Ава Элдред – Загадка смерти бой-бэнда (страница 2)
Я вернулась к телефону, откуда на меня диковатым светом сияли глаза Джэз.
– Ты уже видела? – спросила она, прежде чем я успела поздороваться.
Сейчас в ее голосе четче обычного слышался густой южнолондонский акцент. Обычно так происходило, когда она из-за чего-то волновалось.
– Что видела?
Джэз вздохнула, погружаясь глубже в груду подушек в спальне, которую я видела только на экране. Ее бесило, когда люди не обладали тем же набором знаний, что и она.
– Хэрри, присядь, – сказала она.
Я недоуменно поморщилась.
– Джэз, мы говорим по видео. Ты и так, наверное, заметила, что я сижу.
Еще Джэз бесило, когда в ее планы вмешивалась реальность и мешала сказать ей то, что она уже отрепетировала. Ей нравились драматичные реплики. Какая разница, что я уже сижу! Разве такие мелочи кому-то важны?
– Так что случилось? – спросила я. – У тебя такой вид, будто произошел апокалипсис, но ты почему-то ужасно рада мне об этом рассказать.
– Эван мертв, и Фрэнки допрашивают по этому делу.
Ладно! Вот этого я точно не ожидала. Я рассмеялась вслух. Это ведь шутка, правда? Фрэнки? Что, серьезно? Конечно, среди участников группы он числился плохим парнем… Но это значило лишь, что он носил рваные джинсы и гуще других подводил глаза. Но это же все игра на публику. Все, кто хоть немного его знает, скажут вам, что он и мухи не обидит.
Я проиграла предложение в голове еще раз, и до меня только сейчас стала доходить его первая часть.
– Погоди, Джэз! Повтори, пожалуйста!
Она закрыла глаза.
– Эвана нашли мертвым, и Фрэнки допрашивают в связи с этим.
Эван.
Если бы я не сидела, то у меня бы точно подогнулись колени. Кто бы ни был жертвой, я все равно не поверила бы, чтобы Фрэнки причинил вред Эвану?! Совершенно невозможно.
Эван Бирд был лучшим другом Фрэнки. По интернету рассыпаны сотни детских фотографий Фрэнки (разумеется, чтобы доказать, что он всегда был милягой), и на каждой из них Эван был рядом. На всех сомнительных изображениях несовершеннолетнего Фрэнки – агенты по рекламе из сил выбивались, чтобы их спрятать, но фанаты раз за разом их находили – Эван всегда маячит расплывчатым пятном за плечом у Фрэнки. Следит, чтобы тот не вляпался в настоящие неприятности. Когда
Правда, их стали реже видеть вместе на публике с тех пор, как Фрэнки наконец-то осознал, что влюблен в Джека, и признался в своих чувствах. Однако так ведь происходит в начале любых отношений, правда? Давняя дружба Фрэнки и Эвана совсем от этого не пострадала.
– Не может быть, – сказала я, – где ты это прочла? На каком-нибудь блоге со сплетнями или…
– Проверь сайт «Би-би-си», – перебила она меня. – Можешь еще попробовать «Эн-би-си», «Си-эн-эн», ну или любые другие новости, если мне не веришь.
Мне не нужно было проверять: я все поняла по дрожи в ее обычно таком уверенном голосе. Я замолчала.
– Мне так жаль, – сказала она.
Что я могла на это ответить? «Ты не виновата», – подумала я, что было совершенно нелепо. Конечно, она не виновата. Я улеглась плашмя на холодный пол, закрыв глаза и стараясь успокоиться, хотя мне изо всех сил хотелось бежать. Куда бежать, спросила я себя.
– Это не он, – сказала я через минуту с тихой уверенностью.
Я открыла глаза. Джэз, выпрямившись, смотрела прямо на меня с непроницаемым выражением. В нем было что-то беспомощное, болезненное, но полное лихорадочной энергии. Я знала, что она чувствует.
– Ну мы-то с тобой это знаем, но со стороны все выглядит как-то не очень. Его не отпускают. Пока не объявили залог, и это явно не потому, что у него недостаточно хорошие адвокаты.
– Его ведь не могут арестовать без доказательств, так?
– Его еще и не арестовали, – пояснила Джэз, – задержание и арест – это разные вещи. Сейчас все не так уж плохо. Пока что.
– Боже! Он, наверное, так напуган. Представляешь? Его лучший друг мертв, и он остался совсем один, а в полиции думают, что он как-то с этим связан. Мне не по себе, Джэз. Поверить не могу… Бедный Эван.
Удивительно, как я смогла договорить, не сорвавшись на рыдания.
– Да, представляю. Но слезами мы ему не поможем, Хэрри. Соберись!
Она права. Я резко подскочила на ноги, не обращая внимания на то, как потемнело у меня в глазах, и зашагала по кухне.
– Так что же нам делать? – спросила я. – Каков наш план?
– Что ты имеешь в виду под словом «делать»? Мы ничего не можем.
– Но мы должны, Джэз! Сколько раз мы говорили, что готовы ради него на все? Ради них?
Нельзя просто так сидеть и смотреть, как пресса разрушает жизнь Фрэнки. Нельзя оставлять его дожидаться за решеткой, пока полиция не найдет настоящего преступника и все происшедшее не спишут на нелепую ошибку, которая тем не менее травмирует Фрэнки еще больше посреди серьезной трагедии. Мы не можем просто ждать. Мы столько раз клялись, что станем поддерживать их во что бы то ни стало. Сейчас мне, однако, стало ясно, что я ни разу не задумывалась всерьез, что придет день, когда нам придется это доказать. Что мы действительно будем им нужны. Что нам придется встать плечом к плечу, ну или признаться, что наши слова ничего не значат.
Джэз пересела на угол кровати. За ее спиной виднелся алтарь Half Light, занимавший всю стену. Моя собственная стена почета сильно потеряла в размерах со времен переезда из родного дома на поле боевых действий, которое представляла собой общага. «Не стирай свою личность», – слышала я папин голос каждый раз, как смотрела на стену. Конечно, Half Light – одна из важных причин, по которой я пошла учиться на менеджмент в сфере музыки, но все же пара стильных полароидных снимков среди фотографий семьи и друзей выглядели лучше, чем огромная коллекция, расползавшаяся от пола к потолку в моей комнате дома.
– Что ты предлагаешь? – вернула меня к реальности Джэз. – Что, по-твоему, мы можем сделать? Мы даже не знаем, что там на самом деле происходит, Хэрри. Мы просто не догадываемся.
– Ты правда считаешь, что это он? Фрэнки? Добрый, заботливый Фрэнки, который обнимается с поросятами и просит фанатов оставаться собой? И Эван? Он же любил его больше всех на свете, помимо Джека, конечно.
– Мы этого не знаем, – кратко ответила Джэз.
– Ты чего вообще?!
– Ну правда. Мы не знаем.
– Ты думаешь, это он?
Я притворилась, что не заметила неискренности на ее лице, когда Джэз ответила:
– Нет, Хэрри. Я не думаю, что это он.
Что ж, очень убедительно.
– Давай выкладывай! – велела она. – Что ты предлагаешь?
– Сама подумай, Джэз, – сказала я, и пока говорила, у меня в мозгу формировался план. – Мы знаем этих парней лучше других. Они и шагу не могут сделать, чтобы кто-то из нас об этом не узнал. Они сами постоянно об этом говорят: «Фанаты знают о нашей жизни больше, чем мы сами». И теперь мы можем использовать это во благо!
Обдумывая эту мысль, я чувствовала, как она набирает силу. Детали обсудим позже, но задумка действительно хороша!
– Мы замечаем, когда они обмениваются одеждой, когда надевают новые тупые фенечки на руки, когда стригутся. Мы знали, что Фрэнки с Джеком созданы друг для друга за годы до того, когда им разрешили это признать. Мы на самом деле знаем этих парней. Мы можем догадаться, чем они занимаются, а иногда даже и предсказать, что они сделают дальше, потому что мы столько времени анализировали каждый их поступок. Мы много лет говорили, что готовы ради них на все, и теперь они в нас нуждаются. Давай им поможем!
– Хэрри, я правильно тебя понимаю?
У Джэз заблестели глаза. Она убедительно разыгрывала роль хорошей девочки перед родителями, но я не знала никого, кого бы так вдохновляла возможность нарушить правила.
Я невольно улыбнулась. Собралась сообщить, что мне известно не так уж и много, но в одном я уверена точно: я знаю достаточно про Фрэнки Уильямса, чтобы доказать, что он этого не делал. Но не успела поделится с Джэз, как затрубила пожарная сигнализация, словно подчеркивая важность моих мыслей. Забытую пиццу было почти не узнать, по кухне ползли струйки серого дыма. Я рванула к стене, пытаясь дотянуться до сигнализации и вынуть батарейку, прежде чем кто-нибудь из соседей сглупит и вызовет пожарных. Однако я успела лишь добежать до окна и раскрыть его настежь, как в дверях появился Стефан. Увидев, что я в безопасности, он рассмеялся, и тревога исчезла у него с лица.
– Хэрри, тебе не обязательно устраивать пожар, чтобы привлечь мое внимание! Давай уже туши его!
Мне было абсолютно не до его неловкого флирта: надо было спасать Фрэнки. Улыбнувшись, я нажала на кнопку сигнализации, и кухня погрузилась в тишину.
– Именно тушением пожаров я и собираюсь заняться.
Трек 2
Они устраивают пресс-конференцию. Узнала я об этом из пятидесяти двух сообщений, которые дожидались меня, когда я снова взяла телефон в руки. Убедив Стефана вернуться на вечеринку, я решила лечь спать.