Ася Петрова – (не) Любимый сосед (страница 32)

— Маш, я даже при желании не смог бы их открыть, — усмехается в ответ, — Хочу напомнить, что ты мне их завязала какой-то лентой. Скажи честно, у нас какая-то ролевая игра?

— Матвей, — укоризненно качаю головой, — Никаких игр. Я просто хочу тебе кое-что показать и ужасно волнуюсь. Побудь серьезным немного.

— Ладно-ладно! — поднимает свободную руку вверх, сдаваясь, — А мне будет приятно?

Нет, он неисправим.

— Надеюсь, что да.

Я привела его в мастерскую, на днях я полностью закончила все выставочные рисунки, на большем количестве из них — изображен Мот. Я не знаю, как он отреагирует, но надеюсь, что ему понравится. Выставка начинается с завтрашнего дня, и я подумала, что хочу, чтобы именно он был первым зрителем и первым же критиком. Рука в его ладони слегка подрагивает, он чувствует мою дрожь, сжимая крепче. Мне так нравится, когда он ласкает мою кожу. Его ненавязчивые поглаживания всегда успокаивают мою нервную систему, порой я готова замурлыкать и забыть обо всех проблемах.

До сих пор не верю, что невеста. Его девочка, как он любит говорить. Неделю любуюсь своим красивым колечком и с каждым разом оно мне нравится все больше и больше. Тему свадьбы мы не заводим, я не хочу поднимать этот вопрос, пока не решен главный. Вопрос его полной свободы. Он взял отпуск, чтобы провести время со мной. Мне нравится, как мы узнаем друг друга еще больше.

И наконец он заговорил. О себе, о своем детстве. Вчера, когда я лежала у него на груди, он первый начал разговор.

— Маш, я хочу пригласить мать в гости. Она поживет у меня в квартире, а я пока у тебя перекантуюсь, если ты не против?

— Конечно, не против. Я буду рада познакомиться с твоей мамой.

— Да, она славная женщина. Правда болезненная очень.

— Что ты имеешь ввиду? — приподнимаюсь на локте, заглядываю в его глаза.

— У нее рак желудка, агрессивная форма. Моя старушка пока держится, но он атакует. Поэтому она очень слаба. Я хочу сам за ней съездить и привезти. Мне нужно будет уехать.

— Так может лучше мы к ней тогда? Зачем же бедную женщину дорогой изматывать? — сердце сжимается от тоски. У Мота так много проблем, и он такой сильный и стойкий. Разве мог этот хамоватый мужчина оказаться таким хорошим? Или это же я тогда вбила себе в голову, что он грубиян… Уже не важно, главное, что он мой. Со мной.

— Не, она давно хотела приехать в гости, да и врач говорит, что смена обстановки ей на пользу, — он старается улыбаться, но я вижу, как грустнеют его глаза, — А вообще я давно хотел ее сюда перевезти. Но у нее там огород, подружки, сестра. В общем полный набор, она ни в какую не хочет.

— Она просто привыкла к той жизни, там все отлажено. А здесь заново строить придется, и это может послужить серьезным стрессом для нее и ее организма.

— Какая ты у меня умненькая девочка, — он целует нижнюю губу, посасывая, — Самая лучшая.

Его комплименты выше всех похвал. Он вселил в меня столько уверенности, что я впервые за двадцать восемь действительно себя ощущаю красивой, достойной, яркой, желанной. И все благодаря ему.

— И когда ты собираешься уехать?

— Хочу взять билет на пятницу.

— Уууу, я уже скучаю, — начинаю смешливо хныкать.

— Малыш, всего три дня, и я снова весь твой.

— Угу, — затягиваю дальше в поцелуй, касаясь кончиком носа его кончика.

— Кстати, может, когда поженимся снесем эту стену к чертям, и объединим квартиры? — вдруг предлагает Мот.

Поворачиваю голову к стене, за которой его комната. Мы ночуем то у него, то у меня. Благо ходить недалеко. Соседи с привилегиями. Ха!

Воспоминания вспыхивают в голове, как рисовала пальцем на этой стене его образ, как маялась от ревности, как мечтала о его руках. И вот все сейчас у меня есть. Эта стена, как напоминание о том, что между нами были барьеры. И мы их разрушили. У нас получилось.

— А давай! — соглашаюсь я.

— Ну и славно, — утягивает на себя, лаская ноги, руки, живот.

Встряхиваю головой, когда ощущаю толчок в бок. В мыслях и воспоминаниях потеряла счет времени.

— Маш, у тебя все в порядке? Мне кажется ты молчишь уже минут пять, а я бы хотел освободиться от оков. Хочу видеть тебя, моя колючка.

— Ой, прости, задумалась. Секунду.

Развязываю ленту на его глазах. Он первое время щурится, морща лоб. В недоумении оглядывает мастерскую, крутя головой в разные стороны.

— Смотри сюда, — указываю рукой в бок, где аккуратно стоят холсты.

Он замирает. Да, самая первая картина из стоящих — его портрет. Он детально прорисован. Я просыпалась ночью, украдкой накидывая карандашом все его изгибы на бумаге. Он даже не подозревал, что я как фанатка рисовала его, стараясь уловить каждый момент и деталь.

— Охуеть, — он не сдерживается от бранной речи, подходит ближе к холстам, внимательно разглядывая.

— Это реально ты нарисовала? — в шоке смотрит на меня.

— Эй, а чего тебя так удивляет?

— Просто это чертовски пиздато, — он снова не сдерживается, начинаю смеяться.

— Не, маленькая, я в искусстве не разбираюсь, но нарисовано очень круто! Ты талант, Маша. Ты невероятная. Просто, капец, что у меня за женщина.

Он так искренне восхищен, что от умиления я начинаю плакать. Тихо так, ловя губами крупные капли.

— Тебе правда нравится? — всхлипываю.

— Ты чего, колючка? — кладет холст на место, сжимая меня в объятиях, — Я ничего талантливее не видел. Это просто огонь.

Мот целует меня в макушку, поглаживая затылок.

— А я переживала, что тебе не понравится.

— Ерунда какая, — отмахивается от моих слов, — Мне все в тебе нравится. Хотя нет, не все.

Замираю, закусываю щеку изнутри. А что это ему не нравится…

— Мне не нравится, что мне тебя мало. Я как волк вечно голодный, хочу тебя видеть, трогать, быть рядом. А ты все еще не жена мне. Давай уже заявление в ЗАГС подадим? Не понимаю, чего тянуть.

— А я думала, ты хотел сначала решить свои проблемы с…, — замолкаю, — Ну ты сам знаешь с чем.

— Я решу, Маш. Но я хочу, чтобы ты скорее стала полностью моей. Ну так что?

— Можешь не спрашивать, родной. Куда ты, туда и я.

Глава 37

В пятницу, как Мот и говорил, он уезжает. За день до этого мы подаем заявление в ЗАГС. События в жизни так стремительно мчатся, что я не успеваю даже отследить свои эмоции, ощущения и уж тем более поймать старый ритм жизни. Да и получится ли жить по-старому, когда нас теперь двое? И не хочу я как раньше. Без него уже не так хорошо.

Оставшись наедине с собой, я возвращаюсь к привычным делам, работа кипит. Учеников становится больше, потому что выставка с каждым днем проходит на ура. Все довольно лестно отзываются о моих работах, конечно, и критики хватает: тут мазок не такой четкий, тут смазано, тут не до конца раскрыта тема. Но я сама лично довольна проделанной работой. Я старалась, я жила этими эскизами. И то, что приходят новые люди, желающие обучаться именно у меня — самая главная похвала.

На перерыве между лекциями заглядываю в телефон, смотрю все свои заметки, важные записи. Глаза натыкаются на календарь цикла. О, месячные. Я что-то про них совсем забыла… Смотрю на даты, и не понимаю. Как я могла пропустить? Может неправильно внесла данные. Сводка показывает, что у меня задержка уже три недели. Но я понимаю, что это невозможно. Или возможно…

Черт! Секс в машине! Я не выпила таблетку. А потом у нас опять было. И я опять не выпила. Ну что я за идиотка?

Не то, чтобы я не рада, но куда еще и ребенок сверху. Мы всего ничего вместе. Да, мы как два безумца, влюбились в друг друга. Да, мы женимся. И я думала о детях, но в перспективе. Я надеюсь, что это просто ошибка. И тем более если смотреть по датам, то секс был не в пик овуляции. А значит, есть шанс, что цикл просто сбился.

Покупаю после работы десять тестов. Чтоб наверняка.

Прихожу, и не раздеваясь, бегу в туалет. Скорее проверять. Как Кощей чахну над этими тестами, мысленно моля, чтобы был отрицательный. Да, я хочу детей! Очень. Особенно от Матвея. Но мы толком не пожили для себя.

Пожалуйста! Пожалуйста!

Положительный…

Так, стоп. Без паники. Бывают ошибочные результаты. Делаю второй, третий, четвертый. На пятом сдаюсь. Все положительные.

Хлюпаю носом, я боюсь. Одно дело мечтать, другое — вот оно. Уже развивается у меня в животе. Ну ладно, не оно, конечно, это я от страха так. А вполне себе милая фасолинка, или какой там срок. Горошина. Тру вспотевший от волнения лоб и сразу набираю Матвея. Идут гудки, он не берет трубку. Видимо связи нет или сел. А я не хочу оставаться наедине сейчас с этим.

Ну давай, родной мой, возьми же трубку. И я тебе скажу, что ты скоро станешь папой.

Но он не отвечает. Натягиваю трусики и джинсы, бурчу под нос, внимательно всматриваясь в тесты. Гипнотизирую их. Авось померещилось. Но нет, тут все четко.

Так, нужно записаться к врачу. Набираю номер ближайшей женской консультации и записываюсь на утро. Я вообще не очень терпеливый человек. Чем быстрее все узнаю, пойму как дальше действовать, тем проще.