Ава Рид – Искренне (страница 25)

– А если нет?

У меня сжимается горло.

– Я буду помогать ей дальше и предоставлю ей маленькую комнату, которая была пуста почти два года и которую мы все это время хотели превратить во что-то полезное. Она будет платить за аренду, как и вы. Мне нужно хоть что-то зарабатывать, раз я делюсь с вами своей квартирой.

Снова усмешка.

Ему не нужны деньги. Не в этой и даже не в следующей жизни. Мы с Диланом платим так мало, что, вероятно, лишь покрываем расходы на коммунальные услуги и покупки, которые Мэйсон часто делает для нас. И мы платим только потому, что сильно настаивали на этом. Мэйс всегда отвергал это, но лучший друг или нет – я не буду сидеть у него на шее, пока могу избежать этого. В любом случае это и так его деньги, я ведь работаю на него. Или, вернее, это деньги его отца, которые он так сильно старается раздавать, чтобы только позлить своего старика.

Проклятье.

Тяжесть в груди растет, ладони начинают потеть.

Страх во мне хочет сказать «нет», не хочет оставлять ее здесь и принять это предложение. Так было бы проще.

– Куп?

Но это было бы неправильно…

– Ладно, – бормочу я, после чего он облегченно кивает.

Я только что дал согласие на то, чтобы Энди жила здесь. Теперь мы соседи. Я буду видеть ее каждый день. Что я наделал?

На мгновение я чувствую, что моим легким не хватает кислорода. Как будто он выходит насквозь через дыру, которую ничем не заткнуть.

– Тогда, возможно, однажды зайдет ее горячая подружка, – выдает Мэйсон, и я закатываю глаза, а он начинает беззвучно смеяться и затем подмигивает мне. Больше ничего не говоря, он поворачивается, чтобы уйти.

– Прости меня.

Я должен был сказать это, по крайней мере, хоть раз. Мне чертовски важно, чтобы он это знал.

– Все в порядке.

Я отрывисто качаю головой, но он этого не видит, потому что стоит спиной ко мне и ждет.

– Я позвонил Зоуи на следующий день после того, как Энди появилась в клубе. У нее все хорошо, она счастлива. По крайней мере, так она говорит. Я тоже в порядке, я с этим справился. Не понимаю… – признаюсь я. Теперь Мэйс снова поворачивается ко мне и морщит лоб.

– Тебе не нужно понимать все свои страхи, они могут приходить и уходить. А что касается Энди, ты должен взять себя в руки. Нравится она тебе как девушка или нет, пожалуйста, помни одну вещь: она не Зоуи. И ты не несешь ответственности за то, что случилось с твоей сестрой.

15

Дрянные дни нужны, чтобы дать нам разбег перед чем-то прекрасным. Чтобы вознести нас с самого низа вверх до небес.

Вытянувшись на диване и устроившись поудобнее вместе с Носком, я долго смотрела в потолок, думая обо всем, что произошло с тех пор, как я оказалась в этом городе. О своих мечтах и своей наивности, о жалком балансе на банковском счете, о папе, Лукасе и маме, о моих желаниях и о желаниях Джун. Об учебе и обо всех «что-было-бы-если». И о том, «что-делать-если».

Я думала о Купере и о том, как он на меня смотрел. Как я на него смотрела.

Весь остаток ночи я проворочалась из стороны в сторону, не в состоянии заснуть.

Сейчас половина восьмого утра, и я не сплю. Можно было не устанавливать будильник. Если я до сих пор этого не поняла, то теперь ясно, что со мной сейчас что-то не так, я слишком чем-то обеспокоена и теряю контроль над собой и своей жизнью.

Носок, виляя хвостом, топчется у моих ног и, высунув язык, сопит, не сводя с меня глаз. На первый взгляд имя, которое я дала ему, может показаться странным и немного корявым, но оно ему правда подходит. Это симпатичный маленький пес, абсолютно серый, только на лапах у него словно белые носочки.

С нехорошим предчувствием я беру очки, надеваю их, и, хотя это, конечно, будет не очень приятно, мне в любом случае нужно встать и поговорить с Мэйсоном. И рано или поздно я должна буду сделать то же самое с Джун. И с Купером.

Я в последний раз глубоко вздыхаю, закрыв глаза, прежде чем собраться с духом и силами, встать и осторожно открыть дверь. Носок сначала следует за мной, но затем сразу бежит прямо в гостиную. Он определенно ищет дверь на улицу.

Я, разумеется, выйду с ним, но сначала моя очередь – мочевой пузырь только что довольно настойчиво объявил о себе. Зевая, я сонно тру глаза и чувствую, как у меня в животе зарождается неприятное чувство перед разговором. Тот факт, что я так нервничаю, заставляет меня еще больше торопиться в ванную. Я задумчиво захожу в нее, разглядывая при этом свою руку. Вчера утром я сняла повязку, и рана больше не кровоточит, даже заживает, и довольно хорошо. Я снова зеваю и поднимаю взгляд.

С ума сойти, какая ванная. При входе справа стоят две изящные круглые раковины, над которыми висит гигантское зеркало во всю стену, с подсветкой. Слева у стены находится открытый стеллаж с полотенцами и даже растение, которое еще живо. Рядом с раковинами, за невысокой разделительной перегородкой, находится туалет, и я думаю, что если повернуть за угол налево, то там будет душ и, возможно, даже ванна.

Но я не хочу быть слишком любопытной и проверять это, кроме того, мне уже действительно очень нужно сделать то, зачем я сюда пришла. Так что я уже немного приплясываю на месте, пока поднимаю крышку унитаза, а затем быстро опускаюсь на сидение. Вовремя.

Я сижу и с облегчением осматриваю гигантскую комнату с черной плиткой на полу и кремовыми стенами и… Что это за звук? Когда он появился? Это вода? Льющаяся вода?

О нет, шепчет голос в моей голове. Дверь ведь была открыта. Почему была открыта дверь?! – мысленно кричу я, суетливо отматывая бумагу от рулона и затем натягивая свои пижамные штаны.

Душ. Кто-то принимает там душ.

Я вполсилы нажимаю на кнопку слива и, торопясь немедленно скрыться из ванной, одновременно крадусь и бегу так, словно за мной гонится сам черт.

Вода выключается. Господи боже! ВОДА ВЫКЛЮЧАЕТСЯ! Я не знаю, что хуже: когда кто-то принимает душ, пока я сижу на унитазе, или когда этот кто-то выключает свою дурацкую воду, потому что закончил мыться.

Почти получилось, дверь уже близко! Может быть, я еще успею выйти.

Мои пальцы берутся за ручку, я нажимаю на нее и… слышу шаги, чувствуя взгляд на своем затылке. Это может быть Мэйсон. Это может быть другой сосед из третьей комнаты.

Но нет. Уставившись на дверь перед собой, я знаю, просто знаю, что это не так. Это Купер. Зажмурившись на мгновение, я с трудом сглатываю и замечаю, как мурашки бегут у меня по шее, между лопатками вниз по спине и как все сжимается у меня внутри, пока я начинаю дышать все быстрее.

Я должна исчезнуть отсюда. Вместо этого я медленно открываю глаза, поворачиваю голову и оглядываюсь через плечо. Я делаю это, не сопротивляясь порыву, хоть и не понимая почему. Если честно, за последние несколько дней я приняла столько сомнительных решений, что это уже ничего не изменит. Я, вероятно, сломалась, у меня случилось короткое замыкание или приступ острого идиотизма – все возможно. Моя жизнь пустилась в полет под ЛСД и тащит меня за собой…

Купер смотрит мне в глаза, и я отчетливо замечаю, как дергаются его челюсти, насколько он напряжен.

Это неудивительно, ведь, в конце концов, я тоже напряжена не меньше. Я оборачиваюсь.

Он крепко держит полотенце на бедрах. Вода струится по его коже, капли падают вниз с подбородка и кончиков волос, как со скалы в обрыв, затем пробегают по его плечам и груди, обводя прекрасные линии мышц. Я следую взглядом за ними, полностью погруженная в их игру, и когда Купер начинает двигаться ко мне, мое сердце замирает, а дыхание останавливается. Ощущение, словно во мне взорвался большой муравейник, – так сильно колет в груди и столько всего перемешалось между собой в эмоциях и ощущениях. Теперь дверь находится у меня за спиной, и я прижимаюсь к ней, хотя понимаю, что так никогда не выберусь отсюда.

Еще всего три шага, два, один… Он останавливается прямо передо мной, и его присутствие так притягательно, тишина между нами настолько хрупкая, что меня это как-то странно завораживает. Мне нужно лишь вытянуть руку, чтобы коснуться его. Нужно сделать всего одно движение, чтобы удовлетворить свое любопытство.

Откинув голову, я замечаю, как он на меня смотрит, и проклинаю себя за то, что не хочу, чтобы он останавливался. Проклинаю себя за то, что меня физически тянет к нему, что мое тело вибрирует и становится горячее и, черт возьми, даже мои соски совершенно бессовестно начинают твердеть.

Я распахиваю глаза шире от неожиданности, когда капля воды с его волос падает на мою нижнюю губу, и тут же, не думая, я слизываю ее языком, не отрывая взгляда от него.

Что я здесь делаю? Что происходит со мной? Мне ведь не нравится Купер – не так ли?

Его глаза сужаются, челюсть движется сильнее, из груди вырываются низкие хрипы, в то время как мышцы на его плечах продолжают напрягаться, и я поражаюсь, увидев, как сильно колотится и как отчетливо выделяется жилка у него на шее. Я не знаю, что скрывает его взгляд и о чем он думает в данный момент, но, как бы я ни сопротивлялась до сих пор, и несмотря на то что продолжаю бороться с этим и сейчас, теперь я знаю точно – я действительно хотела бы это выяснить.

– Прости, дверь была открыта, и… – Я проглатываю последние слова, которые переходят в шепот.

Купер не отвечает. Он подходит ко мне ближе, и я задерживаю дыхание. Мое тело совершенно теряет контроль, я двигаюсь навстречу к нему, а не от него, пока…