Ася Исай – Развод. Двойня в подарок (страница 6)

К тому времени я уже арендовала крохотную квартирку недалеко от Щелковской. Она идеально мне подходила. Там было не только место для сна, но и для работы. Крошечную кладовку я переоборудовала для записи озвучки сериалов. Ну как переоборудовала… Перенесла все вещи, убрала полки, приклеила звукоизоляцию. Притащила подставку для ног от кресла-качалки вместо табурета, а столом у меня была высокая корзина для белья.

Ничего лишнего. Удобно! Но когда там начал появляться Артур, стало тесно и жарко. Он просто сидел на полу у двери и тихонечко меня разглядывал. Особенно губы… А я отключалась, погружаясь в мир совсем простых, но хитро закрученных сюжетов сериалов. Когда выныривала в реальность, меня всегда ждал его жадный и жаркий взгляд.

Мы долго-долго целовались. Слишком долго. На столько, что даже закрылось метро. Было слишком жарко… В смысле жалко расставаться, и я сжалившись приютила его у себя. Кровать у меня одна, пришлось делиться. Но прыгнуть в нее с разбегу не решилась. Спряталаь в ванной и провела там не меньше часа. Уговаривала себя, что ничего не будет, мы просто будем спать. Ну да, под одним одеялом. Но это же ерунда… Уговаривала, но при этом обновила эпиляцию, натерла кожу ароматным маслом и зачем-то даже накрасила губы.

– Ну что за дура? Вот кто спать с липкими губами ложиться? – спрашивая у своего нервного отражения в зеркале, вытираю губы, завязывая пояс на халате потуже и решительно направляясь к выходу из ванной.

Уже почти схватившись за дверную ручку, зависла высчитывая удары бешено колотящегося сердца. Постоянно сбивалась примерно на третьем и никак не могла добраться до счастливых десяти. Ну что я за истеричка. Это же просто секс. Ничего такого. На мягких лапках и чуть дрожа, прокралась к кровати и улеглась на самом краю. От наглых, горячих рук с прохладными колечками на пальцах меня не спас бы ни пояс халата, ни подушка между нами…

Мы пожелали друг другу спокойной ночи и, понятия не имею, о чем думал он, но лично у меня все мысли выветрились из головы. Были только обостренные, кричащие чувства. И, вроде бы понятно же все. Логично. Мы здесь совсем недавно с особой тщательностью обменивались слюной и было ясно, с каким прицелом Артур остался у меня. Закрывшееся метро только предлог, чтобы не говорить вслух. Но он был моим первым, и нервничала я на всю катушку.

Пугалась каждого шороха в квартире. Разозлилась на стукнувшую в окно ветку липы и с возмущенным бормотанием включившийся холодильник. Дрожала. Но я же просто немного продрогла, пока добежала от ванной до теплого одеяла, верно?

Задирающие халат, скользящие вверх по бедру горячие пальцы меня переубедили и заставили дрожать еще сильнее.

– Что здесь за заяц пугливый спрятался? – опаляя дыханием нежную кожу за ушком, шептал Артур.

– Замерзла, – а я, вопреки своему страху, придвинулась ближе, прижимаясь, подставила шею для поцелуев.

Его пальцы двигались по моему телу, будто давным-давно знают каждый изгиб, вмятинку и выпуклость и им не нужна была никакая карта. Он безошибочно находил все самые нежные местечки и сводил с ума распаляя. Халат сбился и ужасно мешался, но все еще держался на одном лишь поясе. Только он один и боролся в этой квартире за мою невинность. Держался как мог, но мне остро хотелось быть ближе с Артуром. Чтобы кожа к коже. Пальцы не справлялись с узлом, а находили себе цели поинтереснее. Невозможно было оторваться от его уже тогда идеального тела. Стальные мышцы, напряженные до предела, восхищали. А горячее желание, впечатляющих размеров, опасно упирающееся в бедро пугало и завораживало.

Мне было немного стыдно за выпирающий животик и объемные бедра, но он так восхищенно на меня смотрел и целовал, что я ни на секунду не могла сомневаться в его искренности.

– Не бойся, Заноза. Я тебя не сожру. Только немного покусаю, потерпи, ладно? Я слишком долго об этом фантазировал, а ты слишком вкусная. Невозможно оторваться, – горячим языком он оставил влажную дорожку на шее и как самый настоящий вампир укусил не сдерживаясь.

Врал. И в этом, гад, врал. Сожрал, конечно. Облизал меня всю, даже про пальчики на ногах не забыл. Их он целовал с особенной нежностью и очень порочно глядя мне в глаза. Заманивая. Обещая. Но мне уже не нужны были уговоры. Я давно превратилась в растаявший мармелад, и даже пояс халата куда-то исчез. Сдался.

Время то ли само тянулось, то ли это Артур его удерживал на месте. Он аккуратно поддел пальцами трусики и отбросил куда-то в темноту квартиры. Я дрожала и хныкала от каждого прикосновения, поцелуя, укуса. Кожа горела, но он и не думал останавливать свои пытки нежностью.

В старших классах девочки без умолку трещали о своем первом опыте. Их показания сходились только в одном. Было больно. Я никак не могла понять, почему можно так восторженно пищать о боли и где в ней получается найти плюсы, но девочки как-то умудрялись, а я не спешила погружаться а пучину в изучения материала. Но в тот первый раз я бы их, возможно, и поняла.

То, как сладко изводил меня Артур, описать сложно. Дрожь от страха, переплавилась в дрожь предвкушения. Кожа горела от поцелуев, засосов, укусов и потертостей от его щетины на бедрах. Это было совсем не про боль. Это была пикантная приправа к самому сладкову в мире десерту. От этого все сильнее разгорался огонь между бедер и растекался по венам, окончательно отключая мозги.

Он играл со мной медленно, почти лениво. “Почти”, потому что я успевала замечать, как все его возбужденные сантиметры угрожающе покачиваются в мою сторону, в то время как его пальцы дразнят. Гладят, мнут, трут, раздвигают ноги и нежные лепестки плоти. Контраст его нежных, теплых рук и редких касаний холодных, царапающих колечек заставляли каждый раз постанывать уже вслух.

– Какая горячая девочка, – шелестящий шепот на ухо заставлял покрыться мурашками, а влажная дорожка поцелуев до груди – прогнуться в спине, открываясь ему еще и еще. – Ты как умудрялась от меня все это прятать? – Артур навис надомной, заглядывая в глаза, спрашивая, но не ожидая ответа. А я просто обняла его ногами, чтобы быть ближе. Конечно, он не отказался от приглашения. Заполнил меня всю до предела одним длинным движением и замер, восхищенно заглядывая в глаза. Сам был на грани. Но как бы сильно ни хотел, все равно был аккуратен.

Боли не было. Она мигнула где-то на переферии и погасла. Растворилась в целом океане наслаждения. Артур толкался в меня жадно, будто ничего не было до и не будет после нас. Я подавалась ему навстречу от нетерпения. Взрыв был такой силы, что весь мир исчез, остались только мы в этой маленькой комнате и одно сорванное дыхание на двоих. Уставшие, мокрые, но не в силах оторваться друг от друга. Я не удержалась и слизнула капельку пота с его виска. Он почему-то зарычал и утащил меня в душ. Для повторения программы…

Как бы я ни сопротивлялась себе, устоять было слишком сложной задачей. Мы стали встречаться чаще. Я спешила скорее закончить работу, но все время отвлекалась на пожирающий меня взгляд. Приходилось начинать сначала.

Сон от меня покинул окончательно. Я была или на учебе или училась дома, работала с озвучкой. Все это в присутствии Артура и с его активным участием, поэтому сосредоточиться не выходило. Мы срывались на поцелуи и разбежаться по углам больше возможности не представлялось.

Я перестала слышать будильники и даже не помнила, как их отключаю. Момент, когда я заснула на парах, был первым звоночком. Я решила, что сон мне все-таки необходим и с ним нужно налаживать отношения, но тогда из графика выпадала работа, а это было совсем плохо. Получив отвратительные оценки в универе и задолжав каналу целых пять серий, я поняла, что срочно нужно что-то менять.

Глава 7

– Я тогда ясно представила, что будет, если родители узнают, что я просела по учебе или, того хуже, могу вылететь. Папулик с мамуликом точно были бы счастливы, но сжирали бы меня день за днем. Не со зла, просто для них нет ничего важнее продолжения династии, а тут я. Яблочко с гнильцой. Ушла вертеть задницей, и даже с этим самостоятельно не справилась, – спрятавшись за кружкой невпопад рассказываю Валентине Петровне о начале наших отношений с Артуром.

Не знаю, какие эмоции выражает ее лицо, я не могу взглянуть ей в глаза, но она очень внимательно слушает. Все, что я вижу краем глаза это то, как она аккуратно складывает салфетку гармошкой, расправляет и складывает обратно.

– С ним было хорошо, но моей главной целью было доучиться. Он злился, но понимал и терпел мою постоянную учебу и работу. Не уговаривал бросать, что добавляло ему баллов. Так что когда удавалось побыть вместе, мы были только вместе, – это чистая правда.

Когда мы оставались наедине, не существовало ни квартиры, ни зимы за окном. Только мы. Я чувствовала губами его любовь, а телом середину мая. Когда в город под прикрытием весны, заглядывает лето. К полудню становится жарко, но все еще можно дышать легко и свободно. Наконец, можно сбросить груз тяжелых курток и доставать босоножки с дальней полки. Но время летит так быстро…

Только-только все смогли дышать после январской салатной комы, как наступила середина февраля. Но, как может быть середина февраля, если уже август? Август? Куда делось лето? Какое лето? Новый год на носу…