Atrnerseh – Арнайр (страница 11)
Но мир за пределами его медитаций не стоял на месте. Элдин наблюдал. Его появления стали реже, но метче. Он мог пройти мимо на плацу, бросив небрежно: «Слышал, Торвина вчера чуть не раздавило бревном в плотницкой? Странные "несчастные случаи" преследуют твоих друзей, брат.» И уйти, оставляя Маркуса с ледяным комом ярости в груди. Изабель, явно подзуживаемая, стала еще агрессивнее, ее взгляд обещал расправу. А Торвин… Торвин сжимался в комок страха. Он боялся всего: Изабель, Отбора, теней в коридорах. Его попытки овладеть эфиром были жалки. Он был ходячей мишенью, и Маркус знал – он следующий в списке "несчастных случаев". Защищать его открыто – значило подписать ему смертный приговор и себя выставить мишенью. Маркус пытался подбадривать его украдкой, учил простейшим приемам концентрации, но видел – парень сломлен.
Лиру он видел лишь мельком. Она шла с матерью или наставником по рунам из Зала Высшего Плетения. Ее глаза, встречаясь с его, светились тревогой и вопросом, но подостерегающий взгляд Лираны или тень Вальтура где-то рядом не давали возможности поговорить. Камешек молчал. Маркус чувствовал себя осажденным.
За неделю до Отбора в их подготовку ввели новое испытание – "Поток". В огромном Зале Тренировок, где обычно отрабатывали групповые построения, установили сложный механизм. Он создавал хаотичный, мощный поток эфира, имитирующий бурю на поле боя или сбой в магических линиях. Задача – пройти через зал к цели, удерживая свою Искру (теперь уже размером с грецкий орех) стабильной и двигая ее по простой траектории. Потеря Искры или контроль – провал. Это был тест на устойчивость под давлением среды, критически важный для любого бойца, будь то Внешний Круг в строю или Внутренний в гуще схватки.
Маркус стоял в очереди, наблюдая. Изабель рванула первой, яростно сжимая свой сгусток. Поток эфира сразу же вырвал его у нее, развеяв в искры. Она вылетела с диким воплем. Берта шла медленно, ее "куб" энергии дрожал, но выдержал давление, хоть и с трудом. Келлан, используя вращение "шестеренки", как гребной винт, пробился с техничной точностью. Торвин не прошел и трети – его Искру сдуло, как пушинку, а его самого отбросило к стене.
Подошла очередь Маркуса. Он сделал вдох, нашел свой внутренний ритм. Вызвал не просто Искру, а то самое маленькое, теплое "солнышко". Оно вспыхнуло над его ладонью, пульсируя ровно. Он шагнул в Поток.
Вихрь чужеродного эфира обрушился на него, пытаясь вырвать Искру, сбить с ног, нарушить концентрацию. Обычная Искра дрожала бы, как лист. Но его теплое солнышко… оно
Тишина. Даже Джармод, наблюдавший, слегка наклонил голову. Торгрин хмыкнул: «Вот это да. Камень нашел? Или просто повезло?» Но в его глазах было уважение. Изабель, стоявшая с обожженной (опять) рукой, смотрела на него с немой ненавистью и… страхом.
Маркус не ответил. Он чувствовал взгляд. Не Джармода. Со второго уровня Зала, где была галерея для наблюдателей из Внутреннего Круга. Там стоял Вальтур. Его лицо было непроницаемым, но глаза, холодные и аналитические, были прикованы к Маркусу. И к его все еще пульсирующему над ладонью теплому солнышку. Вальтур что-то понял.
Вечером того же дня, когда Маркус возвращался с тренировки тактики (где его "надежность" вновь отметили), его ждал сюрприз. Не в казарме. В узком переходе к его уединенному месту за кузницей. В тени стоял Вальтур.
«Прогресс, Маркус, – произнес он без предисловий, его голос был тише обычного. – Неожиданный. И… специфический.»
Маркус замер, готовясь к удару, к разоблачению. Тепло внутри сжалось, насторожившись.
«Не бойся, – Вальтур сделал едва заметный жест рукой. – Я не Джармод. И не Элдин. Меня интересует потенциал. Весь потенциал Клана.» Он шагнул ближе, его взгляд скользнул по карману Маркуса, где лежал камешек Лиры. «Твоя… стабильность. Этот странный резонанс в Потоке. Это не обычный контроль. Это что-то глубже. Ты нашел свой ритм, да?»
Маркус молчал, не зная, можно ли доверять.
«Хорошо, – Вальтур кивнул, как будто ответ был очевиден. – Ритм – основа. Но одного ритма мало для Отбора. Особенно когда Элдин готовит сюрприз. Для тебя.» Он сделал паузу. «Изабель – его орудие. Но она тупа. Он нашел другого. Слабое звено, которое само придет к нему от страха.»
Маркуса пронзило холодом.
«Он предложит ему защиту. В обмен на… информацию. О тебе. О твоих "странностях". О том, куда ты ходишь по ночам.» Вальтур смотрел прямо в глаза Маркусу. «Торвин сломается. Он уже сломан. И предаст.»
«Почему ты мне говоришь это?» – наконец выдавил Маркус.
«Потому что потенциал должен реализоваться, – ответил Вальтур просто. – Потому что Клану нужна разная сила. Даже… необычная. И потому что Элдин становится слишком уверенным. Его нужно проверить.» Вальтур повернулся, чтобы уйти. «Решай, Маркус. Ждать, когда слабое звено порвется и тебя сожрут страхи других? Или сделать шаг? Показать, что твой ритм – это не слабость. Что это – твоя сила. Но будь готов. Завтра. На "Круге Испытаний". Элдин будет смотреть.» С этими словами он растворился в тени.
Маркус остался один. Предупреждение Вальтура висело в воздухе, тяжелое и неумолимое. Торвин. Предательство было вопросом времени. Элдин. Он выжидал, собирая компромат. Отбор – через неделю. И его сила, только начавшая обретать форму.
Он сжал камешек Лиры в кармане. Ритм внутри отозвался ровной, сильной волной. Страх был. Но сильнее была ярость. Ярость на Элдина. На систему, ломающую таких как Торвин. На собственную вынужденную скрытность.
Завтра, на "Круге Испытаний" – последнем сложном тесте перед Отбором – ему предстояло не просто выжить. Ему предстояло заявить о себе. Не как о "теплой" аномалии, а как о воине Арнайр с уникальным, но грозным даром. Риск был огромен. Раскроется ли его тайна? Но бездействие было смертью.
Он посмотрел на тусклое небо Солстиса. Теплое солнышко в его груди горело ярче, откликаясь на вызов. Пусть боятся. Пусть ненавидят. Он покажет им свою силу. Силу ритма. Силу жизни. Силу Арнайр, пробужденную Камнем, но идущую своим путем. Битва за место во Внутреннем Круге началась не на Отборе. Она началась сейчас. И Маркус был готов к первому открытому бою.
Глава 10 Отбор
Великий Круг цитадели Арнайр ревел. Не от ветра, который лишь шевелил знамена с черным молотом на кроваво-красном поле. Он ревел от голосов сотен собравшихся. Воины Внешнего Круга в походных плащах, ремесленники с засаленными передниками, алхимики, пахнущие реактивами, слуги, дети – все, кто имел хоть каплю крови Арнайр или служил клану, заполнили амфитеатр, вырубленный в скале вокруг гигантской каменной арены. Воздух гудел от возбуждения, страха и предвкушения. Пахло жареным мясом, пылью, озоном и человеческим потом. Отбор. День, когда решались судьбы. День, когда стальной хребет клана демонстрировал свою мощь и отчаянно рвался вверх, а зеленая поросль Достойных доказывала свое право стать частью этого хребта.
На высшей трибуне, под балдахином из шкур ледяных волков, восседал Патриарх Сигурд Арнайр. Бесстрастный, как сама скала, в доспехах, казавшихся высеченными из ночи. Рядом – Иделла, его Первая Жена, холодная и величественная в серебристо-синих одеждах. Лорена смотрела устало и гордо, Алисия сияла сладкой улыбкой, бросая ободряющие взгляды Элдину и Лиане. Лиран была непроницаема, ее рука лежала на плече Лиры, чьи глаза лихорадочно бегали по арене, выискивая Маркуса. Кайра хищно щурилась, наблюдая за своими детьми – Боргардом, Драйей, Гартом, уже занявшими места среди избранных Внутреннего Круга. Вальтур стоял чуть позади отца, его осанка безупречна, лицо – маска спокойного анализа. Элдин сидел рядом с матерью, его улыбка была отточенным оружием, а глаза, как лезвия, выискивали слабости внизу.
Судьи расположились у края арены: Джармод – черная и недвижимая статуя; Хангр – старый воин с орлиным взглядом; Торгрин – краснолицый от волнения, но старающийся выглядеть грозно; и Мастер Фрея, чье лицо было исписано сосредоточенными складками. Рядом с ними – Гримнар, Главный Оружейник клана, мужчина с руками, покрытыми шрамами и сажей, отец Келлана, и Веландра, старшая Алхимик, женщина с острыми скулами и глазами цвета мутного льда.
Первым актом Отбора был Восход Стали: Испытания Внешнего Круга. Не просто демонстрация мастерства. Это был шанс. Единственная узкая тропа для тех, кто годами ковал мощь клана в кузнях, на полях сражений и в мастерских, чтобы подняться в элиту Внутреннего Круга. Награда – индивидуальные наставники, доступ к архивам и эликсирам, право на уникальный путь силы.
Трибуны гудели. Были слезы радости (у родных Дарны), слезы горечи (у тех, кто не справился, как старый кузнец Хорг, чей клинок треснул при испытании), и жгучая надежда. Несколько человек – Борвин, Дарна, Торин, Карна – получили Золотые Значки Рассмотрения. Их дела передавались Совету Внутреннего Круга для окончательного вердикта. Шанс был мал, но он существовал.