Ася Михеева – Мост (страница 23)

– Давно, – задумался он, – ну… э-э-э, не опирайтесь на нее там. Придут капитан с Журом, узнаем, можно ли им на виадук. А то бывало всякое. И глаза вытекали, и кишки вываливались… А уж сколько просто падало с него народу! Люди не зря туда не ходят.

– А мне-то туда и вовсе незачем, – добавила Локи, – ступеньки хоть на самом деле и не скользкие, но выглядят как голый лед, да там еще ветрище такой. Я обеими руками за перила держалась, и то страшно было. А сейчас как? Не, мне все равно на Гору не лезть.

– Подала идею – и в кусты, – буркнул я.

Петеан дико на меня посмотрел, но, когда Локи засмеялась, фыркнул тоже.

– Шуточки у вас, молодежь… Пойдемте, у меня еще одна карта есть, для наших нынешних дел не очень важная, но потренироваться на ней можно.

И мы ушли к нему в кабинет. Тренироваться читать карты. И даже немного – чертить. Оказалось, действительно не очень сложно, особенно если с опорой для запястья.

На верху виадука было ветрено. Ванг и Жур держались за перила без всякого стеснения – обыденно, но цепко. Ванг в конце подъема внезапно начал прихрамывать. Кажется, он приврал Петеану насчет того, как давно и как именно его лечили в последний раз.

Бухта лежала перед нами, наполненная кораблями, малыми яликами и рыбацкими лодками, шныряющими туда-сюда. Чем дальше вглубь, тем пустыннее; от острова, заросшего кустарником, до белой струйки водопада – никого.

– Так вы докуда дошли? – спросил я.

Жур уверенно ткнул пальцем.

Я крякнул. То, что на карте обозначалось как несколько широких расселин и обрыв, выглядело живым глазом как мешанина каменных пальцев, наполовину скрытых в густой зелени.

– Второй вопрос – как вы его оттуда вытащили?

Жур и Ванг обернулись на меня, переглянулись.

– Чудом, – наконец сформулировал Жур. Ванг скривился, но кивнул, подтверждая.

– Если бы я сначала посмотрел отсюда, – признался брат, – никогда б туда не полез.

Жур вытащил подзорную трубу, Ванг другую, и они принялись внимательно изучать берега.

Я посмотрел вниз.

Дымчатая дуга виадука падала из-под наших ног. В крыши, в зелень старых деревьев Моста. Где-то на полпути между мной и ближайшей крышей пролетела стайка городских голубей, что гнездятся вокруг каминных труб и на заброшенных балкончиках. Виадук, узкий, едва разойтись двоим, крутой и никуда не ведущий, даже не на все карты наносился. На нас троих, гуськом взбиравшихся по полупрозрачным ступеням, показывали пальцами и что-то кричали случайные прохожие, пока их голоса не исчезли в гудении ветра между перилами.

Но что виадук! Весь Мост лежал под ногами. Семь улиц, идущих с Юга на Север параллельно парапетам, бесчисленные поперечные улочки, башни тысячелетней постройки и новенькие дома; склады, магазины, гостиницы, огражденные крепостцы серьезных домов и скромные особнячки старинных семейств; суды, библиотеки, торговые палаты и острый шпиль университета. Театры, пассажи, еще магазины, окутанные листвой крыши королевского квартала и в противоположном конце Моста – скопление башен магической школы. Я отвернулся и поискал взглядом дом Петеана. Крошечная, на два чердачных окна, красная крыша у задней стороны мраморного здания какого-то банка.

– Брат, посмотри-ка, что это? – спросил я, прищурившись. Над цирковой площадью болталось… что-то округлое.

– А? – обернулся ко мне Ванг, громко резко вдохнул, покачнулся, дико глядя на меня. Жур подскочил, схватил его за китель и почти повалил – оба сели на гладкую поверхность виадука между перилами.

– Ты чего?

Ванг втянул в себя воздух.

– Сам не пойму. Что-то приблазнилось… Спасибо, Жур, я правда же чуть не выпал.

Я нервно оглядывался.

– Что ты там увидел-то?

– Да не там. Ты сам. Не знаю что. Что-то.

Ага, Локи смешно, Вангу страшно. Может, и на мое счастье на мне эта завеса.

– А что ты хотел-то? – спросил мичман.

Я показал.

Жур и подошедший поближе Ванг долго рассматривали коричневый пузырь.

– А, это аттракцион, людей поднимают в корзине над домами… Недорого и куда безопаснее виадука. Но страшно, так что желающие всегда есть, я девушек катал пару раз, – сказал Жур.

– А как поднимают, на этой штуке сверху? – удивился Ванг.

– Нет, вот этот пузырь, монгольфьер, у него снизу корзина, люди в ней сидят, а владельцы ослабляют канат – монгольфьер пытается взлететь и тянет корзину вверх. Ну, потом канат выбирают, корзина опускается, ты вылезаешь.

– А почему он летит? – спросил я.

Жур пожал плечами.

– Я не вникал. Там какое-то устройство, огонь горит, может быть, за счет дыма… Не знаю, честно.

– Что это? – уточнил я.

– Это, значит, воздушный шар, – медленно сказал Ванг, – я же видел такие. Только те, раньше, были маленькими, и на них в цирке катали собак и обезьянок. А этот, похоже, не на обезьянку рассчитан. Он же может довольно высоко залететь, если ветер в нужную сторону и ровный.

– А ветер у нас обычно дует туда, куда показывает моряк, – с той же ленивой протяжечкой добавил Жур, – чем моряк и отличается от любого другого мостовитянина…

– Вопрос, сколько человек он поднимет, – хмуро сказал брат, – и сколько нам встанет его выкупить.

Ванг стоял рядом со мной и меня уже совершенно не боялся. Я выдохнул. Не так просто напугать моего брата. Чем бы я на самом деле где-то там ни оказался.

– Идем вниз, – сказал Ванг, – займемся монгольфьером.

Спускаться было еще страшнее, чем подниматься. Оба моряка передо мной крепко держались за перила и ступали с оглядкой, так что мне хоть не было стыдно, что я трушу. Хорошо еще, что гладкая, как намыленная, поверхность ступенек совершенно не скользила. А если смотреть только себе под ноги, то и не страшно, и голова не кружится. Но вот легкая белая дымка в теле виадука потемнела, стала гуще, еще десяток ступеней – и виадук влился в черноту Моста.

– Я к Петеану, – сказал я, борясь с последним приступом головокружения.

– Мы к цирку, – ответил брат, кивнул, и они ушли.

У Петеана сидели старые капитаны и обсуждали то, что в бывшую Печальную площадь начали проваливаться дома.

Локи не показывалась. Петеан приспособил меня сходить за ужином, после чего усадил за объемную магическую каллиграфию. Даже и не знаю, радоваться или печалиться тому, что ею можно заниматься и вовсе без света, линии светятся сами. Кляксы, впрочем, тоже. На «уже темно заниматься» не свалишь. Я чертил и стирал, пока не услышал голос брата.

Ванг препирался с Петеаном насчет возможности взойти на Гору по северной бровке, Петеан ругал его безответственным руководителем и перечислял переломы и внутренние повреждения, которые пришлось исправлять в многострадальном айреновском организме.

Локи и Жур молча жевали. Капитаны, по всей видимости, разошлись по домам.

– Ванг, – сказала наконец Локи, облизав ложку, – я точно знаю, что Бран просил по этому поводу аудиенцию у его величества. У него была какая-то идея, но вернулся он очень расстроенный. У меня тогда был жуткий… не знаю, как у вас это тут называется… болела я по беременности. Так что он мне толком ничего не рассказал, но, если бы была какая-то возможность подняться пешком и король бы о ней знал, вряд ли дело так повернулось бы.

– Ну, король мог расстроить Брана и чем угодно другим, – сварливо добавил Петеан и вдруг задумался. – А я где был?

– Не помню, – призналась Локи, – говорю же… тошнило меня.

– А, – сказал Петеан, – помню-помню. Уна тебе вроде бы легче далась, тогда, почти семь лет назад, стало быть. Что ж я тогда делал? Ох, а ведь мы с Колумом где-то тогда проверяли Вторую Южную Лоцию, там же застряла куча народу, я смотрел архитектуру лоции, так и не понял, собственно, что с ней не так, это была на тот момент вторая схлопнутая лоция, по которой Колум прошел с кораблями… Погоди. Бран пошел к королю. Мне ничего не сказал. Тебе ничего не сказал… в смысле, что там было?

– Сказал, что на магов никакой надежды, змеиное гнездо, а король все же человек рациональный и может что-то по делу решить, если примет угрозу всерьез. Подробностей, правда, не знаю. Он тебе что, ничего не говорил потом?

Локи и Петеан некоторое время смотрели друг на друга.

– Я много чего не знаю о Бране, – сказал наконец старичок, – точнее, знаю о том, что у него были дела и планы, которыми он не делился. Так что мы не можем уверенно связать эту аудиенцию и… и то, что случилось потом. Хотя вероятность есть. Ты уверена, что речь шла именно об источнике?

– Может, еще о чем-нибудь, – пожала плечами Локи, – ну, об этом он точно упоминал. Потом… потом он только и сказал, что король с наследником – большие пессимисты.

Ванг уронил кружку, зашипел от боли в ошпаренном колене и неуклюже полез за кружкой под стол.

– Это ты совсем нечаянно или так разговор поддерживаешь? – сварливо спросил Жур, которому, кажется, тоже досталось кипятка.

– Я слышал об этой аудиенции, – сказал из-под стола брат, – и у меня есть ужасная мысль.

– Мысль? – заинтересовался Петеан.

– Я же сказал: УЖАСНАЯ мысль, – ответил Ванг, выбравшись из-под стола с кружкой в одной руке и ручкой от нее в другой, – я должен… я должен пойти покурить. Штурман, пойдем со мной.

– Я же не курю.

– Мне одному страшно об этом думать.