Ася Михеева – Тара. Повесть и рассказы (страница 2)

– На семнадцатый, – она поднялась и пересела за столик к дельфинерам, – а мы пока попрощаемся.

Илья не знал, восхищаться ему этой девушкой или тихо посмеиваться. Она двигалась, звучала, пахла совершенно не так, как это делали плавные царственные айланки. Она вообще напоминала мальчишку. Но, во-первых, ни один мальчишка не вел бы себя так, будто ему принадлежит весь освоенный космос и личный корабль впридачу, а во-вторых, ни один мальчик не вызывал в Илье такой бури ощущений.

– Мы бухали вместе, и я Своорта перепила. Это надо хорошую практику иметь – пить и танцевать одновременно. Боссе с Нильсом проставлялись, но я взяла историями. Все забыла, конечно, да и у них языки заплетались – диктофон чуть не укнулся, еле распознала утром.

Илью обуревало желание заткнуть уши и трясти головой. Не женщина, а беглец из мультика. Соломенные волосы до носа, сзади гораздо короче, глаза искрятся – и то молчит, то тараторит…

За два дня полета они успели обсудить больше тем, чем он когда-либо обсуждал с любым из своих друзей. Вот и сейчас – отключила фиксаторы на пилотском кресле и крутится, сложив ноги на подлокотники.

– Семьдесят третий, семьдесят четвертый и восемьдесят девятый сектора у нас вообще не охвачены. Согласно очереди не вышло, по военному положению, а сейчас основной экзот уже в засотневых, а кое-кто уже по второму кругу пошел – тоже, говорят, интересно.

– А ты сама из какого сектора?

– Я? – засмеялась Джейм, – я землянка.

Илья присвистнул.

– Ну, вообще-то родилась я в тридцать седьмом, но на этой самой посудине, а у «Мигги» порт приписки – Джакарта, так что я считаюсь индуска. Пойдем, по кофе сбацаем?

Это значило, что Илье следует сварить кофе по-айлански. По-турецки Джейм забраковала, по-венски Илья и сам не любил, а для ирландского не было правильного алкоголя.

Он встал и потянулся: кресла в «Мигге» были тесноватые.

– Пойдем, конечно.

Однако до кухни они не дошли. В коридоре Джейм поймала его за ремень и сунула руку под футболку. А когда он остановился и повернулся к ней, встала на цыпочки и поцеловала в губы.

– Ты.. уверена? – спросил Илья

– Еще один вопрос, и я тебя убью.

Он пришел в стабильно разумное состояние только на следующее утро, в каюте Джейм, среди разбросанных подушек и деталей одежды. Девушка спала прямо на нем, удобно упершись головой в его подбородок. Илья поерзал, пытаясь вздохнуть, Джейм подняла руку, взяла его за нос и повернула в прежнее положение. Ритм дыхания при этом у нее не изменился.

– Джейм?

– Мммм?

– Леди, я хочу подышать.

– Ум… – она недовольно застонала, но позволила передвинуть себя на несколько сантиметров вниз.

– Ты говоришь, родилась на этом корабле… – он задумался над тем, что бы ему предстояло сделать в аналогичной ситуации на Айле, – а где сейчас твоя семья?

Джейм проснулась мгновенно, как кошка, и села, потягиваясь.

– Кофе хочу!!! Где сейчас?.. Мать продала мне «Миггу», добавила от себя и купила новый кораблик, получше. Не знаю, где они с Джастином сейчас. Кофе, кофе! И бутерброд. И блинов.

Илья приподнялся на локтях, пытаясь углядеть в море одеял, подушек, какого-то тряпья – свои штаны. Безуспешно.

Джейм перекатилась на четвереньки и потягивалась уже в этой позе. Илья на всякий случай зажмурился.

– Надо было еще вчера тебя соблазнить. Лишний день в одежде пропарились. Ну, пошли, пошли кофе варить!

Илья завернулся в какое-то полотенце и двинулся на кухню.

– Мать-то работает на канале «Дискавери» с двадцати лет, сначала была обычный фрилансер, а в штат они ее взяли, когда мне уже четырнадцать было, надрались мы с ней, помню, как поросята. А меня-то они давно знают, первый мой фильм купили, когда мне десять лет было. Я же с этой камерой в руках выросла. С третьего фильма поставила себе разъем, так что она летает типа сама по себе, никого не напрягает. Ну, я снимаю и отдаю, они мне даже начисляют по продажам уже, лет пять и кредит мне за «Миггу» закроют.

– Тебе твоя работа дала кредит?

– Именно. Это такой понт, никто не верит. Мне даже пенсионные отчисления идут, во как!

Не работа, мечта – летаешь по вселенной, все разнюхиваешь, интересные вещи ищешь – и тебе за это же бабло кидают те, кто по домам сидит. Вот так-то, да.

– Одна не боишься?

– А я редко одна. Я обычно с бойфрендом, так веселее и кому готовить есть.

– А где он?

Джейм поморщилась.

– Предыдущий кончился. Был и весь вышел. А ты будешь новый. Я думала Нильса взять, но они только все вместе хотят, а мне куда трех мужиков, у «Мигги» воздухооборота не хватит.

Илья поставил на стол сковородку.

– Ешь. А отец твой где?

– А у меня не было никогда отца, – весело сказала Джейм, наматывая макароны на вилку, – ну то есть я знаю, что должен быть кто-то, но нету, мамины парни вполне заменяли. Я даже, быть может, искусственно зачатая, хотя вряд ли, мать в искусственном мужике сроду не нуждалась. Она-то еще побаще меня будет, я красотка, а она звезда натурально.

– А у меня два отца, – задумчиво сказал Илья, – получается, на пару у нас с тобой по одному приходится.

– О, – загорелась Джейм, – расскажи! Это где, на Айле такие порядки?

– Никакие не порядки. Отец на войне погиб, мама вышла снова замуж. Отчима зову отцом. Он… настоящий отец. Хотя приемный. Так что я Маккензи, а семья у меня – Лейхас.

– А, так. Не, так неприкольно. Ты мне вот что расскажи – мне Своорт лапши навешал или правда у вас из лунной базы арт-объект сделали? А то, может, мне вообще семьдесят третья область не нужна? Я же по военным ужасам не специализируюсь, я диковинки снимаю. Красивое. Удивительное. Есть у вас что-нибудь в дыре вашей?

Илья хитро усмехнулся.

– Я думаю, ты не пожалеешь.

0:2. Тирнаног

«Мигга» приближалась к луне по высокой орбите вокруг сине-зеленой планеты, почти целиком покрытой светлыми спиралями циклонов.

– И где? – вытянула шею Джейм.

– Погоди, – ответил Илья и потерся носом о ее макушку, – сейчас увидишь.

Луна сияла над ночной стороной планеты. С каждой минутой, по мере приближения, она становилась все больше – и все крупнее выступали оспины кратеров и выбоин на ее поверхности. Но вот медленно, выходя из-за луны навстречу «Мигге», заискрилось что-то резное, светящееся, ажурное. И луна, и станция проходили ниже корабля, станция медленно поворачивалась.

– Корона! – ахнула Джейм, когда меж узкими стрелами постройки появилась темная полоса.

– Тороидная структура с односторонней надстройкой, – с гордостью поправил Илья, – диаметр тысяча четыреста метров. Возраст разных элементов от двухсот до тридцати лет.

– О, да, это арт-объект, несомненно… – протянула Джейм, – нам разрешат облететь ее несколько раз? Мне нужно часов шесть разных ракурсов. А вблизи она, наверное, не настолько прикольная?

– Подойдем поближе – увидишь, – ответил Илья и отвел взгляд от станции. На ночной стороне планеты не светилось ни единого огонька. А ведь вон оно – побережье Шинейда. Вон Брианская бухта. Вон острова Нево. Все темно.

Джейм подалась вперед.

– Объясни, что… Боже, как они Это сделали?

– Ну обычно все транспортные и проводные системы прячут внутрь, – пояснил Илья, – потому что неэстетично. А мы..

– Понимаю, ага, ирландская вязь… А как в них ремонтники разбираются?

– Да гораздо легче, чем шуровать в том же вакууме под обшивкой…

– Но это же такая путаница!!

– Они же все только снаружи металлизированы. С внутренней стороны везде метки.

– А… алмазы?…

– Уй, Джейм, ну нормальные же зеркальные пузыри!

Джейм тихо ругнулась и откинулась в кресле, едва не стукнув Илью по подбородку. Он легко отодвинулся – привык к ее порывистым движениям. Быстро привык. Кажется, немного слишком.