Атаман Вагари – Школьная сага (страница 3)

До сегодняшнего дня я воспринимала наш класс как «они», то есть как постороннюю группу, которая меня нисколько не касалась. Однако сегодня я посмотрела на всех другими глазами и пришла к выводу, что я поневоле в этой группе варюсь и даже, как это ни парадоксально звучит, как-то влияю на неё!

Углубившись в размышления, я и не заметила, как класс притих, и нам что-то вещает наша классная математичка Теодора Шебри. Госпоже Шебри около 45 лет, душой молода и бодра, демократично и иногда даже слишком либерально ведёт уроки, хотя математику преподаёт сильно. Ребята её любят, но не слишком слушаются, особенно такие, как Тони Ган. Шебри кратко рассказала, что нас ждёт в учебном году много контрольных, а ещё что скорее всего ко второй четверти наш класс расширят до 30 человек – якобы 23 – слишком мало! Я слушала её в пол уха, попутно думая о завтрашних выходных, о Джейн с Питом. Уолтер же слушал особенно внимательно. Госпожа Шебри сделала нам сюрприз, продиктовав расписание на ближайший день – ведь общее расписание для всей школы вывешивали на первом этаже, и там на переменах собиралась огромная пихающаяся толпа из всех классов. Так что посмотреть нормально, какой урок следующий и в каком кабинете, возможности не было!

Прозвенел звонок. Из коридора раздался сокрушительный шум выбегающих из кабинетов ребятишек. Я уже давно собрала рюкзак, а Уолтер собирался медленно. Так же, как и Терри. В итоге, я, Уолтер и Терри выходили самыми последними.

Двое шебутных мальчишек в коридоре понеслись прямо на нас, чуть не сбив Терри, и она взвизгнула, а те даже не обратили внимания. Мы стали подниматься по лестнице. Белобрысый пятиклассник ухмыльнулся злобным гоблином, завидев Уолтера, шедшего впереди нас с Терри по обыкновению с опущенной головой и смотрящего вглубь себя. Пацан подставил подножку, от чего Уолтер споткнулся и чуть не упал носом в ступеньки. Малолетний хулиган загоготал:

– Под ноги надо смотреть, очкарик!

Казалось бы, типичная школьная шалость. Школа большая, полно народу, каждый развлекается как может. Тем более, весь вид Уолтера прямо-таки располагает к тому, чтобы над ним подшутить! Раннее с ним происходили такие оказии по десяти раз на дню, и он стоически молчал, переживая обиды внутри, никому не жаловался. Но сегодня Уолтер повёл себя так, как не вёл себя никогда, и как от него никто не ожидал.

Мой тихий сосед по парте не сжался и не прошёл дальше с понурым видом под улюлюканье этого мелкого сквернавца, а попёр на него как танк. В глазах Уолтера блеснул плохо скрываемый гнев. Хулиган попятился, вмиг испугавшись и подавившись глупым смехом. Когда за ним очутилась стена лестничной площадки, Уолтер легонько ткнул его двумя пальцами в глаза. Хулиган успел зажмуриться в ужасе, а Уолтер прошептал с несвойственным ему зловещим металлом:

– Сам смотри, как бы не стал очкариком.

Мелкий гоблин поспешил ретироваться. Ещё бы – на свою беду полез на девятиклассника! Уолтер, явно довольный собой, улыбнулся до ушей, как будто совершил героический поступок, и продолжил подниматься по лестнице. Я стояла, поражённая, пока меня не толкнули в спину.

– Эй, ты что встала, учиться расхотелось, да? – противный комариный писк Сорык раздался прямо над ухом.

Хихикнув хором с Квэзи, эти две насекомые обогнули меня и поспешили к Терри. Я настолько была ошарашена поведением Уолтера, что на миг превратилась в беззащитную жертву, и эта мерзопакостная дылда застала меня врасплох. Но за мной дело не станет.

А вот с Уолтером что стало?! Где он за лето набрался такой тайной уверенности в себе? Человек повёл себя впервые так, как не вёл никогда. Но с другой стороны, ну и что, что он дал сдачи? Что я в голову-то взяла?! Мне бы самой по сторонам смотреть.

Мы вошли в кабинет биологии. Через минуту после звонка учительница госпожа Робби начала урок с новой темы – Введения в анатомию. Я чуть не зевнула – за лето я изучила анатомию настолько хорошо, что могла бы дать фору любому отличнику! Я хорошо изучила, где находятся нервные сплетения, куда больнее бить в драке, где какие группы мышц и как их развивать.

Уолтер на анатомии вёл себя как обычно: сидел не шелохнувшись, слушал госпожу Робби, старательно записывал на белоснежные страницы тетрадки. После анатомии было ещё три урока, и к концу дня я благополучно забыла, что случилось на лестничной площадке. За день оказалось много впечатлений, радовало одно – сегодня пятница, и впереди предстояло два выходных.

Глава 3. Тренировка в школе жизни

– Школа… – просвистела я сквозь зубы, пнув ногой консервную банку. – Это так скучно!

Я еле удержалась от того, чтобы не высказать громче то, что я думаю о школе! Вдруг я услышала коварный голосок позади себя:

– С каких это пор Клот Итчи стала шпаной? Банками, видите ли, швыряется!

Я аж подпрыгнула от удивления:

– Пит Ривел! Только не говори мне, что у тебя тоже сегодня пять уроков, и ты шёл со школы с такой скоростью, чтобы встретить меня возле вот этого самого фонаря!

Пит хихикнул, весь сияя от торжества и ощущения превосходства:

– Именно так всё и произошло! Синдром близнецов знаешь? Когда два близнеца, находящиеся в разных концах света и не подозревающие друг о друге, женятся на жёнах одинакового возраста и с одинаковыми именами, поступают на одну и ту же должность на работу и едят одну и ту же пиццу!

– Ты намекаешь, что раз мы встретились по дороге домой из школы – мы близнецы? – хихикнула я, подыгрывая.

– Именно, сеструха! – Пит не удержался от давящего смеха. И чуть не врезался в шедшую навстречу нам девушку.

– Осторожно, ты людей скоро убивать так начнёшь своими теориями, – я оттянула Пита за рукав. – Что-то ты сегодня подозрительно весёлый.

– Клот! Как ты не можешь понять – сегодня же первый день школы! Сердце поёт, душа радуется! У меня в классе куча новеньких! И я узнал, что двое из них тащатся от шахмат, и даже занимали призовые места в молодёжной шахматиаде! Потом к нам пришёл крутой препод основ безопасности и выживания! У меня возникла гипотеза, – Пит понизил голос до конспиративного шёпота, – что он – агент ГБРиБа в отставке!

– Ещё скажи, что новая буфетчица – инопланетянка, а в параллельном классе между уроками изобретают водородную бомбу, – пошутила я.

Но Пит шутку проигнорировал, возбуждённо затараторив:

– Простор для полёта – огромный! Школа – это же уникальная возможность сменить обстановку!

Я мысленно заткнула уши, так как не хотела думать о школе – не то что говорить!.. Но я была по дружескому долгу обязана дать Питу высказаться. Угомонился друг только тогда, когда мы подошли к нашим домам.

– Покедова! Я уроки делать! – сообщила я, махнув Питу и в шутку опустила ему козырёк кепки до подбородка.

– Ай! Я буду жаловаться в Международное общество защиты любителей кепок! – притворно заверещал Пит.

Внезапно я расхохоталась. Настроение он мне всё же поднял, право же! Ведь для этого и нужны друзья – чтоб поднимать настроение, верно?!

А ночью мне снился Уолтер Прайс. Даже во сне я разозлилась в недоумении, почему мне снится всякая белиберда, связанная со скучной школой! Я видела Уолтера, сидящего в пустом классе за первой партой, как он склонился над тетрадками и что-то там пишет. Затем он шёл впереди меня по улице, потом – по школьным коридорам. В классическом костюме ботаника, в очках, с прилизанными гладко расчёсанными чёрными волосами. Я стала звать Уолтера, чтобы он подошёл ко мне, и мы бы поговорили. Но он всё шёл спиной ко мне, либо сидел, и не оглядывался. Я стала понимать, что сон дал мне знак. Нужно присмотреться к нему, понаблюдать.

– На кой чёрт ты мне сдался, Уолтер?! – вопросила я шёпотом, сев на кровати.

Родители с утра пораньше отправились на машине в гипермаркет. Мне поручили массу домашней работы. Освободилась я только к обеду, а родители ещё не вернулись. Я направилась к Питу, Джейн уже была у него. Когда я пришла, мои лучшие друзья резались в компьютерную стрелялку.

– О, Клот! – Джейн весело вскочила, отбросив джойстик. – Такое ощущение, что я тебя пять лет не видела! – она крепко обняла меня.

Джейн – очень позитивный человечек, от неё так и струится солнечная энергия. У неё густые рыжие кудрявые волосы, которые она любит носить распущенными, лицо в очаровательных веснушках и изумрудно-зелёные глаза. Мы с Питом познакомилась с ней на детской площадке, когда нам было по шесть лет.

– Представляешь, – начала Джейн, – меня вчера сразу старостой класса назначили! Как самую, видите ли, умную и смелую! Быть старостой вроде непыльная работёнка, но это только на первый взгляд!

– Уклоняешься от ответственности? Что-то на тебя не похоже, Джейн Сенксон! Ты же лидер и доминируешь даже над братом-двойняшкой!

– Не в этом дело! – Джейн проигнорировала колкость Пита, видимо, сегодня она не расположена блистать остроумием. – Староста – это слуга двух господ! Успевать и там, и тут, всегда поддерживать хорошие отношения и с ребятами, которые с тобой дружат с первого класса, и с учителями. А это два противоборствующих лагеря с противоречащими друг другу интересами!

Питу всё не терпелось ввязаться в спор:

– Но ведь посуди – какой это зато стимул к развитию, какой жизненный опыт! Может быть сейчас в тебе закладываются навыки дипломата! Они бесценны! В школе, в жизни, в бизнесе! Я считаю, что ты зря игнорируешь предоставленную возможность. Уж если б меня поставили старостой в моём классе… – Пит не успел договорить, как Джейн поддела его: