Ася Демиденко – Титул: Баба Яга (СИ) (страница 22)

— Ракушка розовая, — пролепетала я, с наслаждением прикрывая глаза и прикладывая холодную ладонь ко лбу.

— Настя, я тебя люблю! — воскликнув Вадим, расцеловал меня в обе щёки.

Ёжкин же дрын!..

***

Отто Мнгама Байнгого брёл в бесконечном океане песка. Солнце нещадно палило над головой одинокого путника. Огромные песчаные дюны вздымались по всей линии горизонта.

Молодой шаман племени Баанту прошлой ночью покинул стены города Багдада. Раскалённые пески и пылающее светило над головой не причиняло охраняемому духами Отто никакого вреда. Впереди его ждал долгий путь домой. На плече африканского колдуна висел большой мешок, конечно, если сравнивать с размерами самого мужчины, то — средних размеров.

Из его головы никак не желал выходить разговор с тем белым человеком. Ещё тогда, у входа в город, этот бледнокожий и его спутники заинтересовали Отто. От всех троих веяло магией. Его несказанно удивило то, что магия была чужда, как и его родным краям, так и этим знойным пустыням. Он такой ещё не ощущал никогда.

Когда при входе в город одного из них схватили воины, который в итоге оказался женщиной, Отто решил воспользоваться двумя другими, зная, что они не бросят свою женщину. Каково ж было удивление молодого шамана, когда этот чужеземный маг переиграл его планы.

До этого план протекал идеально. Отыскав практически всех врагов племени с помощью духов предков, Отто направлялся за последними в Багдад. Внушив всем, что их миссия это украсть любимую канарейку султана для некоего вымышленного Блэкза (просто канарейки — это был единственный факт, о котором было известно Отто), он умело манипулировал ими, шаг за шагом приближаясь к сбору всех виновных. Эта преступная банда бралась за любое дело, за которое обещали заплатить золотом. Как и сейчас, взявшись на грабёж Повелителя знойных Пустынь, так и до этого они взялись за самое гнусное из дел: торговля живым товаром. Напав с небольшим отрядом головорезов среди ночи на спящую деревню, они захватили всё племя Баанту. К тому времени, как они смогли поднять восстание, было распродано не менее третей части населения. Но, к сожалению, главари преступников успели сбежать. И в тот же день, Отто поклявшись перед всем племенем и духами предков, отправился вершить кровную месть. Путь его был долог и утомителен, но собрав в городе Багдаде всех своих врагов, он был готов им отомстить.

В позапрошлую ночь к нему пришёл этот мужчина. Даже будучи "пленником" он чувствовал себя хозяином положения. И сразу признал, кем является Отто. Зайдя тяжёлой поступью под пологом ночи в комнату шамана, он поклонился приложив одну руку к сердцу, в знак уважения, а другую приподняв раскрытой ладонью вперёд, показывая, что он пришёл с миром.

— Приветствую тебя, великий сын племени. Я пришёл предложить тебе договор.

— Приветствую тебя, чужеземец, — Отто повторил движения рук. — Каков договор ты собираешься мне предложить?

— А вот это зависит от того с какой целью ты пришёл сюда, — в темноте сверкнул потусторонний свет глаз ночного визитёра.

— Это дело меня и моего племени и тебя, чужеземец, не касается, — грозно свёл широкие брови шаман.

— Я понял причину твоего здесь присутствия, шаман, — лицо белого мужчины исказилось ироничной усмешкой. — Но раз ты не хочешь его называть, то и я его называть не буду.

— Я слушаю тебя, белокожий колдун, — Отто задумчиво оглядел его.

Темнота окутывала и скрывала пришедшего. Для привыкшего к жаркому климату мужчине, неожиданный холод исходивший от мага был неприятен. Но было понятно, что не добившись своего — он не уйдёт. Поэтому Отто не оставалось ничего, кроме как выслушать его.

— У меня к тебе предложение: помоги мне беспрепятственно попасть во дворец, а я тебе обеспечу свободное покидание города. Я обещаю, что тебя никто больше не увидит. Но у меня есть маленькое условие: мы не будем говорить наших имён и причин.

— А если я откажусь?

Предложение было заманчивым. Для него всё в этом случае складывалось всё просто замечательно. Но какая ж цена отказа?

— В таком случае я буду вынужден тебя убить, а все остальные останутся живы и будут ходить на свободе, — с иронией в голосе проговорил маг.

— Я согласен на твоё предложение! — вспылив, воскликнул Отто. Чужеземный колдун знал, на что давить.

— Я верил в твою благоразумность, — блеснув на последок глазами, белокожий мужчина направился к выходу из комнаты.

— Это всё чтоб спасти ту женщину? — спросил он у удаляющейся широкой спины колдуна.

— Не забывайся, шаман, не забывайся, — во мраке в последний раз полыхнула потустороннее пламя, и пожелавший остаться безымянным маг скрылся в дверном проёме.

Теперь несся тяжёлый мешок, Отто нисколько не жалел, что помог ему проникнуть во дворец султана, отвлекая на себя багдадских воинов. Он выполнил своё обещание: он дал шаману магический шар, с помощью которого шаман смог переместиться из дворца. Духи умерших предков нашептали ему, что это пустыня расположена недалеко от лесов, где властвует его родное племя. Обычно не за кого не переживающий Отто, кроме как за своё племя, сейчас искренне беспокоился смог ли тот колдун вызволить свою женщину. И его очень волновал вопрос: куда же делся маг с волосами цвета солнца? Он не видел его после ночного визита, по всей видимости, его брата.

Сев прямо на раскалённый песок пустыни, мужчина достал бурдюк с холодной водой. Его мучила жажда. Из положенного на землю развязанного мешка выглядывали окровавленные рыжие волосы…

***

— Повелитель, — к гордо восседавшему на арабском скакуне султану, подбежал посыльный. — Почтенный Джахмар отыскал конечный след портала.

— И где они? — гордо глянув орлиным взором на солдата, спросил Великий Султан.

— На северном берегу Арэльского моря, о Великий Султан, — склонив колено, ответил солдат.

— Передай генералу, что выступаем сейчас же!

Через час случайный бедуин мог наблюдать длинный караван из верблюдов и лошадей. В его главе на породистом коне вышагивал сам султан.

***

Ёжкин же дрын! Нельзя ж такими словами разбрасываться, когда ко мне в гости пришёл товарищ Бодун! От такого заявления мой язык, показалось, присох к нёбу. Ловя воздух, как форель на прилавке, я пыталась мысленно решить этот ребус. С какой это стати он меня так неожиданно возлюбил? А? Но от сердца тут же отлегло, как только я заметила, с каким фанатичным взглядом, Вадим удерживал в руках яйцо. Поседею я с ним когда-нибудь! Вот же… Кощей!

— Так, где же мы всё-таки это яйцо взяли? — задумчиво проговорила Катька, чухая жёлтой перепончатой лапкой затылок.

— Ой, Кать, лучше тебе не знать, — сморщившись, прогудела я.

Кощеев мне этих не хватало будто бы, с Золотой Рыбкой связалась. А она у нас кто? Правильно, Владычица Морская. Что-то мне прямо таки "везёт" в последнее время на сильных мира сего. То Кощеи эти чёртовы, то султан этот мудак (этот эпитет был ему приписан лично Катей), то теперь Рыбка эта. С кем там мы ещё по идее встретимся? С амазонкой главной? Ещё в замок какой-то пилить. А я не хочу. Я домой хочу! Домой, к Баюнчику прожорливому, к домовым хозяйственным, к Кикиморе, к Лёшке-паршивцу и даже к этим алкоголикам: Лешему, Водяному и Соловью. А ещё лучше к мамочке с папочкой!

— О-о-о, — я напомнила, что я как бы жива ещё. — Помираю… Слушайте мою последнюю волю. Катя, тебе за то, что была со мной до последней минуты моей такой короткой несчастной жизни, завещаю Баюна. Корми и лелей его, только икру не вздумай ему давать, — сказала я, удерживая в своей "холодеющей" ладони крохотную мокрую лягушачью лапку. — Тебе, Костя, за то, что не давал своему братцу прикончить меня ещё раньше, оставляю гусей-лебедей. Живность исполнительная и ответственная, грузоподъёмность высокая. А вам, Ваше Царское Высочество, Кощей Вадимир, завещаю…

— Вряд ли получится, — хмыкнул Вадим. — Я ж практически бессмертный.

В тот момент я размечтавшись зло думала: "Лечь со мной в соседнюю могилу!". Спустя буквально несколько мгновений я с удивлением отметила, что похмелье-то пропало. Бац, и в голове ясно, ничего не болит, желудок в космос не порывается! Э-э-э, так не честно, я хотела ещё помирать немного (ага, так меня туда папа и пустил бы). Я ж не просила меня пока лечить!

— Какая ж ты логичная девица всё-таки, — как-то подозрительно нейтрально произнёс Вадим, растягиваясь на песке и закидывая руки за голову.

Я совершенно не преднамеренно подвисла, рассматривая молодого Кощея. Меня не покидало какое-то странное ощущение, когда он рядом. Весь его вид, по идее, должен внушать если не ужас, то трепет, неловкость, восхищение, подсознательный страх, прямо мороз по коже. Ничего не хочу сказать, он красив, даже очень. Только красота эта — завораживающе-жуткая. Смуглая и в то же время с какой-то холодной бледностью кожа (не знаю даже как это можно объяснить), вороной цвет коротких волос, бугрящееся мышцами тело заставляет лезть в голову всякие неприличные мысли… Да, тьфу! Опять меня не туда несёт! Интересно, это только меня уносит? Тьфу, срам-то какой! Я с ним не только скоро поседею, но и в ближайшем времени переквалифицируюь из Бабы Яги в извращенку, ли, что ещё хуже — в нимфоманку. На чём я там остановилась? Ах, да… Идеальное лицо, такого просто не может быть у обычного человека или среднестатистической нечисти (только, возможно, у бесов, но Вадим не бес — это я вам как эксперт по бесам говорю), высокие скулы, заострённые черты, мужественный подбородок, не заросшие брови (авторитетно заявляю, что заросшие брови, по неизвестным причинам, являются отличительной чертой темноволосых мужчин), прямой нос. Но… Когда он рядом, я не ощущаю ни капли страха. На душе так спокойно. Стоит взглянуть в эти острые шоколадные глаза, как внутри разливается тепло несравнимое ни с чем. Будто что-то очень знакомое и такое родное касается сердца. Ощущение такое, что хочется взлететь над землёй и парить, парить. У меня похожее чувство было, когда я спустя аж пол года смогла увидеть маму, ну, или когда-то при температуре всего семь градусов я обнялась с батареей. Знаете, как вдохновляет? Что это за ощущения вообще? Сердце колотится, готовое выскочить наружу, а ладошки мокреют. Не, надо будет по возвращению домой в Книге раскопать похожие симптомы, а то нельзя пускать такие заболевания на самотёк. А вдруг это вообще заразно?!