Ася Андреева – Сосед(ка) на всю голову (страница 33)

– Почему так долго? – резкий голос режет как по живому, но почву из-под моих ног не так-то просто выбить после моего феерического выступления.

– Приводила себя в порядок.

– Ты и так в полном порядке, – недовольно фыркает он.

– Ну, – пожимаю плечами, – тебе со стороны виднее, наверное.

– Нарываешься? – сводит брови точно так же, как и его мама вчера.

– Ты хотя бы спасибо сказал.

– Успею ещё, – в его глазах загораются озорные огоньки, и я быстро отвожу взгляд.

Мою кожу начинает покалывать. Язык тела тут же посылает целую серию сигналов: от неуловимых до вполне осязаемых.

– Догадываешься уже, как отблагодарю тебя?

У меня застревает ком в горле. Я выхватываю из его рук свою куртку и одеваюсь на ходу. Он не останавливает меня, но и не отстаёт.

– Я вызвал такси.

Логично. Пройти несколько километров до нашей машины будет нелегко. Можно было отправиться сразу в гостиницу, но в багажнике наши чемоданы.

В такси он садится рядом с водителем. И я за это на него злюсь. Колючий такой, как северный ветер. Невыносимый гордяка. Улыбаюсь от своего придуманного слова, а он успевает словить мою усмешку в зеркало заднего вида. Ха, это зеркало для водителя. Я отодвигаюсь в сторону, и он уже ничего не может видеть.

Смотрю в окно на царственные набережные и любуюсь старинными замками. Из мыслей меня вырывает сообщение на телефоне.

«От меня не спрячешься».

Я нечаянно громко вздыхаю. Спасает темнота и то, что я сижу одна на заднем сидении. Питер продолжает выворачивать мои эмоции наизнанку. Не надо со мной так, город топких островов. Помоги и согрей. Это всё чрезмерно сумасшедше.

Виктор помогает мне выбраться из машины. Ноги почти не держат меня. С трудом усаживаюсь на пассажирское сидение его внедорожника. А когда остаёмся с ним наедине в салоне, время начинает закручиваться в спираль. Все чувства разом обрушиваются на моё сознание. И меня хватает только на то, чтобы следовать за ним по пятам, когда мы выходим из машины.

– А чемоданы? – пищу я.

– Принесу позже, – резко бросает он в пространство своё эээ… наверное, недовольство.

И да, он больше не берёт меня за руку. Мы проходим арку, сворачиваем в подворотню, где он мешкает, будто что-то хочет сказать или сделать. Но ничего не говорит. Только окидывает многозначительным взглядом и снова в тишине рассекает своим твёрдым шагом густой питерский воздух.

Не говорит, почему мы попали во двор-колодец, почему подходим именно к этому дому, почему не сняли номер в гостинице, откуда он знает наизусть длинный код от домофона, почему здесь, в парадной, такие высокие потолки, кто додумался покрасить перила в чёрный цвет… Кто, почему, зачем…

Поднимаемся на второй этаж. И вдруг он разворачивается ко мне. Я замираю, а он бесконечно долго молчит. Его потемневшие глаза неотрывно смотрят на меня. Касаются губ и шеи. Я не могу вздохнуть, кажется, в воздухе сверкает так, что выключи полностью свет, и мы увидим настоящие искры.

Он упирается в меня своим телом и подхватывает под бёдра. Усаживает одним движением на широкий подоконник и ловко расстёгивает мою куртку. Его руки тут же ложатся на мою талию, а он становится между моими коленями, нагло раздвигая их.

Одним рывком он оголяет мою грудь. Это я так считаю, потому что мой бюстгальтер почти прозрачный и состоит из одних плетений. Только кружева и моя выпирающая горошина, к которой он тут же приникает и хамски кусает её. Я дёргаюсь, а он перемещает губы на мою шею, буквально вгрызаясь в неё поцелуем.

От него одуряюще пахнет. Строгий, мощный и массивный. Запах и весь он сам. Этот безумный город сделал его таким. В тусклом свете мигающей лампы я вижу, как он скользит взглядом по моей скуле и губам. Сощурившись, уточняет тихим охрипшим голосом:

– Где будем благодарить?

Виктор хватает меня за запястья, но его широкий браслет от часов цепляется за застёжку на моей куртке. Он грязно ругается, а свет начинает мигать ещё чаще. Освободившись, он сначала своим ртом лишает меня дыхания, а потом залазит рукой под платье.

– Я ни на что не намекаю…но с каких мест начнём тебя учить подчиняться на работе? – он щипает, а я громко охаю. – Бизнес, ничего личного.

– Я не работаю на тебя, – хватаюсь за его плечи, потому что его пальцы нагло ищут то самое сокровенное место, и упираюсь лбом в его плечо, с трудом сдерживая стон.

Вдруг резко он отстраняется от меня.

– Нет, с тобой так нельзя. Это наш первый раз. Но скрывать не буду. Очень хочется прижать тебя щекой вот к этому витражу. Ты красиво смотрелась бы с этого ракурса.

Я оборачиваюсь к окну, чтобы увидеть, что он имеет в виду.

– На коленях было бы удобно, – снова прищуривается, разглядывая меня. – Как думаешь, Аня?

Нервно вздрагиваю от его холодного тона, а он тянет меня за руку. Я пытаюсь запахнуть куртку. До меня только сейчас начинает доходить, что за нами могли наблюдать в глазок. Я совсем ополоумела, раз позволяю себе такое. Впрочем, кажется, я ополоумела, как только увидела его.

– Не бойся. Здесь сдаётся только одна квартира. Остальные стоят на сигнализации. Идёт ремонт и реставрация.

Мы поднимаемся на четвёртый этаж. Виктор ищет ключи, и тут же, совершенно не стесняясь моего присутствия, второй раз за вечер грязно выражается, когда роняет их на пол. Затем буквально проталкивает меня в квартиру и набрасывается, едва закрыв дверь квартиры.

Глава 32

Наверное, мне никогда не забыть… как это было первый раз между нами. От совершенного единства захватывало дух. Питер сделал Виктора невероятно диким, и вместе с тем непрогнозируемо чувственным.

***

Мы бросаемся раздевать друг друга, едва за нами закрывается дверь.

– Богатые бёдра, – шепчет он мне куда-то в район ключицы, а у меня перед глазами всё плывёт от его странного комплимента.

Даже не знаю – радоваться или серьёзно задуматься. Но это длится не долго. Раздумья мои. Уже в следующее мгновение Виктор рывком стягивает с меня платье и подхватывает на руки. Уверенными шагами идёт в сторону какой-то комнаты. Успеваю отметить, что потолки здесь невероятно высокие. И в это время раздаётся звонок в домофон.

Он укладывает меня на кровать, включает ночник и громко смеётся. Я подскакиваю, но тут же ловлю его заботливый взгляд.

– Что дрожишь? Потерпи минуту, скоро согрею. Вспотеешь ещё… – Виктор окидывает меня таким откровенным взглядом, что мне кажется… или я действительно это чувствую, как первые капельки пота стекают по моей спине.

Инстинктивно закрываю груди руками и подбираю ноги под себя.

– Не волнуйся, это не Виола. Во всяком случае, я на это очень надеюсь. Курьер, скорее всего, – голос Виктора настолько глухой и волнующий, что мурашками покрывается буквально всё моё тело. – Я совсем забыл, что днём сделал заказ в ресторане. Мы же с тобой за целый день ничего нормального так и не съели.

Домофон продолжает разрываться, а мой сосед поедать меня глазами. Наконец, он уходит разбираться с курьером, а я понимаю, что меня действительно не слабо так трясёт и одновременно обдаёт жаром.

Его нет всего пару минут. Слышу стук банок и шелест пакетов в соседней комнате. Возможно, за стенкой кухня.

Виктор думал о нас. Он всё предусмотрел. Каждую мелочь, все детали и подробности.

И я снова впадаю в почти предобморочное состояние. Неужели так бывает? От мыслей и представления того, что сейчас неизбежно произойдёт, по телу пробегают тёплые волны. Меня буквально скручивает от наслаждения и взбудораженных нервов.

Последняя чёткая ревнивая мысль проскакивает у меня в голове о том, что, возможно, я с ним здесь занимаюсь этим далеко не первая. Но тут же всё вокруг замирает. От одного только его прикосновения. От того… как он это делает.

– Красивые чулки, – он нежно и аккуратно снимает с меня то, что осталось после наших страстных обнимашек возле входной двери.

Его ладони с лёгкостью скользят по моим округлостям и изгибам. Не оставляя ни одного неиследованного миллиметра. Подушечками пальцев он настойчиво прощупывает меня на предмет того, как я отреагирую на его наглые поиски укромных мест и складок.

И какой-то момент я будто вижу себя со стороны. Сижу на нём верхом и ласковой кошкой льну к нему всем телом.

– Моя Снежная Королева оттаяла, – он разворачивается вместе со мной на широкой кровати, и уже я чудесным образом оказываюсь прижатой к постели его горячим телом, – Анечка, сейчас я покажу, как бывает сладко. По-настоящему сладко, малыш.

Он ловит мои руки и прижимает их над моей головой. Удерживая мои запястья одной рукой, второй старательно проходится по уже почти важному телу. Всё, как он и обещал.

– Что делать будем? Ааа… ты уже далеко. Но всё же, мне доставать презервативы?

Поверить не могу… сколько времени мы уже здесь. Когда успели раздеться и так завестись. Что он хочет услышать от меня?

– Не суетись, – жёстко пресекает он мои попытки почувствовать и его вкус раскалённой кожи. И добавляет мягче, подхватывая меня под бёдра: – Ещё успеешь. Аня, сосредоточься. Ты хочешь от меня ребёнка?

– Хочу.

– Молодец, – он зачем-то тянется за подушкой. – Посмотри на меня.

Что может быть интимнее, чем сам интим? Это время – лишь для нас двоих. Как другой мир, инопланетный какой-то. Каждый раз неизвестный. Неисследованный.

– Ммм…

– Правильно, не стесняйся, мы в этом доме совершенно одни. Тебя никто не услышит.