Юная леди – Чеди Даа́н.
Грустно вздыхает, устало, привычно,
И наблюдает, как в серый туман —
В синь! – за едва ли законной добычей
Правит корабль её капитан.
Леди разбойников! Вашей печали —
Ве́рите?! – длиться годами, увы.
Шторм и ненастье уже разметали
Странный союз волн, безумства и стали,
Паруса, дерева, горя и гари,
Крови и скучной луны.
Только… ОН жив ещё. Хлипкие доски
Длят его – крайний пред Вечностью – час.
Рыбы, блистая акульей причёской,
Ждут. – И крадут его память о вас.
Впрочем, всё это – неправда! Ошибка!
Солнечный ветер лазурный – сердит.
Юная леди с лукавой улыбкой
Скоро увидит в серебряной дымке
Столь долгожданный бушприт.
Джонатан
(коррекция перевода 15-го музыкального номера из мюзикла «Дракула: между любовью и смертью»)
Когда сквозь пустоту – беда!
Блеск молний ослепляет нас!
И не укрыться никуда!
И близок наш последний час!
Гремя расколотой луной,
кровавый смерч вершит наш день!
Тянусь к тебе своей рукой.
Держись её! Надежда – в ней!
Хочу оковы разорвать!
Клянусь! Не дам тебя отнять!
Рука к руке с тобой вдвоём
мы ад пылающий пройдём!
Как боль забытых странных снов,
он бред миров совсем иных.
Но я сразиться с ним готов
за пламя нежных губ твоих!
Я так хочу тебя обнять,
укутать в тень своей любви!
И – увезти. И – разорвать
оковы тяжкие твои.
Мы будем счастливы опять,
клянусь! Тебя не дам отнять!
Рука к руке мы ад пройдём,
мы – даже Смерть переживём!
Вдвоём. С тобой. Навечно.
«Любит ли Солнце моё абрикосы…»
Любит ли Солнце моё абрикосы?
Право, не знаю. Сжимаю виски,
Мучая голову этим вопросом:
Любит ли Солнце моё абрикосы
Или цветов луговых колоски?
Вот так сравнил! Ведь цветы – несъедобны!
Чахлые – в поле унылом растут.
А абрикосы на рынке огромны
И – в ценовом выражении скромном —
Величиною с румяный грейпфрут!
Любит ли Солнце моё абрикосы?
Вот уж задачка: купить или как?
Солнце же прячет тяжёлые косы
В сумрак косынки, и только над носом
Чёлочка вьётся, как праздничный флаг!
«Ты солнышко упрятала – в себя…»
Ты солнышко упрятала – в себя! 
