Ау Каеши – Джанк (страница 36)

— Вели, отец! Чего желает Аен?! Как нам спасти свои души?! — кричали они.

Себастьян вытер кровь над бровью и осмотрел прислужников.

— Пока трон Севера занимает неверный, мира на четырех сторонах Артрии не будет.

Впервые за все время службы при резиденции, девушкам дали выходной. Каждый занимался своими делами, на которые никогда не хватало времени раньше. Амала достала набор для вышивания и начала работать над небольшой картинкой с изображением кота. Вайш решила весь день провести в кровати и читала комиксы. Харон и Сарья с самого утра ушли гулять в центр столицы. Мессалин не знала куда ей податься и чем заниматься, так что тоже лежала на кровати, как и Ангела ниже.

— Эй. — пнула капитанша соседку сверху. — Не хочешь в город сходить?

Мессалин наклонилась вниз и посмотрела на Ангелу с недоверием.

— Зачем?

— Погулять, зачем. Что за вопросы тупые.

Месса задумалась. Она была в городе всего один раз, когда сбежала из лаборатории. Ну и конечно, проезжала мимо, когда ехала на задание.

— Хочу. А куда пойдем?

— А у тебя деньги есть чтобы куда-то идти?

Девушка грустно помотала головой в ответ.

— Ну значит никуда. Просто пройдемся посмотрим рынок, может быть. Можно еще попробовать попросить жалованье у генерала, может даст копейку…

Подчиненная согласилась и они вдвоем пошли собираться.

По пути из резиденции они решились зайти к Эшлену и попросить денег. Генерал как всегда был в своем кабинете и тонул в кипе бумаг. Ангел зашла первая и стыдливо спрятала руки за спиной. Они обе были очень тепло одеты: толстые дубленки до колен, вязанные шарфы и шапки, варежки из меха и толстые высокие унты. Мессалин плотно завязала шарф почти до бровей, боясь встретиться взглядом с генералом.

— Говори. — сухо сказал Эшлен.

— Мы бы хотели попросить жалованье. Авансом. Если можно. — неуверенно бормотала Ангела.

Эш поднял глаза на парочку.

— Тебе, 280, я могу дать только подзатыльник. Большее не заслужила.

Ангел обиженно нахмурилась. Эш перевел взгляд на другую девушку, которая пряталась за капитаншей как за стеной, и задумался. Открыл ящик стола и достал оттуда картонную папку. Вытащил из нее один лист и бегло пробежал по ней взглядом. Цыкнул языком и сложив все обратно в ящик.

— 315 можно. Но казначея сегодня нет. — сказал генерал.

Мессалин дернулась услышав свой номер. Девушки уже было собиралась уходить, как Эшлен достал из внутреннего кармана кителя толстый кожаный портмоне. Вытащил около двух сотен лир и положил на стол.

— За хорошую работу. — он подвинул деньги к краю стола.

Ангела взяла деньги и поблагодарила главнокомандующего. Он сухо кивнул и велел им покинуть кабинет. Девушки вышли в коридор. Ангела сияла от радости, сжимая две бумажки в руке. Мессалин расстроенно вздохнула.

— А это разве много?

Она вспомнила толстые пачки купюр которыми разбрасывался Лисандр в баре. Там были сотни тысяч, а может, и миллионы. Месса даже чуть пожалела, что тогда отдала ему выигранное в карты.

— Нормально. — Ангел спрятала деньги в карман. — На пару побрякушек хватит.

Они бодрым шагом отправились к выходу из резиденции, а затем- в город.

Снегопада ночью не было, и все дороги были хорошо почищены, идти было легко. Но мороз все равно колол щеки и кусал за нос, не давая полностью наслаждаться прогулкой. На коричневых волосах образовался иней, а ресницы покрылись мелкими льдинками. Месса с трудом терпела холод, но продолжала идти следом за Ангелой, подпитываясь мыслями о новых местах. Ангела же весело топала вперед и сняла шарф.

— Тебе правда не холодно? — спросила Месса у капитанши.

— Нет, даже жарко. — Ангела сняла варежки и положила их карманы. — Для тех кто родился и рос в холоде, он ощущается совершенно по- другому. Это вы, теплолюбивые жители Запада, дрожите от легкого сквозняка.

Мессалин вжалась в дубленку и натянула шапку ниже.

— На Западе тепло, да?

Ангел резко остановилась, услышав это.

— Ты же с Запада? — переспросила капитанша.

— Вроде как… Я не помню же.

— До сих пор ничего не помнишь?

Мессалин помотала головой и пошла дальше, обойдя девушку. Ангел побежала за ней и сравняла шаг.

— Не шутишь? Серьезно ничего? А пыталась? К врачу может ходила?

— Зачем? — стучала зубами от холода Месса.

— Как зачем? А вдруг у тебя семья была, друзья, дети? И они тебя все это время ищут. Молятся за твою жизнь, за то чтобы ты вернулась. А ты тут. Гуляешь.

Мессалин остановилась и уставилась на капитаншу.

— И что?

Ангел закипела от возмущения. Лицо налилось краской от ярости и непонимания.

— В смысле и что? Ты серьезно или прикидываешься?

— А почему ты думаешь, что прошлое может быть только позитивным и светлым? А что если мое прошлое- кошмар и тьма? Я его узнаю и это отравит мою нынешнюю жизнь. Не даст покоя, будет волновать и тревожить. Да и даже если ты права, и у меня была семья, которая сейчас бегает, ищет и плачет- я тем более не хочу этого знать. Мне нравится тут. А знание того, что кто-то там меня ждет, опять отравит мне жизнь. Зачем пытаться раскопать этот сундук Пандоры? Пусть все будет как есть.

Месса засунула руки в карманы и ускорила шаг. Ангела осталась стоять на месте, размышляя над ее словами. Неожиданно, в спину Мессалин прилетел снежок.

— Бессердечная ты сука! — крикнула Ангел.

Спустя время они наконец добрались до города. Шум: разговоры, крики, смех, заполняли улицы. Детвора взрывала петарды и хлопушки, пугая прохожих. Переулки и перекрестки украсили растяжками с цветными флажками и разными гирляндами. Из центра была слышна веселая музыка.

— Здесь так шумно. В ночи кажется, будто город заброшен… — сказала Мессалин.

Оживленный город завораживал девушку. Она хотела сорваться с места и как ребенок начать бегать по улицам, заглядывая в каждый уголок и переулок. Знакомиться со всеми жителями, узнать о каждом: его имя, дом, увлечения, семью, детей, друзей.

— Сегодня праздник в центре. Будут магазинчики всякие, может даже концерт устроят. Лишь бы не переросло в очередной бунт.

— Какой бунт? — переспросила Месса.

Ангел отмахнулась, не ответив. Они пошли дальше по дороге, держа курс на центр.

— А какой праздник?

— Точно не помню, у этих фанатиков их миллион на неделе. Вроде бы, что-то связанное с созданием мира Аеном, или победой над злом… Не помню, они все одинаковые по сути.

Мессалин понимающе покивала. На одном из магазинов по пути висела табличка: “ Счастливого Дня Солнечного Возрождения!”.

— Может, день Солнечного Возрождения? — спросила она капитаншу.

— Точно! В этот день бог победил демона Аббадона и переродился в Солнце. Ну и бред конечно. А что раньше было вместо Солнца тогда? В темноте все жили?

Ангела размышляла о дырах в религии и яро махала руками от возмущения, иногда переходя на крик. Месса же не слушала ее и рассматривала город. Толпы людей ходили туда- сюда. Дети катались на санках, коньках, строили снеговиков, взрослые рядом разговаривали, курили, ругались, ели булки и пили пиво. Пара быстро добралась до центра города. Мессалин испуганно замерла, увидев знакомую постройку. В центре площади стоял тот самый фонтан с пустым постаментом, у которого она в прошлый раз потеряла сознание. Помимо воспоминаний с того холодного дня, в голове всплыли еще несколько образов. Песок, заброшенные глиняные дома, удар в живот, паника… Девушка тряхнула головой, сбрасывая наваждение, но мысли продолжали затягивать ее глубже в подсознание. Деревянная доска с множеством фотографий. Под каждым лицом надпись: “Пропал”.

Ангел пнула подругу в плечо и та, наконец, вернулась в реальность.

— Идем уже. — сказала капитанша недовольно и потянула подчиненную за собой.

На площади людей было еще больше чем на улицах. Протиснуться между ними было той еще задачей, народ стоял плотно прижавшись друг к другу. Все хотели подобраться как можно ближе к сцене за фонтаном. Большой и высокий подиум из досок покрыли красной тканью и украсили искусственными цветами. На нем стояла пара трибун из белого дерева с резными вставками из цветных камней. По периметру сцены расставили дымящиеся лампады с ароматным дымом. Вокруг пахло чем-то восточным и пряным. На трибуне еще никого не было, но толпа уже прилипла к сцене и ожидала ораторов.

Ангела дернула Мессу в сторону, выводя из самого эпицентра давки к окраине. По периметру площади расположились маленькие лавки с разными сувенирами, игрушками, украшениями и сладкими десертами с кофе. Девушки подошли к одному из ларьков, где маняще покачивались на ветру разные украшения. Мессалин сразу приглядела браслет из множества маленьких солнц на цепочке.

— Двадцать тысяч лир. — улыбнулся продавец.