Ася Лавринович – Зимняя любовь (страница 31)
– Ну или для чего звать Игогошу? – хмыкнула Яна. – Даже не думала, что она решится прийти.
Оля посмотрела в ту сторону, где сидела Юля Игошина. Нарядная, с укладкой… Такая взволнованная, хорошенькая! Вот это преображение! Ее сначала и не признали… «Янка просто завидует!» – решила про себя Воробьева. А вслух произнесла:
– Зато ваших обожаемых Филимонова и Власова позвали!
Парни сидели на диване и о чем-то негромко переговаривались.
– Мне от них ни жарко ни холодно, – призналась Пучкова. – Это Ринка все по Власову тащится. Поэтому я в его сторону и не смотрю. А Филимонов мне даром не нужен. Такой слизняк!
– Интересненькое кино! – возмущенно воскликнула Оля. – Не ты ли наравне с Риной сватала мне Вадика?
– Так это ж для Ринки! – виновато проговорила Яна. – Чтоб в компанию к ним попасть…
– Да ну вас! – рассердилась Оля. Отошла от Яны и, гордо прошествовав мимо Власова и Филимонова, направилась к Игошиной.
Странно, конечно. За весь вечер Вадик не отпустил ни одной шуточки в сторону Юли. Может, Цветолина все-таки прислушалась к Олиному совету и поговорила с Егором? Теперь парни игнорировали Юлю…
– Ну как тебе здесь? – спросила Оля у одноклассницы.
Игошина растерянно посмотрела на Олю. В ее карих глазах отражались разноцветные огоньки новогодней гирлянды.
– Не знаю! Немного неуютно, – призналась Юля. – Никогда не бывала на подобных мероприятиях.
– Если тебе станет легче, Цветолина никогда подобных мероприятий и не устраивала.
– Врешь! – ахнула Игошина.
– Честное слово! – засмеялась Оля. – Для вас обеих эта вечеринка – новшество. – Она присела рядом на подлокотник кресла. – А вот в нашей прошлой школе мы классом собирались каждые две недели. Традиция такая. Чаще всего у одного мальчика, его родители – археологи, постоянно в разъездах… А сколько у него классных старых черепушек!
– Ты скучаешь по прежней школе? – спросила Юля.
– Скучаю! – честно сказала Оля. – По классу… Он очень дружный!
– По этому бы классу я не скучала, – скривилась Игошина. – Жду не дождусь, когда со всеми распрощаюсь.
Оля, тяжело вздохнув, подумала: «Как, наверное, мучительно совсем не иметь в классе друзей… Помимо контрольных и домашних заданий еще и ощущать одиночество! Даже на перемене поболтать не с кем!»
Воробьева склонилась к уху Игошиной и попросила:
– Юля, а расскажи о себе. Какую музыку ты любишь?..
Цветолина в это время судорожно металась по кухне. Всем ли хватит напитков? А еды? Похвалят ли эту вечеринку? Впервые за долгие годы ее вдруг снова царапнуло давно позабытое чувство – что подумают остальные? С одной стороны, очень страшно, что кому-то что-то не понравится, а с другой – приятно, когда, глядя в глаза, тебе с искренностью говорят: «Все круто! Цвета, спасибо, что позвала!» Цветолина уже позабыла, каково это – общаться с ребятами напрямую, а не слышать за спиной перешептывания.
Девочка несла коробку с пиццей в зал, когда раздался звонок. Если б Цвета не проходила мимо, то вряд ли бы вообще его расслышала из-за громкой музыки.
«Ну все, конец! Соседи вызвали полицию!» – подумала в панике Цветолина. Она предупреждала маму, что к ней придут гости, но при этом «забыла» уточнить, что в квартире соберется целый класс. Мама была так рада, что дочь наконец начала с кем-то дружить в новой школе, что уехала на всю ночь к Цветиной бабушке.
Цветолина заглянула в глазок. Темно. Кто-то прикрыл его рукой.
«Что это еще за шутки?» – сердито подумала Цвета. Может, Филимонов успел зачем-то выйти в подъезд и вернуться? В его репертуаре так прикалываться. Цветолина оглянулась. Музыка играла так же громко, из комнаты доносились оживленные голоса одноклассников.
Цвета осторожно приоткрыла дверь. В тусклом свете лампочки не сразу разглядела Глеба Лисина. Парень стоял, прислонившись плечом к стене.
– Чего тебе? – грубо спросила Цвета, пытаясь унять бешеный стук сердца. Ноги стали ватными.
– Привет! – хрипло проговорил Глеб. Откашлялся. – Сестренка!
– Тебя никто не звал, если ты не понял с первого раза! – проговорила Цветолина, собираясь закрыть дверь перед его носом.
– Стой! – Глеб успел поставить ботинок.
– Здесь скучно! – язвительно проговорила Цвета. – С детскими конкурсами, чаем…
– А тортик уже разрезали? – спросил Глеб.
– Ой, Лисин! Уходи! – поморщилась Цвета, снова потянув на себя тяжелую дверь.
– А Оля здесь?
И этот внезапный вопрос прозвучал для Цветы так громко… Словно в горах, эхом пронесся по просторной пустой лестничной клетке и больно кольнул в сердце. Девочка обула тапочки и вышла в подъезд. Сделала широкий шаг навстречу Глебу, будто решилась прыгнуть в пропасть. Теперь она стояла к Лисину так близко… Его куртка приятно пахла морозом.
– Зачем тебе Оля? – спросила Цвета, подняв глаза на Глеба.
– Жить без нее не могу, – проговорил парень, не сводя взгляд с Цветолины.
– Отстань от нее! – проговорила Константинова. – Ты зря теряешь время. У Оли, между прочим, парень есть. Если ты не знал…
Глеб только покачал головой.
– Мое сердце разбито!
– Не валяй дурака! – отозвалась Цветолина. – Не лезь в чужие отношения!
– Ты же зачем-то лезешь… – усмехнулся Глеб. – А мне, значит, нельзя?
Цвета скрестила руки на груди:
– Да не было там никаких отношений! Вы тогда только познакомились. Я у папы спрашивала…
– Как мило! – негромко рассмеялся Глеб. – Ты решила справиться у отца о моей личной жизни?
– Отстань от Оли! – упрямо повторила Цветолина. – Она любит другого!
– В таком случае, может, ты составишь мне сегодня компанию?
– Еще чего! – фыркнула Цвета.
Тогда Лисин тяжело вздохнул и развернулся. Спустился на полпролета и остановился. Цветолина какое-то время продолжала топтаться на месте, прислушиваясь к звукам из-за двери. Громкий смех, басы…
– Ты еще не ушел? – хрипло спросила Цвета.
– Не дождешься! – отозвался Глеб.
Тогда Цветолина подошла к перилам и, облокотившись, уставилась на парня, который сидел на подоконнике. Непринужденно болтая длинными ногами, Глеб смотрел на Цвету снизу вверх и улыбался.
– Долго будешь там стоять? – не выдержал Лисин.
Цветолина не ответила. Продолжала молча разглядывать парня.
– Чего ты добиваешься? – наконец спросила она.
Глеб, улыбаясь, пожал плечами.
– Чтобы ты спустилась ко мне! – произнес он.
– И не подумаю!
– Иначе буду кричать, – предупредил Глеб.
– Кричи! – равнодушно отозвалась Цвета.
Глеб громко откашлялся. На площадке была отличная акустика…
– Цвета! – выкрикнул он.
– Ш-ш! Ты серьезно?
– Цве-то-ли…