Ася Синявская – Он: Я её уничтожу...Она : Я его не забуду... (страница 1)
Он: «Я её уничтожу!» Она: «Я его не забуду…»
Пролог
Лето 2018 года
— Ну что, малышка, полетели? — спрашивает меня Денис.
Киваю. Отвечать смысла нет. Денис меня не услышит.
— Держись крепче, крошка, — говорит Ден, и мы срываемся с места.
Байк несётся на ночную тусу мотобратьев. Денис как раз купил себе новенький Kawassaki Ninja ZX10 R. Этот мот он хотел давно и вот приобрел.
Мотоцикл для его владельца не просто средство передвижения из точки А в точку В. Это любимец, и по-другому просто не бывает, ведь только с этим видом транспорта ты становишься другим. Мот тебя меняет. Ты вдруг превращаешься в независимую, уверенную в себе личность. О, это не передаваемое чувство свободы!
Денис никогда не любил кататься ночью, но практически все сборы мотобратьев проходили в темное время суток. Вот и сегодня…
Скорость была не большая, не более 100 км/ч. Вы скажете: «Ничего себе!». А я вам так отвечу: для спортивного мотоцикла 100 км/ч — это практически ничего, ага. Обычно, когда я сидела сзади, Ден не гонял, боялся, хотя он в мотоспорте с пяти лет и прекрасно управляется с байком. Да, на треке или на «зарубах» с другими байкерами он выкручивал ручку газа почти до отказа. Со мной же — никогда.
Мы выехали на трассу. Нам нужно было в соседний город. Проехали немного совсем, а дальше… Резкое торможение, отборный мат Дена, удар, боль во всем теле, темнота…
… Я медленно приходила в себя. Адская боль во всем теле, слабость. Кое-как открываю глаза. В них будто песка насыпали. Мама и папа сидят рядом.
— Мама… где Денис? — первое, что просипела я.
— Доченька, милая наша! Слава Богу, ты пришла в себя! Мы так волновались! — запричитала мама, тут же вскакивая.
Странно… Она как будто не слышит меня.
— Мам, где Денис? Что с ним? Я должна знать! — чуть громче и настойчивее произнесла я.
Но мама… мама лишь отвела глаза в сторону…
— Маааама! — почти кричу я из последних сил и пытаюсь вскочить с постели.
Игла капельницы безвольно повисает в воздуха, а из моей вены брызгает вверх кровавый фонтанчик. Я зажимаю место прокола углом простыни и сгибаю руку в локте. Однако силы оставляют меня, и я роняю свою тушку на жёсткий матрас, устало прикрывая веками глаза.
— Доченька, нам очень жаль, но Денис… он не выжил. Скончался на месте до приезда скорой помощи, — видимо, мама понимает, что скрывать правду бессмысленно.
— Нет, нет, нет!!! Мама, скажи, что это неправда! Неправда!! Неправда-а-а-а!!! — мой крик перешёл на хрип, потом на сип. Я сорвала голос…
Запищали приборы. Прибежал врач с медсестрой, мне что-то вкололи, и я отключилась. Не знаю, сколько раз я приходила в себя, но опять всё шло по кругу, как в заезженной пластинке: истерика, укол, спасительная темнота.
В один из дней, когда я пришла в себя, со мной сидела моя подруга Линка. Она держала меня за руку и плакала.
— Лин, — позвала ее тихо и сжала легонько руку.
Лина подняла на меня глаза и уже хотела позвать врача, но я ее остановила.
— Подожди, не зови никого пока. Они опять меня наколят. Я не хочу больше спать. Я к нему хочу! Мне плохо без него, Лин… Мне так плохо… Я умерла вместе с ним, — последнюю фразу я добавила чуть слышным шёпотом.
— Катенька, хорошая моя, не говори так. Денис… он бы не хотел, чтобы ты так думала и говорила, — подруга гладит меня по голове, стараясь успокоить.
— Лин, сколько я уже здесь? Похороны… Дениса… наверное, тоже уже были?
— Кать, ты больше недели здесь, а насчет похорон мы так ничего и не узнали. Его родные сменили номера телефонов. Кир ездил к Денису домой, ну, в ту квартирку, которую от снимал в нашем городке. Но там теперь живут совсем другие люди. Кир сумел только выяснить, что родители Дениса забрали тело и увезли. Хоронили не в нашем городе. Катюш, я сейчас пойду, но обязательно приду еще. Выздоравливай, моя хорошая.
Линка обняла меня и ушла.
Дни тянулись очень медленно. Вереницы посетителей, процедуры, уколы — все проходило мимо меня. Мне было все равно. Сухо отвечала на вопросы медперсонала и родителей. И то, делала это лишь для того, чтобы меня не отправили в психушку. Более менее я общалась только с Линой и ее парнем Киром.
Глава 1
Два года спустя. Лето 2020 год
— Мам, пап, я к Линке. Останусь на ночь, — торопливо обуваясь в коридоре, я прокричала в комнату родителям.
— Хорошо, Кать! Не скучайте там, — ответила мне мама.
— Некогда мне скучать, мам. Не-ког-да, — но это я уже произнесла мысленно, а не вслух.
Я беру ключи и двигаю в гараж, где меня ждет мой новенький Dukati Panigale V 4 R. Мой ярко-красный монстр. Обожаю его! Он на сегодняшний день лидер мотоспорта. Надеваю экип и мчу навстречу ветру! В центр приезжаю почти последняя. Но я же девочка, мне можно иногда и чуточку опоздать. На месте меня уже ждут Линка с Киром и другие ребята нашей мотогруппы.
— Какие люди! На Dukati и без охраны! — острит Кир.
Встаю с мотика и подхожу к ребятам. Шлем я не снимаю, просто поднимаю визор.
— Что у тебя сегодня? GoPro настроила? — спрашивает Лина.
— Настроила. Да как скажете: можем просто по городу катнуть, а потом у меня еще дела есть на сегодня. Лин, я маме сказала, что у тебя останусь ночевать сегодня, — отвечаю подруге.
— Ок, Кэт, таки ясно. Будем вместе паять твоей маме мозг.
Неожиданно на нас налетает компания из парней и девчонок, они начинают трещать все разом, а я, вовсе не горя желанием общения с незнакомцами, успеваю только опустить визор.
— Это же ты, да? «Motoqueen»? — громче всех радостно восклицает самая активная девушка.
Киваю.
— Вот здорово! — вопит худой и длинный, как жердь, парниша.
— Свезло так свезло — такая встреча! — от нетерпения подпрыгивает, потирая ладошки, толстушка с мелкими блондинистыми кудряшками, делающими её похожей на херувимчика.
— Круто! А можно фото? — осторожно пробирается через толпу миловидная высокая девушка с толстой косой; на машине времени она из середины 20 века залетела сюда, что ли?
— Да не вопрос, ребят!
Как по мне, так в подобной ситуации лучше уступить, потеряв четверть часика, чем вступать в конфронтацию. Хотя эта публичность меня порядком раздражает, ага. В результате минут десять они фоткались то со мной, то с моим байком, то с остальными ребятами. Потом мы всей этой разношёрстной толпой катнули по городу.
А вот потом я и Кир с Линкой поехали на то место… Сегодня ровно два года, как мы с Деном разбились в той аварии…
Вообще-то я сюда часто приезжаю. Одна. Первый год наведывалась практически каждый день, как только смогла ходить. Добиралась по началу обычно на такси. Потом Лина меня раскрыла, и они с Киром стали сами подвозить меня. А теперь я и сама могу на байке покатить.
Кстати, крест на этом месте Кир с Линой установили сразу же. И оно, это место, стало для нас символическим местом памяти. Раз уж мы не знаем где захоронен Денис, то хотя бы так поминать друга.
Обычно я просто приезжала сюда и сидела. Бывало, даже рассказывала что-нибудь, но чаще просто плакала, вспоминая наши отношения.
Сегодня я достала из бардачка любимый Денисом BLAC MONSTER со вкусом киви-ананас и положила рядом с крестом. Линка достала из своего рюкзачка небольшой веночек и повесила его на крест. Кир выудил из нагрудного кармана куртки чупа-чупс, пристроил его рядом с баночкой энергетика. Я всегда смеялась над Денисом: такой весь крутой, а на сладенькое падкий, словно детсадовец. Но он не обижался на мои подколы, а пытался поделиться со мной сосачкой, чуть ли не насильно заставляя меня попробовать конфету. На мои визги «Из ро́та в рот — получается микроб!» он делал обиженную физиономию и выдавал:
— Ну, и кто тут детсадовец, а?
Воспоминания, нахлынув, заволокли глаза пеленою. Одна слезинка не удержалась и… я быстро смахнула её и отвернулась от ребят.
— Кать, все хорошо? — обеспокоенно спросила подруга — моя торопливая попытка скрыть слезу не смогла её обмануть…
— Да. Все хорошо, Лин. Не переживай, — я сжала кулаки и улыбнулась через силу.
— Кать, два года уже прошло. Пора начинать жить. Отпусти его.
Подруга обняла меня.
— Я и живу, Лин. Старюсь, по крайней мере… Ладно, ребят, вы езжайте, а я постою еще и догоню вас. Если что — я на телефоне.
Ребята уехали.
Я сняла шлем и села возле креста. Теперь я могла не сдерживаясь вспоминать его. Моего Дена. Его улыбку, глаза, руки. Вспоминать, как он меня обнимал, целовал. Как называл «моя девочка» или же «крошка». Кроме него я не представляла никого рядом с собой! А уж после того, что случилось, и подавно.
После той аварии мне пришлось собирать себя по кускам. Спасибо Линке и Киру, если бы не они я оказалась бы в психушке. Долгое время родители опасались за мое душевное состояние, поэтому дома с ними я старалась улыбаться и делать вид, что все налаживается. Но ночью… ночью начинался мой личный ад… Я не помню хотя бы одной ночи, когда мне не снилась бы та авария…