Ася Виленица – Сон мертвеца (страница 2)

Вторым по старшинству значился Банглаор, считавшийся комфортным миром для жизни. Самый большой территориально, он имел несколько государств с различными формами правления, множество разных климатических зон. Никаких потусторонних тварей, с которыми надо считаться, и весьма открытое к мигрантам общество. Здесь каждый мог выбрать то, что ему подходит. Банглаор можно было сравнить со спокойной рекой, от которой всегда знаешь, чего ожидать.

Далее шли Ортан и Тириадос. Оценить, какой из них появился раньше, возможным не представлялось, и споры на эту тему велись до сих пор, хотя мне, например, совершенно не было до них никакого дела. Оба были мирами одного победившего государства. Весьма строгого государства, с тоталитарным правительством. В Ортане, мире оранжевого солнца – это был канцлер и совет, а на Тириадосе правил король. Именно эти миры сейчас тащили на себе весь технический прогресс веера, однако жить в каком-то из них было моим личным кошмаром. Никакой свободы, классовое неравенство и бесконечные требования. Эти миры казались мне горными реками, чьи мощные водовороты с лёгкостью топят неосторожных пловцов.

Самым молодым обитаемым миром был Юнцайес. Он не просто так звался зелёным. Мир победившей природы. Весьма агрессивной, надо сказать, природы. Во время путешествий туда у меня складывалось впечатление, что буквально каждая травинка жаждет моей смерти. Жители Юнцайеса выбрали путь симбиоза с подобной флорой и фауной, ловко встраивая всё зелёное, шерстяное и зубастое в прогресс. Меня, как уроженку Индаая невероятно восхищал этот мир, он словно тайная река в сказочном лесу, в нём ощущалось невероятное чувство уединения и спокойствия даже в больших городах. Пожалуй, именно здесь бы я осталась жить, если б с миром духов что-то пошло не так.

Самым же старым в веере был Тарнум. Мёртвый мир, пространство которого медленно растворялось в небытие. Живого там не осталось почти ничего, да и живым делать там было нечего. Если ты не маг, то, скорее всего, не продержишься на безжизненных полях Тарнума и часа. Исследователи предполагали, что ещё сотня-другая лет и мир окончательно растворится, оставшись лишь воспоминанием, чернилами на страницах бесчисленных книг о нём.

Последний появившийся в веере мир – Ньюорис. Ещё сто лет назад его попросту не существовало. Именно его создатели открыли возможность самостоятельного выращивания миров, запустив тем самым одну из масштабнейших и кровопролитных гонок тысячелетия – поиск изначальных частиц. Не являясь магом, я не могла полноценно осознать механику этого явления, но как писали научно-популярные книжки, миры при появлении, по сути, расправлялись из небольшого количества сжатой энергии, которая постепенно растягивалась по пространству гораздо более тонким слоем. Однако не вся изначальная энергия равномерно распределялась по предоставленному ей месту. Такая неравномерность образовывала высококонцентрированные сгустки, называемые изначальными частицами. Теория создания гласила: собрав определённую критическую массу подобных частиц, можно было вырастить собственный мир. Что и доказали в своё время маги, создавшие Ньюорис. Этот прецедент породил несметный океан людей, мечтавших повторить подобный подвиг. Шутка ли, обрести собственный мир. Одиночкам в этой гонке не было места. Более того, как я слышала, для успешной охоты за частицами, группе необходимо было иметь в составе магов каждого обитаемого мира. Такие условия со временем породили целую экосистему поиска частиц, с группировками искателей, смертельной конкуренцией и бескрайним океаном денег вокруг всего этого. Простые смертные старались держаться подальше от этих жерновов, а вот ходящие в силу специфики деятельности нет-нет да попадали в них. В сообществе искателей частиц невероятно ценилась анонимность, буквально каждый, кто, так или иначе, касался этого, старался скрыть личность. Поэтому совершенно неудивительно, что мой заказ заключался как раз в подтверждении личности такого вот искателя.

В число группировок, что постоянно были на слуху, входили и Плетущие судьбы. Несмотря на известность, им упорно удавалось сохранять полную анонимность. До сегодняшнего дня.

Я смотрела на довольное лицо мужчины и понимала, что у кого-то в скором будущем ожидают большие проблемы. Но меня это не особенно волновало. Свою часть сделки я выполнила.

Заказчик убрал конверт в карман жилета и передал алмазы координатору для подсчёта.

– Хорошая работа, – обратился он скорее к моему спутнику, нежели ко мне. – Очень приятно было сотрудничать. Вам не кажется, что здесь стало жарковато? – а это он сказал уже мне, нарочито медленно расстёгивая верхние пуговицы и обнажая внушительные грудные мышцы.

Интересно, если совсем разденется, координатор всё же утратит невозмутимость?

– Да, вам не помешало бы немного остудиться, – ядовито заметила я.

Представитель Ордена бросил на меня предупреждающий взгляд. Птичкам положен строгий регламент общения, никаких переходов на личности, разговоры только о работе, и, естественно, никакого эмоционального поведения с заказчиком. Хоть я и не была птичкой, но соответствовать образу всё же стоило.

Мужчина собирался что-то ответить, но координатор прервал его.

– Всё в порядке, – долгожданный мешочек с оплатой перешёл в мои руки, и я проворно отправила его в сумочку, – на этом мы с вами прощаемся, – вежливо намекнул он наглому представителю зелёного мира об окончании встречи.

Тот не стал спорить и встал, громко отодвинув стул.

– Птичка, если вдруг захочешь приятно продолжить этот летний вечер, я буду ждать у главного входа.

Затем он, поправив волосы, быстро пересёк комнату и вышел не попрощавшись. Хорошо, что мы планировали покидать здание через вход для персонала, который к тому же не был отражён на плане.

– Извини, я сегодня на взводе, – я снова вытащила алмазы и передала представителю Ордена его долю.

– Благодаря этому вечеру я, наконец, дострою дом внуку, – как всегда, мягко, улыбнулся он, – никаких проблем. Но в следующий раз постарайся быть сдержаннее.

Я кивнула, про себя понимая, что к следующему разу я, конечно же, забуду об этом обещании.

– Сколько ходящих до меня провалили заказ?

– Двое, – он убрал оплату в портфель и вежливо приоткрыл дверь, пропуская меня вперед, – но я сразу отдал его лучшим, увидев, что это связано с искателями.

Я ощутила удовольствие от осознания своего превосходства, и злость на то, что всё вышло не так идеально, постепенно начала отступать. Мне нравилось жить в реальности, где я продолжала играючи обходить Орден.

Глава 2

Летняя индаайская ночь встретила меня ненавязчивым шумом города и стрекотом цикад, типичным для этого сезона. Я вдохнула теплый влажный воздух, и вдруг необходимость оставаться дома всю следующую неделю показалась мне тяжёлой повинностью. Душа требовала наслаждаться уходящим летом. Я пару минут обдумывала мысль просто уехать из города, но пришла к выводу, что собственным правилам безопасности изменять не стоит. Однако остаток этого дня я решила подарить себе. Через два квартала отсюда располагался один из моих любимых домов каисэки. Сегодняшним вечером там как раз не должно было быть слишком много посетителей, обычные люди только начинали рабочую неделю, а в такие места принято ходить под её завершение. Я же закрыла сегодня заказ и имела полное право это отпраздновать.

Осилив половину пути, я глубоко раскаялась в решении идти пешком. На встречи с заказчиками я всегда одевалась так, чтоб запоминали одежду и то, как в ней выглядит тело, но не лицо. Неброский макияж, эффектный вырез, и мужчина смотрит туда, куда нужно мне. Так было и сегодня: моё платье было достаточно длинным для того, чтоб пришлось добавить к нему высокий каблук, однако от середины бедра у него начиналось тонкое, почти прозрачное индаайское кружево. Оно великолепно сыграло свою роль этим вечером и, кажется, совершенно не рассчитывало, что его хозяйка ударится в меланхолию и пойдёт гулять по улицам. Туфли, кстати, тоже не рассчитывали.

На деревянное крыльцо каисэки я поднималась уже босиком. Обувь, сумочка и подол платья, всё по дороге перекочевало в руки. Ноги отчаянно ныли, и моим единственным желанием сейчас было опуститься на мягкие подушки. Расчёт оказался идеальным: в доме нашлась уютная комната, с циновками, низким столиком и выходом в сад. Я бросила вещи и позволила себе полностью распахнуть двери на маленькую веранду, впустить в комнату звуки и запахи летней ночи. На улице начинал накрапывать мелкий дождик, принося немного свежести в жаркий вечер. Я откинулась на подушки в ожидании хозяйки комнаты, предвкушая ужин традиционной кухней южного Индаая, на которой специализировалось заведение. Совсем не представляя, что уже через мгновение моё уединение будет варварским образом разрушено.

– К вам гость, он сказал, вы ожидаете. – Девушка, хозяйка комнаты, удалилась, очевидно, не желая мешать нам, а в помещение, озаряя всё вокруг наглой улыбкой, зашёл никто иной, как мой заказчик.

Резко ощутив себя уязвимой под взглядом мужчины, я тут же выпрямила спину, покинув мягкие подушки, и поджала ноги.

– Что вы здесь делаете? – Мне хотелось как можно быстрее избавиться от ненужной компании и прожить этот тихий вечер в одиночестве.