знакомого незнакомца, а он на меня ни разу, по крайней мере я больше не ощущала на себе этого пристального взгляда.

Богдан спел еще одну песню Басты, Ольга с Раей – какую-то девчачью попсу, а вечер мы завершили «Матушкой-землей» и чаепитием. (1)

Лежа перед сном в кровати, я прокручивала этот насыщенный на события день. Я потянулась к блокноту, что лежал в моей дорожной сумке рядом с кроватью и включила прикроватную лампу, чтобы сделать несколько заметок.

«Мне нравится Добринка», – записала я и нарисовала рядом сердечко.

«И семья Алмазовых», – добавила следом.

А следующей строкой поставила лишь вопросительный знак рядом с буквой Д, вкладывая в этот символ все эмоции, связанные с Демидом.

Мы не были с Демидом хорошими знакомыми и уж точно не были друзьями. Я училась на первом курсе университета, когда впервые его встретила в стенах нашего ВУЗа. Я очень торопилась на пару и быстро искала глазами нужный предмет в расписании на специальном стенде. Развернувшись, чтобы поспешить в нужную аудиторию, я натолкнулась на высокого худощавого парня. От этого контакта канцелярка, что держалась на честном слове между тетрадями, что находились у меня в руках, выпала на пол. Мы оба присели, чтобы поднять мои ручки и карандаши, и столкнулись теперь глазами. У него они были серыми, как грозовое небо. Наверно, такого глубокого цвета я не видела больше никогда. В тот день я просто сказала «извини» и «спасибо», он лишь кивнул в ответ. Подойдя к лестнице, я обернулась. Он все еще стоял у расписания и смотрел мне вслед.