Ава Рид – Крылья из дыма и золота (страница 14)

– Лучше начну с другого. Помнишь, как мы недавно ненадолго встретились в Центральном зале и тебе грозило очередное предупреждение? Я направлялся в Совет, хотел доставить свой отчет и удалиться снова, но – ну да. Мне запретили дальше искать аномалию.

– После всех этих лет? – Михаэль нахмурил густые брови. Он явно задумался. Это всегда было по нему заметно. – Почему? Что их не устроило?

– Аномалия не проявлялась и до сей поры на нее не оказывались никакие заметные воздействия, сказали они. Они боятся, что, если мой поиск увенчается успехом, я могу сам стать причиной того, что ситуация ухудшится. Они считают, что ошибка существует, но она неопасна. А если я буду продолжать поиск, вот тогда она станет опасной и равновесие будет нарушено еще сильнее.

После того как он это произнес, повисла неуютная тишина. Тариэль нервно пошевелил пальцами, заметил, что его рука уже исцелилась, и изучающе посмотрел на остальных.

– Они понизили меня в звании. Ахру сунул мне в руки документы по прошлогодней проверке, – подавленно добавил он, и Иезекииль принялся тихо ругаться себе под нос.

Эти документы представляли собой сведения обо всех обитателях смертного мира и их действиях – цифры, факты, необычные случаи, таблицы, разбитые по определенным зонам. Они были нужны, чтобы выявлять необычные происшествия. Или, по крайней мере, что-то, что могло на них указать. Но Совет опирался на четкие инструкции и документы.

В отличие от Иезекииля, Михаэль понял, что суть проблемы не в этом.

– А что случилось потом? Ты ведь не из-за этого такое устроил, да?

– Нет, – неохотно признался Тариэль. – Это я устроил, потому что дурак.

– Да что такого сумасшедшего ты мог сотворить? Тебе ни разу не выписывали предупреждения, – пошутил Иезекииль и тут же пригнулся, уклоняясь от Михаэля, который попытался его стукнуть.

– Нет, – пробормотал Тариэль. Он посмотрел на этих двоих, сначала на одного, потом на другого, серьезным, пристальным взглядом, чтобы они прекратили дурачиться.

– Направляясь к вам, я приземлился в Праге, явился человеческой девушке – дважды – и встретился с Ашером.

На несколько секунд они потрясенно замолчали, а потом принялись наперебой ругаться, кричать и беспорядочно размахивать руками. От всего этого у Тариэля заболела голова. Он потер виски. Иезекииль уже раскраснелся, а Михаэль был не в состоянии подавить безумную и совершенно невеселую улыбку.

– Ашер. Ты серьезно? – доносилось со стороны Иезекииля.

– Девушке? Дважды? – вопрошал Михаэль.

– Я все понял, ясно вам? Вы мне не слишком помогаете. Может, мы поговорим о том, почему это случилось?

Иезекииль провел рукой по лицу и сдавленно сглотнул, а Михаэль выжидательно откинулся назад.

– Как я и сказал, я направлялся к вам, но когда я пролетал над городом… Как бы вам объяснить? Внезапно я ощутил энергию, которая походила на нашу – слабо, но отчетливо. И я последовал за ней, пытаясь понять, кто же мог в человеческом мире применить такую силу. – Облизав губы, Тариэль продолжил: – Я оказался в каком-то маленьком парке, и тут эта энергия внезапно исчезла. Я увидел обыкновенную девушку, к которой приставал незнакомец. Так что я хотел двинуться дальше, на ваш идиотский покерный вечер. Но, вопреки здравому смыслу, я захотел ей помочь, хотя это было и против правил.

– Не показывайся людям! – произнесли в унисон оба Вечных, сидевших перед Тариэлем.

– Верно. И все-таки… Я пошел к ней, я был уже почти рядом. – Тариэль покачал головой. – И увидел, как тот мужчина в панике убегает.

– Это звучит довольно странно, но можно придумать много причин, чтобы оставить ее в покое.

Возможно.

– Ты не веришь, что у всего этого есть простое объяснение, – заключил Михаэль, и Тариэль покачал головой.

– Это еще не все. Ее ранили в плечо.

– Только не говори, что… – произнес Михаэль, прикрыв лицо рукой, чтобы скрыть гримасу.

– Чего не говорить? – растерянно спросил Иезекииль.

– Я исцелил ее.

– Святая хрень, – пробурчал Иезекииль. Михаэль лишь стиснул зубы.

– Все словно само собой получилось.

– Звучит так, будто ты случайно поскользнулся. В это никто не поверит, идиот! Если так пойдет дальше, мне понадобится что-нибудь выпить! Целый бар! – возмутился Иезекииль.

Михаэль глубоко вдохнул.

– Что еще случилось?

– Несколько дней спустя я искал ее, потому что все это не шло у меня из головы. Ее зовут Мила. И когда я сегодня наблюдал за ней…

– …там появился Ашер. Вот так совпадение.

Михаэль кивнул в ответ на ироничный комментарий Иезекииля.

– Из любопытства он зашел в кафе, где она сидела, а я следом, чтобы проследить за ним. Разумеется, она узнала меня, и Ашеру стало ясно, что я уже являлся ей. Однажды.

– Он теперь не отстанет.

– В этом Зак прав. А что с этой девушкой?

– Я думаю… – А что он, собственно, думал? Это просто девушка. Почти непримечательная, но в каком-то смысле симпатичная. Она была очень внимательной, и возникало ощущение, что от нее мало что может ускользнуть. А что еще? Он разочарованно вздохнул, встал со своего любимого стула и принялся расхаживать туда-сюда. – Честно говоря, я не знаю, но мои инстинкты говорят мне, что нельзя выпускать ее из виду. Той ночью в парке произошло нечто необычное, и я должен выяснить, что это было.

– А если ничего необычного не было? Тогда ты нарушишь еще больше правил, и к тому же за тобой по пятам будет идти один из могущественнейших Темных в универсуме. Да уж, Ти, затея явно стоящая!

– Вы сюда ради этого пришли? Чтобы смеяться надо мной и забрасывать меня упреками?

– Нет, хотя это было бы вполне уместно. Мы беспокоились о тебе. Ты уже несколько дней не появлялся в Центральном зале, а это на тебя совсем не похоже. Мы же твои друзья, забыл? – ответил Михаэль, но Иезекииль наконец поднялся с дивана и теперь, излучая ярость, стоял перед Тариэлем. – Ты вообще хоть раз задумывался, что у всего есть последствия? Ах, погоди-ка! – Он рассмеялся. С каждым словом его голос становился громче. – Конечно! Ты же пытаешься вбить мне это в голову не одну сотню лет. С тех пор как произошла вся эта хрень с Ашером, для тебя осталось только одно непреложное правило: никогда не показывайся людям без уважительной причины или задания. Не вмешивайся. Не веди себя легкомысленно. А ты что делаешь? Одним махом нарушаешь все правила. Из-за чего? Из-за какого-то предчувствия?

Остатки жилища Тариэля задрожали от взрыва гнева Иезекииля. Его грудная клетка все сильнее поднималась и опускалась; на шее у него выступили вены. Тем временем Михаэль тоже встал, чтобы попытаться успокоить Иезекииля. Тариэль молча стоял, стиснув губы, и без возражений выслушал все упреки. Потому что он знал: Иезекииль прав.

– Зак, хватит! – твердо произнес Михаэль, положив свою внушительную руку на плечо друга.

– Нет! Пусть все идет лесом. Я поверить не могу, что именно я взываю к разуму. – Он несколько раз глубоко вздохнул и немного успокоился. – Мойра, Атис и Совет могут… мне следует продолжать, кто может явиться в таких обстоятельствах? Ты понимаешь, чье внимание ты можешь привлечь, кого ты можешь разозлить?

Иезекииль пристально посмотрел на Тариэля, Михаэль не двинулся с места.

– И неважно, что у тебя за предчувствие. Эта девушка раньше ничем не выделялась. Не было ни заявлений, ни документов, никаких заданий. Но если даже тут что-то есть… не мне тебе объяснять, что может случиться, если кто-то наткнется на аномалии, которые превратились в систему, стали частью универсума и не доставляют никому проблем. Они посыплются, как костяшки домино, и утащат с собой все. А еще может оказаться, что именно ты – тот, кто найдет аномалию, – подтолкнешь этот процесс. Артас уже давно это понял, и меня, честно говоря, удивляет, почему он только сейчас положил этому конец. Мик спросил почему – так я отвечу, – к счастью. Ты сделал из этого настоящую проблему, ты, Ашер и… проклятье! Все это на тебя посыплется, идиот!

Михаэль погрузился в мысли. Затем он взял слово.

– Быть может, еще можно оставить в покое всю эту историю.

Он пристально посмотрел на Тариэля. Серьезно, неотрывно, предупреждающе и понимающе. Тариэль ничего не ответил. Он не был глуп; конечно, он понимал, что его друзья правы. Положить всему этому конец сейчас – так было бы лучше для всех, это он тоже понимал. В конце концов, до этого момента не происходило ничего такого. Если он сейчас забудет про девушку и оставит ее в покое, Ашер, скорее всего, поступит так же, и при некотором везении все это никак не скажется на ее будущем. Если она окажется лишь мелким нарушением равновесия, то аномалия продолжит дремать и из-за нее не возникнет никаких проблем – она разрешится сама собой. А если она просто человек, тем более ничего не случится. По меньшей мере, если он вовремя оставит ее в покое.

Тариэль потер виски, снова прокрутил в голове все эти мысли, снова и снова…

– Нужно посмотреть на эту девушку, – произнес Михаэль спокойно и собранно, заставив Тариэля поднять взгляд.

– Тут что, все с ума посходили? – Иезекииль застыл с открытым ртом, переводя взгляд с Михаэля на Тариэля и обратно. – Вы что, не слушали? Ты прекрасно понимаешь, как плохо может все это кончиться, и теперь хочешь, чтобы мы тоже открылись ей?

– Почему же? – коротко спросил Тариэль.

– Сам понимаешь почему.