Ася Сергеева – Спор на любовь. Получить дочку тренера (страница 58)

Вот еще! Меня теперь из медвежьей берлоги не выгонишь. Хотя домой вернуться придется. Как-то еще объяснить все родителям.

Во время разговора с сестрой немного всплакнула, но в итоге становится легче. Родители спокойно восприняли, что я у нее. Вместе потом объясним, что я не просто к ней явилась, перед этим попала в ловушку пловцов. Лишь бы Глеба держали под надежным замком. Страшно представить, если папа до него доберется.

После Миши закрываюсь в ванной. Удивительно, но нахожу на полочках все необходимое для женщин. Сначала настороженно рассматриваю. Зачем Медведю зубные щетки, шампуни, гели и масочки в розовых упаковках? Потом вижу, что все новенькое. Значит, купленное для меня.

Когда только успел?

Ну, этому я меньше удивляюсь, Миша умеет как-то быстро и решительно заботиться. Теперь его средства выглядят скромно, стоят в уголочке. Зато мои занимают все полочки.

Неужели думает, что я буду часто у него оставаться? Купаюсь и думаю, что я и не против. Мне здесь нравится все. И в другом месте тоже понравится. Лишь бы с любимым, с ним везде хорошо.

Выхожу, надев футболку Миши. Она такая длинная на мне, почти до колен достает. Нахожу его по вкусным ароматам из кухни. Миша готовит завтрак для нас. Пышный омлет на тарелку выкладывает, ставит чашки с кофе и тосты.

Снова меня накрывает, расчувствовалась до слез. Всего этого могло же не быть. Если бы я ошиблась? Выбрала не Медведя? И спор, он же так явно показывал, насколько я обманулась.

Подождите… Спор спором, но предсказание ведь не о нем!

— Мишка! Сбылось! Я все поняла! — от внезапного осознания вскрикиваю.

— Что поняла? Что я честно раскаялся и больше спорить не буду? Так все, никогда, я люблю тебя, Звездочка. Был дураком, теперь…

— Это тоже поняла, — машу ему, перебивая, что все в порядке, верю. — Сбылось предсказание бабушек! Только тот, кто любит, спасет от того, кто захочет зло причинить.

— И? — Мишка выпучивает глаза, роняя сыр мимо тоста.

— Ты меня спас от злодея. Вот что у нас получилось! Я же не стала выбирать по меткам, я полюбила тебя. Получается, сердце не обмануло!

— Офиге-еть! — Мишка вскидывает руки к потолку. — Я даже не сомневался, что я тот самый! Только вспомни хорошо, что там бабульки еще предсказывали? Вдруг еще какой хрен собирается нам помешать? Так я его заранее грохну. После пловца не хочу рисковать.

— Все, больше ничего, — успокаиваю. — Мы, наверное, самая странная парочка.

— Ну еще бы. Мы и самая безумная парочка.

— И самая любящая, — добавляю, прижимаясь к Медведю.

— И самая страстная, — он тянется к моим губам.

Поцелуй выходит слишком обжигающим. Распаляет за миг. Забывается, что мы завтракать вообще-то собирались. Голод обостряется в другом, я соскучилась по ласкам Медведя, по его запаху, по тому, как замирает весь мир, когда мы растворяемся друг в друге.

Завтрак откладывается. Мы не можем остановиться. Столько испытаний пришлось пережить. Миша пересаживает меня на стол, жарко целует, а я вся дрожу и тону в его потемневших глазах. Мне не хватало его, так сильно, что я взрываюсь с первой минуты, выгибаясь навстречу любимому.

Как-то незаметно попадаем в спальню, лежим еще там в обнимочку, снова заводимся. Ну мы вообще с катушек слетели. Только когда в животе начинаются звуки бурчания, тогда становится понятно, что голод едой тоже надо бы утолить.

До завтрака мы вместе принимаем душ. В первый раз раздельно заходили. А вот уже и в душе расстаться не можем. Смущение отступает, ведь Мишка постоянно мне шепчет, как любит, и какая я у него красивая девочка.

Домой ко мне приезжаем вместе. Машина папы говорит о том, что он дома, никуда не уехал и объясняться придется прямо сейчас.

Ох-х… тяжело вздыхаю.

— Мы вместе, Алинка, — поддерживает Мишка, чуть крепче сжимая мою ладонь.

Глава 55

Только попадаем в дом, к нам навстречу выходит мама Алины.

— Ой, Миша, что случилось? — пугается женщина моих заметных следов после боя.

— Пришлось участвовать в сражении с кучкой нехороших пловцов, — признаюсь пока не до конца, чтобы маму Алины подготовить немного.

— Мам, случились неприятности, но уже разобрались. Угроза была, но Миша меня спас. Видишь, я целая и невредимая?

У мамы Алины от нашей подготовки распахиваются шире глаза, и даже за сердце хватается.

— Какие пловцы? Почему неприятности? — к нам подходит Самвел Маратович, внимательно рассматривая мои ссадины и синяки. Но это я в одежде, так бы от футбола отстранил на неделю. — Значит, так! Быстро признавайтесь, куда вляпались? Алина ночевала у сестры, тебя тогда, где носило? И почему на бровь не накладывал швы?

Мне ночью было совсем не до швов. Ничего и так заживет. Не впервой кулаками махать, затянется.

Больше всего я переживал, что Алину какой-то гадостью напоили. Выяснилось спустя час после анализа, что в ее крови снотворное вещество. Концентрация невысокая. Это же и в остатках сока нашлось. Повезло, что моя Звездочка не нападала на сок, и не дожидаясь, пока ее окончательно вырубят, засобиралась домой. Так и получилось, что она была сонная, но не прибитая до конца. Уверен, Глеб рассчитывал на более убойную дозировку.

— То что мы расскажем, вам не понравится, — говорю, и киваю Алине, что без этого никак.

Мой отец до сих пор не связался с Самвелом только потому что я попросил дать немного времени, хотя бы до обеда. Скоро прокурор Дарский свяжется с давним знакомым, и чувствую так, что и встреча не за горами.

— Я разве похож на того, кому все должно нравиться? — в своем духе выпаливает тренер. — Давайте уже. Но если ты, Мишка, втянул мою дочку в какую-то опасную передрягу, то я не посмотрю, что ты сын прокурора. И что твоего отца уважаю, не посмотрю.

— Самвел Маратович, но вы и так никогда не смотрели на это.

— Ну да, я такой, — выпячивает гордо грудь вперед.

— Папа, зря ты так! Миша не виноват, это все предсказания. Мой парень меня спас, а не втягивал в неприятности, — Алинка за меня заступается.

— О Господи! Опять предсказания!

Тренер схватился за голову.

— Миша, тот самый? Сбылось? — вот от мамы другая реакция, на меня, как на героя, посмотрела.

Переходим в столовую и там уже частично Алина, но больше я, объясняем, как связались с пловцами. Откуда взялся Глеб, как так вышло, что с ним продолжалось общение — объясняет Алина, взволнованным голосом. И то как ошиблась в нем, как он прикидывался не тем, кем на самом деле является. Дальше уже я говорю, что он следил через одного говнюка из нашей команды. Ждал, что задуманное сможет легко воплотить. Но тут мешал я, и выбрала в итоге не его моя Звездочка.

— И что же он задумал, подлый засранец? — гневно торопит тренер, как будто сейчас сорвется бежать на расправу с обидчиком дочери.

— Сам не признавался, но его быстро сдали дружки. Придавили их в участке, раскололись как орешки пересушенные, — объясняю, о чем еще даже Алине не говорил. — Глеб собирался провести ночь с вашей дочерью. Во всех смыслах или подстроить так, пока еще не выбили правду. Пловцы боятся срока и твердят, что он только такой вид собирался сделать. В той спальне обнаружили много камер. Глеб планировал снять грязно-откровенный материал и потом вас шантажировать.

— Меня?!!

Таким ошарашенным и одновременно испуганным я еще Самвела не видел. Он весь побледнел, мама Алина в слезы ударилась.

— Пусть бы лез ко мне! Зачем он мою дочку трогал? Убью! — справедливо ругается тренер.

— К вам нелегко подобраться. С Алиной получилось проще. И это же еще, — вздыхаю тяжело. — Предсказание ваше помогло. У него были нужные метки.

— Да, я заметила метки. Спасла его рюкзак со счастливыми плавками. Потом уже так все закрутилось… — Алинка бормочет с горечью в голосе. — Даже подумать не могла, что Глеб окажется настолько мерзавцем.

Открываю в телефоне фотографию пловца, ту, что мне досталась вместе с его личным делом. Он выглядит на ней младше на несколько лет.

— Узнаете? — показываю родителям Алины.

Мама не узнает, но говорит, что физиономия у него злобно-хитрая, хоть и симпатичный с виду парень.

Тренер ругается, срываясь на мат. Узнает.

— Помню этого безрукого недотепу. Он пробовался в одну из команд. Я наблюдал за игрой. Психанул, что его руки и ноги, как ласты болтаются. Наорал при всех и послал его ластами махать не в моем клубе, а где-то подальше, в воде. Вышвырнул в тот же день и не принял больше обратно. Хоть он и ныл, просился. Но нафиг мне сдался такой бестолковый игрок? Из-за него тем более постоянные ссоры случались, настраивал пацанов против друг друга.

Вот в этом весь тренер. Для кого-то отец родной, для кого-то дракон огнедышащий.

— Значит, он хотел шантажировать, чтобы папа его принял в клуб? — спрашивает Алинка.

— Гаденыш! — хмурится тренер.

— Нет, совсем не для этого, — вношу ясность из достоверных источников. — Глеб вас послушался, стал пловцом. Смог применить свои ласты по назначению. Только пловцы зарабатывают гораздо меньше за самую крупную победу, чем мы просто выходим на поле размяться. Он денег хотел. Много денег. Богатой жизни, раз вы его знаменитым футболистом не сделали.

— А, ну тогда я ему заплачу, — леденящим тоном цедит Самвел Маратович. — Будет умолять не выпускать его из камеры, чтобы мою расплату отсрочить.

— Пап, ну ты себя-то не подставляй! С ним и так уже разбираются. А Миша ему тоже заплатил, все планы разрушил. Так что пловец теперь побоится даже жить в нашем городе, — просит Алина не горячиться, переживает.