Ася Невеличка – Поцелуй неуловимого босса (страница 25)
Меня прострелило. Я вскочила и повисла на подоконнике. Машина Максима Денисыча стояла напротив хода в общагу как раз под нашими окнами, а заодно удачно припаркованная, чтобы просматривать все входы и выходы между общагами мужской и женской.
- Облом, - расстроено протянула Людка справа от меня.
- Трындец, - согласилась Алка
А со спины блямкнул телефон, заставив подпрыгнуть на месте.
Ой, так он не на дежурство, а за мной?!
Ответа не последовало, я не выдержала и набрала очередную смс:
И что-то так тоскливо стало… Сердце рвалось к нему, но обида мешала сдвинуться с места.
Отправила и закрыла глаза, пытаясь подавить рыдания.
- О! Свалил. Гуляем!
Вот так легко он сдался… Теперь точно найдет мне замену…
Весь следующий день меня игнорировали, а на другой, завидев в коридоре фигуру ректора, направляющегося в нашу сторону, я попятилась, рассчитывая сбежать незамеченной, и столкнулась с Комаровым:
- Аккуратнее, малышка, - обворожительно улыбнулся тот, придержав меня за плечи.
- Ой, извини, не видела…
- Комаров, руки убрал! – раздался за спиной ледяной голос Максима Денисыча. – Отпусти её.
Мы поспешно отступили друг от друга, Комаров непонимающе, а я готовая провалиться сквозь землю.
- Васильева, в мой кабинет, живо.
Такого ректора я игнорировать не могла. Промямлив извинения, поплелась за Максим Денисычем в его кабинет.
Он вел себя безупречно ровно до того момента, как за нами не закрылась дверь в приемную.
- Какого черта происходит, Васильева?
- Ничего не происходит, - прогундосила я, чувствуя, как в глазах собираются слезы, а нос уже хлюпает.
- Тогда какого хрена я должен бегать за тобой?
- Не должны…
Ректор метался передо мной, заложив руки в карманы, делал два стремительных шага влево, потом обратно и снова.
- Я думал, мы уже всё решили, - зло выплевывал он слова.
- Это вы решили, а не я.
Максим Денисыч резко остановился и навис надо мной:
- А мне казалось, тебе понравилось, - вкрадчиво произнес он, и тут бы мне насторожиться, но вместо меня уже говорила гордость.
- Что именно мне понравилось? Как вы меня шантажировали? Использовали? Заставили переспать с вами?
Он толкнул меня к стене, прижав рукой, и прорычал в лицо:
- Если мне не изменяет память, ты сама пришла сюда и согласилась!
- Вы меня вынудили, - отбивалась я, еще надеясь, что мы сможем разойтись по мирному.
- Значит, придется вынудить тебя снова, раз по-другому ты не понимаешь.
То, что Максим Денисыч настойчивый и упрямый, я уже знала, но то, что он еще может быть жёстким и агрессивным, стало неожиданностью.
Сумев отклониться от его грубых поцелуев, я успела прошептать:
- Вы не можете…
- Я всё могу, ведьма.
Больше мы с ним не разговаривали, он молча взял меня у стены, пресекая всякое сопротивление, вбиваясь резко и грубо, заглушая стоны и вскрики удовольствия жесткими поцелуями. А потом перенес на диван и повторил еще там. Поставил на колени, выгнул в пояснице и перехватил за волосы.
- Чтобы я рядом с тобой никого не видел, - выдавал он короткими фразами, входя в меня на всю длину. – Ни одну мразь. Застану – вышвырну из университета. Поняла?
Я скулила, еле улавливая смысл его слов и растекаясь от резких выпадов. Испытываемое наслаждение никак не вязалось с грубостью, с которой он брал меня. Неудобное положение только добавляло остроты, а протяжные стоны ректора плохо сочетались с произносимыми угрозами.
Когда я натянулась как струна, он дернул меня за волосы, перехватил рукой за грудь, поднимая и прижимая к себе, и судорожно дернулся, прохрипев на самое ухо:
- Сашка, что ты со мной делаешь, дурочка…
И этот хрип породил волну взрывов в моем теле. Я дрожала в его руках, чувствуя, как на каждый мой спазм откликается его тело, дергаясь в испытываемом наслаждении.
Не знаю, сколько мы стояли так, спаянные обоюдным удовольствием, но внутри меня все звенело от счастья и близости этого мужчины. Разве можно ненавидеть и одновременно чувствовать такую щемящую любовь? У меня точно не получалось…
- Сегодня переезжаешь ко мне.
- Нет.
- Что значит «нет»? – ректор опять нахмурился, не выпуская меня из рук, но разворачивая, чтобы видеть лицо.
- Я не хочу мешать вашей личной жизни.
- Какой нахрен личной жизни? Что ты пытаешься мне доказать?
- Максим Денисыч, вы можете использовать меня и дальше, угрожать и шантажировать, я же все равно не смогу сопротивляться. Но делайте это хотя бы честно.
- Что делать – использовать?
- Д-да…
- А честно – это как?
- Не лезьте так глубоко в мою жизнь, не связывайте нас, не влюбляйте меня…
- Что значит не лезть? Все еще хочешь подцепить Комарова? Ты не оставила эту глупую затею? – разозлился ректор.
- Причем здесь Комаров?! – раздраженно рявкнула я, понимая, что из моих слов он слышит только то, что ему хочется.
- При всем! Я не шучу – увижу его рядом с тобой, он тут же вылетит из университета.
- А я?
- А тебя придется выпороть за потерю лучшего студента и поставить в угол… На колени.
- Не делайте вид, что я вам нужна, а вы ко мне что-то испытываете. Это не так! – выкрикнула я, чувствуя, как дерет горло от сдерживаемых эмоций.
- Что ты можешь знать обо мне, дурочка? Ты хоть раз меня замечала до той ночи, когда вздумала отравить своим зельем?