Ася Виленица – Сон мертвеца (страница 5)

– Как дела? – Вошедший обратился к Ястребу, а затем перевёл взгляд на меня.

За мгновения я прочла в его туманно-серых глазах сначала узнавание, а потом понимание. Зацеп сработал на отлично. Во рту моментально пересохло. Я глянула в стакан с водой, но он оказался пуст.

– Девушка согласна проводить нас до места передачи оплаты и дождаться там ходящего. – Ястреб уже не смотрел на меня.

Очевидно сейчас он ждал решения от человека, чьё имя я знала.

– Да? – Джун удивлённо вскинул брови и присел на оставшееся свободным место, которое по воле случая образовалось почти что напротив меня. – А точно нужно? – Он даже не скрывал триумфальной улыбки, но, видимо, решил ещё немного поиздеваться.

Ястреб нахмурился, пока ещё не понимая к чему всё идёт, но вопрос и не был адресован ему. Наверное, надо было что-то ответить. Но в моей голове моментально образовалась идеальная чистота от всех мыслей. Нашла время достигать просветления.

Тихий Ручеёк протянул мне новый стакан с водой, и я жадно сделала глоток, пытаясь восстановить способность говорить или хотя бы дышать. На втором глотке я осознала, что вода имеет странный фиалковый привкус. Всё происходящее не позволило мне заметить этого ранее, как и заметить момент, когда чья-то рука подмешала мне сонный порошок. Я буквально кожей ощутила, как тиски ловушки окончательно сомкнулись вокруг меня. Всего два глотка, но порошок всё равно подействует. Меня захлестнула злость. Злость на себя, на магов, чтоб их нечестивые духи сожрали, на ситуацию в целом. Я поймала мысль о том, что мне отчаянно не хочется сейчас ничего и никому говорить, и залпом выпила всю, оставшуюся в стакане, воду. Тьма глубокой беззвёздной ночи накрыла меня в эту же секунду.

Глава 3

Очнулась я, как полагается молодой и свободной девушке, в чужой кровати, во вчерашней одежде и с жуткой головной болью. Далеко не сразу сообразила, что это отнюдь не последствия хорошей гулянки. А жаль. В кровати, кроме меня, никого не было, да и платье с бельём оказались на месте, на этом радостные факты заканчивались. В большое окно около кровати ярко светило оранжевое солнце Ортана. Какая ирония, я ведь пару месяцев пыталась выбить в консульстве разрешение на въезд и уже была готова смириться с тем, что посетить мир оранжевого солнца мне в ближайшее время не угрожает. Но вот я здесь. Худшего места, в котором можно оказаться в такой ситуации, наверное, и не придумаешь.

Ортан был по большей части закрытым миром. Любой, кто хотел посетить его, должен был получить разрешение и пройти несколько проверок. Ортанская Полиция останавливала и допрашивала любого иномирянина, а меня со светлой кожей и почти что белоснежными волосами, выдававшими во мне потомственную кровь индаайцев, не упустят даже под тяжёлыми наркотиками. Каждый межмировой проход тут оснащён пропускным пунктом, войти и выйти без документов и разрешения на въезд не сможет даже маленькая мышка. Эти, с позволения сказать, маги, вероятно, протащили меня сюда через нелегальный стихийный портал. Я слышала о таких, но никогда не сталкивалась лично. А значит, за стенами этого дома, без кого-либо из них, я беспомощней котёнка.

От попытки подняться моя голова взорвалась новой волной боли. Пульсируя в висках, она затем тяжёлым молотом отдавала в затылок, вызывая приступ тошноты, потом снова возвращалась в виски и так курсировала по кругу. Я впервые испытывала на себе последствия применения сонного порошка, и мне, надо сказать, не нравилось. С третьей попытки мне всё же удалось сесть на кровати и осмотреть комнату, в которой я очнулась. Она была небольшой, но, пожалуй, вполне уютной. Цветистый ковёр с крупным ворсом, внушительный платяной шкаф из тёмного дерева, маленький столик в углу и огромное окно с широким подоконником. Уютно, но мне было тяжело находиться в подобных помещениях. Я, сколько себя помню, любила большие, полные воздуха светлые пространства. Однако эта комната была определённо лучше сырого подвала, в который вполне можно было угодить, в таких-то обстоятельствах. Я аккуратно, стараясь не делать резких движений, опустила ноги в яркий ворс. На фоне набата, что стучал у меня в голове, все ощущения будто обострились в несколько раз, и поверхность ковра казалась невероятно мягкой и обволакивающей. Но не платье. Его ткань будто сковывала и душила меня сейчас, а кружево неприятно царапало ноги. Я потёрла переносицу и прерывисто вздохнула. Видимо, слишком громко.

Дверь медленно приоткрылась, и в комнату вошёл Тихий Ручеёк. Он поставил на прикроватный столик передо мной огромный стакан с водой и молча сцепил пальцы, наблюдая, как я жадно осушаю его до дна.

– Каких нечестивых духов мне так плохо? – Вопрос был скорее риторическим, но внезапно для себя я получила на него ответ.

– Извини, я рассчитывал дозу с учётом того, что ты выпьешь один или два глотка, прежде чем заподозришь неладное. А ты зачем-то выпила всё.

То есть я ещё и сама виновата оказалась! Страшно хотелось начать спорить, но сил хватило лишь на уничтожающий взгляд.

– Там ванная. – Он указал на дверь в углу комнаты. – Можешь привести себя в порядок, – немного помолчал и добавил, – внизу ждёт еда.

При слове еда я ощутила себя крайне противоречиво: тошнота и головная боль говорили мне, что у меня не получится взять в рот ни кусочка, а желудок тем временем жалобно взвыл, намекая, что я, кажется, не ела ничего больше суток.

Тихий Ручеёк уже развернулся на выход, когда я нашла в себе силы собраться с мыслями и даже сформулировать просьбу.

– Подожди, – мне было странно просить о таком похитителя, а ещё почему-то немного неловко, но моё платье всё сильнее и сильнее напоминало мне ядовитые колючие лианы зелёного мира, что душили жертв, а потом годами питались, ими медленно растворяя, и я определённо не ощущала себя в нём больше роковой красоткой – можно какую-нибудь одежду?

– Тебе же подойдёт мужская? – Ручеёк внимательно оглядел меня.

Понятно. Других девушек в доме и его подвалах, видимо, больше не водилось.

– Да, главное, чтоб она была чистая.

Он недолго думая залез в шкаф и, покопавшись там пару минут, достал мне чёрные свободные штаны и рубашку, дизайнер которой кажется задался целью добавить на неё все существующие в природе цвета.

– Спасибо. – Я сгребла одежду и очень удивилась, ощутив под пальцами невесомый шёлк Тириадоса. Неплохо, я бы такое посторонней девице жертвовать точно не стала. Хотя хозяин вещей просто ещё не был в курсе. Мне не нужно было спрашивать, в чьей комнате я оказалась. При изучении чужих снов такие вещи западают в сознание против воли.

Тихий Ручеёк кивнул мне и вышел за дверь, а я поспешила в ванную, оценить, насколько я сегодня могу пугать людей одним внешним видом, очень надеясь, что хотя бы там найдётся зеркало.

Привести себя в порядок действительно стоило, но вот имелась ли такая возможность – был весьма спорный вопрос. Остатки вчерашнего макияжа выглядели, будто всю ночь я провела в безудержных слезах. Интересно, это последствия перехода сквозь портал или кто-то просто пытался его смыть? Мылом и водой избавиться от подобного безобразия на лице было сложно, и я бросила это дело на стадии тёмных разводов под глазами. Сейчас они выгодно подчёркивали мои синеватые мешки. Общая бледность прекрасно контрастировала с почти чёрным цветом глаз. Что ж, буду радоваться тому, что вообще выжила.

Кудрявые волосы спутались буквально по всей длине, и что-то делать с этим я не рискнула бы даже при наличии расчёски. Идеальным пепельным блондом могли похвастаться жители Индаая, принадлежащие к так называемым древним родам. Этому способствовал постоянный контакт с духами и тысячелетнее отсутствие вливания крови из других миров. Тем или иным количеством серебра в волосах обладал почти любой житель мира духов, а времена, когда людей оценивали по принадлежности к семьям, постепенно уходили в прошлое, в особенности на севере, но такие, как я всё ещё привлекали слишком много внимания. Именно поэтому приходилось регулярно красить несколько прядей в чернильно-чёрный. Что-что, а привлекать внимание с моей профессией было вредно для здоровья. Сейчас все чёрные пряди, смешавшись в едином котле с серебряными, выглядели крайне странно. Тряхнув головой и вызвав очередной прилив тошноты и боли, я остановилась на том, что слегка пригладила откровенно торчащие места. Пожалуй, если хочу излучать сегодня злость и угрозу, такая причёска вполне сгодится.

Вынырнув, наконец, из платья, я с удовольствием облачилась в хоть и чужую, но удобную одежду. Собрав волю и смелость в кулак, я покинула временно предоставленное убежище. Конечно, всегда был вариант окопаться в комнате и ждать, пока меня придут силой из неё выковыривать, но я предпочитала сначала делать, а потом разбираться с последствиями решений.

Лестница, с которой я в этом состоянии сражалась несколько долгих минут, вывела в просторное помещение, совмещавшее в себе небольшую кухню и уютную гостиную, полную к тому же света, благодаря окнам, рассекающим стены от пола до потолка. Здесь просыпаться мне бы понравилось больше. На кухне, к моему удивлению, хозяйничал Сексуальный Огонь, одетый в весёленький розовый фартук с синими цветами. Пшеничную копну волос он убрал в сложную косу, к которой, в иных обстоятельствах, я ощутила бы сильнейшую зависть. Такие причёски мне являлись только в мечтах. Всё пространство гостиной покрывал гигантский пушистый ковёр, служивший плацдармом для целого скопления небольших кресел и пары диванов, расположившихся полукругом. Там в глубине, что-то тихо обсуждали Ястреб и мой знакомый из сновидений – Джун. На границе между кухней и гостиной расположился внушительных размеров овальный обеденный стол, за которым сидел Наглый Огонь и сыпал сомнительной ценности указаниями к процессу готовки.