Ава Хоуп – Аккорд (страница 63)

– У него сейчас концерт в Сан-Франциско.

Приподнимаюсь на локте:

– Откуда ты знаешь?

Он запускает руку в волосы и выдает:

– Мы вроде как общаемся.

Вскидываю бровь:

– Общаетесь?

Он закатывает глаза.

– Ну-у-у-у, я каждое утро желаю ему доброго утра и сообщаю, что если он трахнет кого-нибудь, то потом его трахнет вся наша хоккейная команда.

Я морщусь:

– Святые угодники, Рид.

Брат усмехается и садится в постели.

– Вам нужно поговорить, Джес. Вы как два упертых барана.

Отвожу взгляд и кусаю губы.

– Он никогда меня не простит, Рид.

– У него нет выбора. У вас общий ребенок.

– А что, если он решит забрать Лизи? – испуганно спрашиваю я, понимая, что он может это сделать, ведь он ее отец.

– Он не станет этого делать, – устало произносит Рид. – Он тебя любит. Вам просто нужно поговорить.

Вскакиваю на ноги, дрожащими руками убирая за уши пряди волос. Рид подходит ко мне и прижимает меня к своей груди.

– Рейс через три часа. Я уже купил тебе билет. Собирайся, но сначала поешь.

Отстраняюсь от него и удивленно смотрю:

– Ты купил мне билет?

Улыбается:

– Потом поблагодаришь.

Лазанью я так и не поела, на это не было времени, ведь, прежде чем лететь в Сан-Франциско на свою собственную казнь, я должна разобраться еще с одним не менее важным делом.

И вот я стою у дома Рика, нервно переступая с ноги на ногу перед его дверью. Когда та распахивается, мой бывший муж сводит брови к переносице при виде меня.

– Привет, – шепчу я.

– Привет, – нахмурившись, шепчет он в ответ.

– Мы можем поговорить?

Не задавая лишних вопросов, Рик отходит в сторону, пропуская меня в прихожую. Маленькое пространство озаряет тусклый свет бра на стене, а из гостиной доносится приглушенная музыка. Я останавливаюсь посреди комнаты и, скрестив руки на груди от волнения, произношу то, что давно стоило сказать.

– Рик, – тихо говорю я, часто моргая от подступающих слез. – Прости меня. За все.

Набираю полные легкие воздуха и, выдохнув, продолжаю:

– Все это время я была так зла на тебя. Осуждала за то, что ты мне изменил тогда, в Гарварде. И после. Я… Я не знала, как тебе рассказать. Мне не было страшно остаться одной с ребенком, разве что совсем немного, но я безумно боялась того, что будут говорить вокруг. Репутация шлюхи совсем не обрадовала бы моих родителей, и я… я просто надеялась, что Лизи окажется твоей. – Предательские слезы все же начинают стекать по щекам, и я делаю еще несколько глубоких вдохов. – Когда я ее увидела, то поняла, что надеяться было глупо… но я уже так сильно завралась, что даже саму себя убедила, что ребенок твой. Я старалась быть идеальной женой, лишь бы только поддерживать эту идиотскую игру в семью. Но ты не заслужил этого…

Несколько секунд он лишь удивленно смотрит на меня, прежде чем ответить:

– Джессика, мы оба совершили много ошибок.

– Я испортила тебе жизнь. – Отвожу глаза, и Рик делает шаг ко мне.

Он запускает ладонь мне в волосы и притягивает к своей груди. Даю волю слезам, и те начинают градом стекать по щекам. Прижимаюсь к нему, пока тело содрогается от рыданий.

– Джес… Я знаю, что не был хорошим мужем. И парнем. Я… черт, та интрижка в Гарварде не была у меня первой. – Он шумно выдыхает: – Я изменял тебе до того вечера. И изменял после свадьбы. Я был не создан для семьи и ненавидел то, что мне пришлось жениться на тебе. Но… Но я благодарен тебе за Лизи. Она была единственным человеком, которого я действительно по-настоящему любил. Не было ни одного дня, чтобы я пожалел о том, что стал ее отцом. Пусть и не по крови.

Рик делает паузу, и с моих губ срывается всхлип.

– Был ли я на тебя зол? Черт, да. Я был так зол, Джессика. Мне хотелось вырвать волосы на голове, вскрыть себе вены или просто утопиться. Потом мне хотелось убить тебя. Вытрясти все дерьмо. И никогда больше не прикасаться к тебе. Я столько раз закрывал глаза и молил Бога, чтобы это оказалось кошмарным сном. Ведь я был с тобой только из-за нее и был готов играть в этот симулятор семьи тоже только ради нее. Она – вся моя жизнь, Джес. Знаю, ты можешь лишить меня ее. Но прошу, не делай этого. Она мой ребенок. Несмотря ни на что.

– Мне жаль, Рик.

– Мне тоже. – Он целует меня в макушку. – Но я заслужил это. Говорят, Бог все видит. А еще говорят про бумеранг. Так вот это был мой. За все то, что я делал у тебя за спиной. За каждую мою измену. За каждую ложь. Было бы странно, если бы это дерьмо мне не аукнулось.

Я отстраняюсь от его груди и вскидываю подбородок, чтобы взглянуть ему в глаза:

– Все мы заслуживаем второй шанс, Рик.

– Я знаю, Джес. – Он проводит пальцами по моей щеке, смахивая слезу, а затем прислоняется своим лбом к моему: – Дай его мне, слышишь?

Короткий вздох срывается с губ, и я, нахмурившись, делаю шаг назад.

– Что?

– Давай попробуем еще раз? Я, ты и Лизи.

– Рик…

– Ты сказала, все заслуживают шанс.

– Шанс быть счастливыми. И за те десять лет, что мы были вместе, у нас было множество таких шансов, но мы ни разу ни одним из них не воспользовались. Рик, я тебя не люблю. И никогда не смогу полюбить. Но я уверена, ты обязательно найдешь девушку, которая сделает тебя счастливым. Но это точно буду не я, – на одном выдохе шепчу.

Он тяжело сглатывает:

– Так у вас с Морганом… ты с ним счастлива?

Раздумываю, стоит ли рассказать ему о том, кем он приходится Лизи. Одна часть меня хочет утаить правду, но другая – больше не хочет лжи.

– Да. Но есть кое-что еще… Это с ним я переспала в ту ночь в Гарварде. Он отец Лизи, – пряча глаза, тихо произношу я.

Идеальная тишина вокруг давит на виски. Дребезжание лампы накаливания в потолочном светильнике кажется таким громким, что вот-вот оглушит меня. Я отвожу взгляд, разглядывая фикус, стоящий у окна, а затем все же нахожу в себе силы и вскидываю голову, чтобы встретиться глазами с Риком.

Его лицо искажено от боли, а глаза закрыты.

– Рик, – едва слышно зову я.

Он вздрагивает от моего голоса и, распахнув веки, проводит ладонью по волосам. Слегка потянув их, Рик запрокидывает голову к потолку и издает стон.

– Ты скажешь ей? – с мольбой в голосе спрашивает он.

Отрицательно мотаю головой.

– Почему?

– Ты был ее отцом шесть лет. И я бы хотела, чтобы продолжал им оставаться.

– Спасибо.

– Это меньшее, что я могу для тебя сделать.