Ася Петрова – После развода. Ты мне нужна (страница 15)

Не в таком большом городе, не так часто.

Юлия отталкивается от стены, на которую до этого опиралась спиной, и уверенной походкой направляется в мою сторону.

Торт сразу есть перехотелось, а в горле застревает неприятный ком.

Вот и что ей от меня надо…

— Лиза, поговорим?

Она не здоровается, не выглядит вежливой или пытающейся хотя бы ей быть. Глаза холодные, четкие и расчетливые. Как и сама девушка.

А вся эта её притворная невинность, которую она демонстрировала, куда-то улетучилась.

— Разве нам есть о чём? — вздергиваю вопросительно бровь, пытаясь обойти наглую фигуру, но она делает шаг в мою сторону и преграждает путь.

— Мне не о чём разговаривать с вами, Юлия. Если честно, частота наших встреч стала меня напрягать. Вы преследуете меня?

— Нет, — она хмыкает, — Вернее, сегодня да. Сегодня я целенаправленно ехала за вами, чтобы поговорить без свидетелей. Знаю, что Паша сейчас часто у вас дома, а мне бы хотелось разговора тет-а-тет.

— Паша у себя дома, — подчеркиваю эти слова, — Там, где его дети.

— Да-да, — она отмахивается от моей фразы, словно я несу бред, — Итак, Лиза, поговорим?

— Всё еще не вижу в этом смысла. Нам нечего обсуждать и делить с вами. Мне пора.

— Нет, я так не думаю…

Её упрямство переходит все границы, и я начинаю паниковать, когда женская кисть цепляется за мою ладонь в жестком хвате.

— Мы же с вами всё обсудили… Вам Паша не нужен. Ну зачем же вы решили поменять своё решение?

— Я ничего не меняла, — дёргаю руку, но захват только усиливается, — Павел взрослый мужчина, который самостоятельно распоряжается своей жизнью.

— Я не верю, что он мог меня бросить. Он же любит… Получается, вы внушили ему чувство долга, так ведь? Вы такая бедная, несчастная… С детьми. Вам не стыдно так унижаться?

От её слов меня сначала парализует, а потом я разрываюсь в громком смехе. Ну как всё интересно она вывернула?

— Не поверите, — смахиваю слёзы в уголках глаз, — Но я вообще не хотела, чтобы он приходил. Он сам, Юлия.

— Не верю.

— Не верьте, мне, если честно, глубоко плевать на это. Дайте пройти!

В её глазах я замечаю какой-то опасный нездоровый блеск. Тут же материнское сердце сбивается с ритма, и я испуганно приоткрываю рот.

Я уже жду непоправимого, что она сейчас скинет меня с лестницы или ударит в живот, её глаза бешено горят.

Но ничего не происходит, потому что мужские руки оттаскивают девушку от меня на безопасное расстояние.

И только в этот момент я замечаю в её правой руке перцовый баллончик.

Охранник, удерживая девушку, кричит мне, чтобы я уходила. И в этот момент она распыляет эту гадость в глаза невинного мужчины.

Глава 24. Лиза

— Как ты? Лиза! Где болит? Всё в порядке?

Паша взлетает вверх по лестнице, подбегает ко мне и сразу начинает ощупывать со всех сторон. Я ловлю в его взгляде неподдельный страх, он действительно переживает, поэтому я прячу колкую язвительность, которая сидит внутри меня.

— Всё хорошо, — качаю головой, — она всё на охранника выплеснула. Ему сейчас промывают глаза, а её отвели вот туда, — указываю рукой на служебное помещение, — ждут, когда приедет полиция.

— Мне жаль, — Паша крепко обнимает меня, одним рывком прижимая к себе, — мне очень жаль, Лиза. Прости меня, пожалуйста. Это я виноват… Втянул тебя во всё это.

— Да, ты виноват, — в его руках я слабею, слёзы сами собой катятся вниз по щекам. Я пережила стресс, и мне ужасно надоело, что в моей жизни в последнее время нет спокойствия.

Как тут ребенка выносить, если постоянно что-то происходит?

— Поехали домой, — он целует меня в висок, — тебе нужен отдых.

— Меня попросили дождаться приезда полиции.

— Лиза, — он тянет меня за руку к эскалатору, — поехали. Я решу этот вопрос.

И после его слов я на секунду ощущаю себя маленькой девочкой, которую очень сильно обидели, и она просто ищет защиты.

— Правда?

— Конечно, — Паша мягко улыбается, и я всё же следую за ним.

Мы спускаемся в паркинг, он помогает мне усесться на пассажирское сиденье, удобно регулирует кресло и обещает вернуться через несколько минут.

Пока он решает вопрос, я сама не замечаю, как вырубаюсь. Меня, видимо, настолько раскачала вся эта ситуация, что как только я оказалась в безопасном месте, организм выключился.

Открываю глаза и вижу через лобовое стекло наш дом. Паша сидит рядом и неотрывно смотрит, не спуская глаз с моего лица. Я даже в первые секунды теряюсь от такого пристального внимания.

— Мы давно приехали?

— Десять минут назад, — тихо отвечает, пододвигаясь ближе ко мне, — ты сладко спала, я не стал будить. Печку включил, чтобы не замерзла.

— Дети заждались уже…

Тут же обхватываю ремень безопасности, чтобы снять его, но Паша останавливает меня, мягко перехватывая за руку. Сжимает мою кисть, поглаживая большим пальцем костяшки моей ладони.

— Я позвал твою мать, она их забрала к себе. Я подумал, тебе нужен покой и больше тишины.

— Она согласилась? — удивлённо вздергиваю бровь.

Обычно мою мать трудно уговорить сидеть с ними, потому что они очень шумные и не всегда послушные.

— Я ей заплатил, — коротко смеётся, и у меня непроизвольно вылезает улыбка, — и пообещал, что больше никогда тебя не обижу. Лиза, послушай, — он делает паузу, собираясь с мыслями, а потом ещё ближе, почти вплотную придвигается ко мне, — я так виноват перед тобой. Мне так хреново на душе, и я сам себя ненавижу. В какой-то момент я ужасно запутался, мне казалось, что если я… Если я могу как-то исправить ту трагедию из прошлого, чтобы больше не чувствовать вину. Но я не виноват, — он говорит последнюю фразу на выдохе, — не виноват в том, что с ней случилось. Но зато я виноват в том, что случилось с нашей семьёй. Прости меня. Просто разреши мне быть рядом, я не стану тебя продавливать. Мне просто нужен наш дом, я ужасно скучаю. И дети скучают.

— Понимаешь… — закусываю губу, — я в глубине души хочу тебя простить и понять. Хочу встать даже на твоё место, чтобы прочувствовать то, что чувствуешь ты. Но моё сердце никак не совладает с логикой. И каждый раз, когда я даю шанс сердцу, мой мозг просто вопит, что я не должна этого делать. Конечно, Паша, чувства никуда не делись. Мы столько лет вместе, у нас почти четверо детей, — инстинктивно кладу руку на живот, — ты был моей первой и самой большой любовью. По щелчку невозможно разлюбить… Но чтобы у нас что-то получилось, я должна тебя полюбить вновь. Уже другой любовью. Не такой слепой и верующей, а взрослой, надёжной и устойчивой. Понимаешь?

— Понимаю. Тогда…

— М?

Он аккуратно целует меня в уголок губ, не пересекая черту.

— Тогда я влюблю тебя вновь. Только покажу тебе в этот раз, Лиза, что на меня можно опереться. И что я не предам больше.

Глава 25. Павел

Размашистым шагом пересекаю коридор, кулаки непроизвольно сжимаются, а внутри всё клокочет от злости и негодования. Я никогда не сталкивался с сумасшедшими женщинами, тем более которые готовы ради непонятно чего вести себя неадекватно.

Наверно, потому что и женщин-то особо в моей жизни не было. Была всегда Лиза. Конечно, другие проявляли ко мне интерес, пытались познакомиться, как-то войти в более тесный контакт, но я никогда не отвечал взаимностью.

Потому что правда сильно любил жену. И сейчас люблю.

Но ситуация с Юлей… оказалась для меня шаткой и не совсем лёгкой. Я не снимаю с себя груз ответственности, случилось так, как случилось. И изменить я это не могу.

— Ну-ка, иди сюда, — я ловлю девушку у выхода из помещения. Стискиваю грубо ладонь на её локте и дёргаю в сторону.

Она испуганно округляет глаза и пищит.

— Мне больно.

— А мне плевать, — рявкаю шёпотом, чтобы никто не услышал, — ты совсем с катушек слетела?