Ава Рид – Крылья из огня и тени (страница 31)

– Ты же не всерьез. Я не позволю себя спровоцировать. Что тут происходит?

Мим и Пан тут же насторожились, стряхнули с себя сон и зарычали. Но Ашер громко приказал им лежать. Он понятия не имел, понимают ли они что-то из происходившего, и если да, то что именно, – но они подчинились. Пока что.

Цето подошел ближе к Миле. Ашер ощутил, как он концентрирует свою силу, как меняется его аура. Мила, напротив, отступила от него на шаг. Подняв подбородок, с непокорным взглядом, с прямой спиной – но отступила.

– Правда? Я бы уже давно тебя убил, жаль, что Райя и Ашер настолько от тебя без ума. Ты – аномалия. Ты – человек. Или полукровка. Кто об этом знает? Ты хоть сама знаешь? Кто ты? Думаешь, мы тебя в чем-то обвиняем? Ты просто ничтожный сумасшедший человечек. Уродка. Ты нам не ровня.

Мила вздрагивала с каждым словом – и Ашер хотел, чтобы это прекратилось. Оно того не стоило. Он должен найти другой способ. Так он лишь причиняет боль – Миле, Цето и себе самому. Какой он глупец!

– Прекрати! – приказал он, шагнув к ним, и, хотя Цето тут же остановился, Мила, задрожав, закрыла уши руками. Не замечая Ашера, она выкрикнула:

– Нет!

Ее аура изменилась в одно мгновение, энергия стала ощутимой, и в следующее мгновение ударная волна врезалась в их ноги. Мила, потеряв самообладание, расплакалась. Ашер тут же оказался рядом с ней и крепко обнял ее. Трясясь от рыданий, она лежала в его объятьях.

– Мне так жаль, – сдавленно прошептал он. Мила не отреагировала. Цето подошел ближе. На его лице отразилось сожаление – и в то же время гнев, направленный на Ашера.

– Не важно, зачем тебе это понадобилось: я не собираюсь повторять это снова. Понял?

Ашер кивнул. Да, он понял.

– Прости меня, – произнес Цето, а затем исчез.

– Посмотри на меня, – в отчаянии попросил Ашер. – Пожалуйста, посмотри на меня. – И, к его облегчению, Мила ответила на его просьбу. Она плакала уже меньше, но случившееся все равно разбивало ему сердце.

– Я не хотел…

Чего? Сделать ей больно? Конечно, нет, но он думал лишь о возможности увидеть ее дар в действии, об эмоциях, которые его высвобождали, сильнее всего он хотел подтвердить свою теорию. Мила вытерла слезы, встала рядом с ним и слегка оттолкнула его руку. Он понял. И отошел в сторону.

– Я понимаю, что ты этого не хотел. Цето тоже. Мне понятно, зачем вы это сделали. Хотя я сначала этого и не поняла, но… – Она покачала головой, а затем снова взглянула на него. – Возможно, были и другие способы.

Даже сейчас она не показывала, насколько сильно это ее задело.

– Я тебя не заслужил, – признался он, хотя и не хотел этого говорить. Слова будто сами вырвались на волю.

– Возможно. Но так же возможно, что верно и обратное. Кто знает? – Она робко улыбнулась и откашлялась.

– Цето говорил не всерьез. Ты это понимаешь, так ведь? Пожалуйста, скажи мне, что понимаешь.

Секунда проходила за секундой – а потом Мила наконец ответила:

– Да. Но легче от этого не стало.

Ашер снова порывисто обнял ее, в сотый раз прося о прощении, и в какой-то момент его охватило облегчение, когда она просто обняла его в ответ.

Он тоже совершал ошибки. Никто не идеален. Самое главное – учиться на них и не совершать их во второй раз.

– Идем, давай сделаем перерыв.

– Нет. – Мила выпрямилась, откинув со лба тонкую прядь. – Давай продолжим. Теперь мы знаем, как это работает. Моя сила связана с сильными эмоциями, но только с отрицательными.

– Гнев вполне может быть позитивным, страх тоже. Думаю, тебе нужны прежде всего эмоции, которые возникают, когда ты не чувствуешь себя в безопасности. – Он старался выражаться как можно тактичнее, но Мила, похоже, поняла, что он имел в виду. – И притом я не мог тебя предупредить, потому что тогда ты не приняла бы слова Цето всерьез и не стала бы так сильно им сопротивляться. Но начнем с того, что мне вообще не следовало бы все это затевать. Я сделал тебе больно – и Цето тоже, потому что, стремясь к своей цели, забыл обо всем остальном.

Ашер замолчал. «Мне безмерно жаль, милая».

Если бы он только мог объяснить насколько. Но когда Мила подошла к нему, вытянулась и поцеловала его в щеку, он на мгновение закрыл глаза, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает его.

– Нам нужно сделать перерыв, – настойчиво повторил Ашер. – Это нужно нам обоим.

По Миле было заметно, что она сомневалась, но после некоторой внутренней борьбы она все же согласилась. Мим и Пан потопали следом за ней, не переставая ворчать. Возможно, они ругались на него – и, пожалуй, вполне справедливо. Наверное, это просто чудо, что они не набросились ни на него, ни на Цето, хотя ситуация явно была им не по душе.

Взяв Милу за руку, Ашер провел ее через портал, и они вернулись в свою комнату. Ашера что-то насторожило. Он ощутил какую-то неправильность. Возможно, это просто дурное предчувствие, но он должен был проверить.

– Я ненадолго загляну к Цето и остальным. Пойдешь со мной?

Мила согласилась, и они вместе с Мим и Паном, которые тоже не захотели оставаться, прошли через портал, покинув комнату и оказавшись в том помещении, где они ели.

– Невероятно, – прошептал Ашер. Быстрым шагом он вошел в помещение, где они с Цето появились впервые, – и увидел Тариэля. Элариан держал меч у его горла.

31

Мила

Тариэль? Зак?

Мила не могла поверить своим глазам. Цето стоял перед Райей, а Зак, подняв руки, рядом с Тариэлем. Миле хотелось, чтобы острие меча Элариана оказалось ближе к его горлу.

Ашер не отступал от нее ни на шаг. Мим и Пан снова превратились, и в комнате сразу же стало слишком тесно.

– Ах, как чудесно, что ты смог зайти, Ашер. Я уже хотел за тобой послать. Гляди, кто к нам заглянул. – Слова Элариана были пронизаны сарказмом и насмешкой. Его рука едва заметно дрожала. Мила с трудом представляла, каких огромных усилий ему стоило не убить Тариэля сию же секунду. Но Зак смотрел на них совершенно отчаянным взглядом и говорил, не умолкая, обращаясь ко всем сразу.

– Он на нашей стороне, правда! Я хочу сказать, я сам едва смог в это поверить, и на вашем месте я бы тоже сомневался. Я ненавидел его за то, что он сделал с Михаэлем, – бессвязно объяснял Зак, захлебываясь словами. – Но потом произошла та стычка с Рахелью и Милой в Праге, и он явился ко мне, попросил прощения и рассказал обо всем. Мы пытались найти вас, потому что хотели вам помочь, и тогда он вспомнил про Бруме. Мы побывали в коридоре…

– Коридоре вечности, – прошептал Ашер.

– …и там была дверь…

– Если никто его не остановит, он никогда не умолкнет, – предположил Цето, закатив глаза.

– …лоза была совершенно отвратительная – я никак не мог выпутаться, – и ловушки тоже, но мы все-таки пробились.

Зак говорил слишком быстро, слишком спутанно. Тяжело дыша, он смотрел то на одного, то на другого из присутствовавших. Тариэль не шевелился. По его горлу заструилась тонкая золотистая струйка. Похоже, Элариан слегка задел его кожу. Внимательнее посмотрев на Тариэля, Мила заметила, что он выглядит уставшим. С его груди безжизненно свисали плети лозы, на груди и на спине зияли раны. Он сильно побледнел.

Посмотрев на Зака, она встретилась с ним взглядом, и в одно мгновение присутствие Тариэля стало ей безразлично. Мила была так рада, что Зак оказался здесь. Так что она метнулась мимо Ашера и упала в его объятия.

– Зак, – прошептала она и ощутила, как он обнял ее.

– Привет, малышка, рад снова тебя видеть. – Подняв голову, она увидела, что он улыбается ей.

– Ему правда жаль, – произнес Зак, и она поверила ему – против воли. Она предпочла бы, чтобы Тариэль исчез, – и все-таки поверила Заку.

– После всего, что было, – в ярости прошептал Элариан, – я должен ему поверить? Просто отпустить его? После всех этих столетий… После всего, что случилось… – его голос сорвался.

Шагнув вперед, Цето положил руки на плечи Элариана, помогая ему сдержаться.

– Какие у меня есть причины не убивать его прямо сейчас? – От голоса Ашера Милу пробрала дрожь.

– Никаких, – выдавил Тариэль. – Но у меня нет никаких причин лгать вам.

– У тебя их даже несколько, – возразил Ашер, и Тариэль умолк. – Я бы не поверил тебе, даже если бы ты согласился дать клятву.

Никто не шелохнулся. Все выжидали, что будет дальше.

– Отпусти его, – прошептала Мила, сама не веря своим словам. – Я верю Заку. Этого мне достаточно.

Тот благодарно улыбнулся ей, но Мила не могла ответить ему тем же. Ее лицо словно сковал лед. Ее тело словно онемело, только сердце непрестанно колотилось, оглушительно и быстро. Способна ли она простить Тариэля? Она не знала…

Медленно и неохотно Элариан опустил меч. Райя что-то успокаивающе говорила ему. В его глазах можно было прочесть всю злобу, всю горечь и скорбь, которые, должно быть, клубились внутри его. Увидев, что расстояние между клинком и горлом Тариэля увеличивается, Зак с облегчением выдохнул. Райя и Цето остались рядом с Эларианом, поддерживая его. Элариан стоял вплотную к Тариэлю, по-прежнему сжимая в руке меч.

Тариэль не шелохнулся. Мила ощутила, как что-то ткнулось в ее спину. Пан. Она погладила его гигантскую морду. Мим обнюхала Зака и показала ему зубы, а затем вернулась, остановившись рядом с Ашером.

Ашер подошел совсем близко к Тариэлю, и у Милы на мгновение перехватило дыхание, потому что она не могла понять, какое решение он принял. Он пощадит его?