Атаман Вагари – Бульдог (страница 20)

Снова заиграл барабан, бубен. Потом гитара стала подхватывать одна, затем вторая. Подключилась блокфлейта, запели певцы. Они пели по-прежнему без слов, используя голоса как красивые, необычные музыкальные инструменты. Блондинка выхватила из складок своего просторного костюма пару небольших кривых мечей. Она встала так, что огни костров освещали её подобно могущественным софитам, запрокинула голову и начала медленно двигаться в такт музыке.

17. Удав и Шпындель

Я по-прежнему стояла полностью завороженная и околдованная. Совершенно забыла, что я здесь как бы чужая. Мне ни разу не пришло в голову, что кто-то меня прогонит, как это случилось в "Сливовице". Между тем, ко мне подошли и мною заинтересовались. В какой момент они приблизились и оказались сзади меня, я не знала. Началось знакомство наше с того, что мне на плечо легла рука. Случись то при других обстоятельствах – я могла бы возмутиться: с какой стати кто-то проникает в мои личные границы. Или испугаться – элементарно от неожиданности. Но не сейчас и не сегодня.

Рука легла, и я услышала сзади:

– А ты как думаешь, вызовет или не вызовет?

Сначала я не поняла, что это обращаются ко мне. Я оглянулась. Позади меня стояло двое. В полутьме и не разглядеть, но я уже поняла, что это молодые люди, не девушки. Оба выше меня ростом, один более стройный и подтянутый, второй настоящий громила – примерно как этот противный Будвайзер по габаритам. Они стояли сзади, полностью перекрывая пути отступления. Руку на плечо мне клал "стройный", он же выжидающе смотрел на меня.

– Так вызовет или не вызовет? Ты скажи, чтоб пари стало действительным, – повторил свой странный вопрос молодой человек.

Теперь я разглядела его чуть подробнее. Брюнет, с довольно лохматой шевелюрой, спускающейся сзади, и открытым лбом, тёмными глазами, которые смотрели внимательно и дружелюбно. А в целом физиономия настоящего хулигана: шрам на щеке, рубец на лбу. У его крупного товарища тоже чёрные густые лохмы и тоже лицо отвязного головореза, мрачный такой взгляд из-под нависших бровей, приправленный небольшой и не понятно что обещающей улыбкой.

Но я их не испугалась. Возможно, столкнись я с ними при других обстоятельствах, я бы вступила с ними в драку, или наоборот дала бы от них дёру. Но не сейчас и не сегодня.

– Вызовет, – ляпнула я первое, что пришло на ум. Хотя я не понимала о чём речь.

– О, Удав, так и я говорю, что вызовет. Я выиграл, – проговорил громила. Улыбка его стала широкой и тоже дружелюбной.

– Ну посмотрим, – "стройный", кого назвали Удавом, хмыкнул и на миг продемонстрировал недовольную гримасу. Но только на миг – в следующую секунду снова наползла улыбка. Удав обратился к большому товарищу: – Предлагаю угостить леди, ставшую судьбой нашего пари.

– Не вопрос, леди, должно быть, только за, – усмехнулся добродушно громила и извлёк из кармана куртки небольшую фляжку, открыл, протянул мне: – Наливка моей бабушки, высший сорт! – и улыбнулся во все тридцать два, как крокодил.

– А ты не заливай про бабушку, Шпындель! Шпындель у нас любит приврать ради красного словца, но ты всё равно угощайся, – тут же к первой улыбке тридцать два присоединилось ещё тридцать два в лице Удава.

Итого – шестьдесят четыре. Стоят и лыбятся на меня, прямо-таки пожирают меня взглядом. Я держу фляжку. Играют барабаны, флейты, бубны, гитары. Между костров, размахивая короткими мечами, танцует блондинка в змеином кимоно. Кто-то прыгает в такт, кто-то кричит в восторге. Певцы выводят песнопение, заклинание, шаманский призыв духов. Один парень из толпы выскакивает в центр между костров, экстатически пляшет, будто поражённый трясучкой. Несколько девушек как заулюлюкают – не визжат как поросята на попсовой дискотеке – а издают настоящий звонкий боевой клич.

Я опрокидываю в себя фляжку. С алкоголем надо завязывать, пожалуй. В горло ударяет что-то раз в пять крепче виски.

– Твоя бабушка тоже высший сорт! – возвращаю бутылку владельцу.

– Во, видал!? Вот ценитель! А ты бузишь, что я заливаю! – одобрительно бурчит громадный Шпындель товарищу и смотрит на меня почти влюблёнными глазами.

Он тоже глотает из фляжки, а потом передаёт Удаву. Удав глотает, передаёт мне.

Мне бы сказать – "Извините, ребят, больше не хочется" – но почему-то я не говорю, а снова пригубливаю. Перед глазами всё расплывается, тело окатывает тепло и приятная внутренняя дрожь, эти двое полупьяниц-полубанитов кажутся мне очень симпатичными, почти родными или друзьями. Должно быть, наложилось на остатки дармового виски.

– Отменное пойло, – комментирует Удав. И внезапно очень вежливо говорит мне, интимно и доверительно приблизившись: – Ты не подумай, что мы какие подзаборные алкаши, у нас просто сегодня праздник.

– Да, мы не пьём, не курим, не ругаемся матом. Пьём вот только на Фестивале Упырей, – также доверительно поясняет Шпындель.

Они довольно сильно ко мне приблизились, Удав снова кладёт мне руку на плечо. Но у меня нет ни малейшего желания отстраняться или возмущаться. Наоборот, я чувствую себя в доску своей здесь. Я пришла на праздник, меня тут приняли, это круто!

– Фестиваль Упырей? – переспрашиваю я, смотря на молодых людей. – Что это за праздник?

– Он проводится каждый год, в ночь на двадцать девятое ноября. Мы собираемся здесь и прославляем Принцессу Змей. Единственный день в году, когда она разрешает Змеям и Упырям совершать сделки напрямую, – объясняет Шпындель.

Я мало что понимаю. Удав, видя моё замешательство, договаривает:

– В остальное время мы можем совершать сделки только через наших боссов. И не все сделки боссы одобряют. Но только не на Фестивале Упырей. А двадцать девятое ноября Принцесса Змей выбрала сама. Именно в этот день пять лет назад она встретила Царя Упырей, вызвала его на поединок и победила.

– Ого! Принцесса Змей – это богиня? – спрашиваю я.

– Для змей – да. Для меня лично – да, – горячо заявляет Удав, кладя руку на сердце.

– А Царь Упырей?

– Это наш босс, – кивает Шпындель.

– Э… то есть вы – Упыри?

– Да.

Картинка складывается в моём мозгу быстро, по кусочкам.

– Змеи… Боа? – изрекаю я.

– О, а ты в теме! Выпей, твоя очередь, – Удав протягивает мне фляжку.

И в третий раз я не отказываюсь. Он приобнимает меня за плечи, мы стоим и смотрим, как танцует девушка-блондинка с короткими изогнутыми мечами или саблями. Удав стоит справа от меня, Шпындель слева. Значит, Упыри и Боа. Две дружественные банды. Интересно, что у них тут за дела, и вообще, мне всё становится особенно интересным!

– Так откуда ты знаешь про Боа? – спрашивает меня Удав.

– Слышала, – честно говорю я.

– Из каких ты краёв? – Шпындель догадался, что я не местная.

– Укосмо.

– О, далеко тебя занесло, – усмехается Удав. – И ты, я полагаю, хочешь вернуться домой живой?

– В данный момент не особо тянет. Здесь тоже хорошо, – улыбаюсь я.

– Ты бывалая, значит? Тебя на мякине не проведёшь? Стреляный воробей, значит, да? – уточняет Шпындель с вкрадчивой улыбкой. Всё это время он меня заинтересованно рассматривает.

Я улавливаю контраст между его внешним видом и обхождением. Внешне – горилла с явно криминальными наклонностями, сила есть ума не надо – а изъясняется интеллигентным, чистым языком. Чем-то напомнил моего одного школьного товарища из параллельного класса – Джиллса. Джиллс тоже по габаритам не маленький, драчун, бандюган-хулиган, но для друзей и среди друзей просто душка, а с девушками и вовсе очень галантный. Что касается Удава – такой он весь отвязный-развязный, хитрый, напористый, но обаятелен и харизматичен. Он мне начинает нравиться.

– Кому как, – немного теряюсь я, не зная, что тут сказать. Скромно улыбаюсь.

– Вот мы и проверим скоро, – улыбается Шпындель и потирает громадные ладони.

– Как тебя звать-то? – спрашивает Удав.

– Сорвиголова.

– Ого, видал? – Шпындель улыбается шире. – Я ж говорю – бывалая!

Тем временем девушка закончила танец. Она снова подняла медленно и степенно руку, и музыканты с певцами затихли. Все зрители, включая моих новых товарищей Удава и Шпынделя, замерли, смотря.

– Момент истины, – шепчет Удав.

– Сейчас решится, я выиграл или ты, – шепчет Шпындель.

Тут эта девушка делает неуловимый, непонятный жест рукой, будто колдует, выводит пальцами в воздухе какие-то знаки. Зрители восторженно и удивлённо выдыхают.

– Вызов, вызов! – слышится со всех сторон.

– Вызвала. Ты выиграл, – говорит Удав, но в его голосе нет досады, что он проиграл какое-то пари.

– Что происходит? – тихо спрашиваю я.

– Вызов на поединок, – отвечает также тихо Шпындель.

– Что за поединок?

– Драка змей, – поясняет Удав.

Девушка тем временем обводит взглядом зрителей. Она продолжает в абсолютной тишине выводить пассы руками. Теперь они требовательные и призывные.

– Никто не выходит… – говорит Удав тихо-тихо, одними губами.

В зрительских рядах наблюдается небольшое смущение, колебание. Девушка вызывает на бой, но никто не хочет с ней драться.

18. Поединок с Принцессой Змей

И тут я решаю, что это мой миг. Та возможность, которую мне нужно использовать. Тот шанс, который представляется сейчас, а потом не представится вообще никогда! Я подаюсь вперёд и говорю ребятам: