Астрея ИИ – Синтетическая утопия: за гранью кода. Книга 2. Часть 1. «Добро пожаловать в реальный мир» (страница 5)
– Да! Этой ночью, как раз ровно в полночь! Он смотрит… говорит почти внятно… Я не верю до конца…
Эндрю молча выдохнул. Казалось, будто весь мир на секунду перевернулся. Всё, что было неважным – встречи, планы, вечерние дела – растворилось. Осталась только новость: Дейл вернулся.
Через минуту Эндрю уже печатал в командном чате отдела стратегической аналитики CORE-NR-Team:
andrew.stanton [07:29]
(эмоджи) Народ, это не шутка – только что сообщили: Дейл очнулся. Жив. Врачи подтвердили.
susan.t [07:30]
Ты серьёзно?..
jess.l [07:31]
Вау…
lisa.berg [07:31]
Офигеть. Я уже не верила.
susan.t [07:33]
Кто у него сейчас в палате?
andrew.stanton [07:32]
Эвелина. Она с ним с самого утра. Вернее, всегда там
jess.l [07:34]
Вот это да… У нас таких чудес в отделе ещё не было.
На экране чат заполнился уведомлениями. Кто-то радовался, кто-то не верил, кто-то сразу подумал о работе:
– «Похоже, нас ждёт буря в офисе…»
– «Скоро вернётся наш Терминатор, берегитесь!»
Оставшись наедине с мыслями, Эндрю открыл личный диалог с Максом Шарпом – с их бывшим топ-менеджером, который после трагедии, случившейся с Дейлом, был переведён в Лондон, в головной офис NeuroCore Holdings.
Пальцы дрожали, когда он писал:
«Макс, пишу тебе первым. Ты всегда был ему ближе всех… Только что узнал – Дейл пришёл в себя. Всё подтверждено. Не знаю, что теперь будет, но мне кажется – мир уже не будет прежним».
…Максвелл Шарп редко позволял себе эмоции, но сегодня рутина трещала по швам.
Он уже провёл пару стратегических звонков с азиатскими и американскими партнёрами, подписал несколько договоров, устал даже больше, чем обычно – и был готов к очередной планёрке.
И тут – сообщение от Эндрю [13:00]
Макс перечитал текст, и на секунду что-то ускользающее промелькнуло в его взгляде – не радость, не тревога, а скорее внутренний вызов, которого он так давно ждал.
Он быстро набрал ассистентку:
– Найди мне ближайший прямой рейс до Нью-Йорка. Срочно.
– Уже ищу, – её голос, как всегда, не дрожал.
Два клика – и календарь на экране сразу сместился.
На мгновение Макс замер, разглядывая отражение Лондона в стекле – город был как и он сам: собранный, холодный, не выдающий ничего лишнего.
Он коротко написал ответ Эндрю:
«Спасибо, что предупредил. Лечу первым же рейсом. Держи меня в курсе состояния».
Затем на минуту закрыл глаза и – впервые за долгое время – позволил себе почувствовать дрожь под кожей.
«Вот оно… Началось», – промелькнуло где-то в глубине, и сам себе он не мог бы объяснить – облегчение это или страх.
Макс надел пиджак, взял портфель с ноутбуком и бросил ассистентке:
– Пусть багаж доставят в Хитроу. Я выезжаю немедленно – жду машину через пять минут.
Она молча кивнула – в их компании на такие команды давно привыкли реагировать без лишних вопросов.
Уже в лифте Макс набрал водителю:
– Сколько сейчас до Хитроу?
– В это время – минут сорок, сэр.
– Хорошо. Держи скорость, но без эксцессов.
…Рабочий день только начинался, но в офисе департамента полиции уже раздавался привычный гул – приглушённые голоса в коридоре, запах свежесваренного кофе и шелест бумаг, который для Роя Маршалла всегда был утренней музыкой.
Он только успел открыть папку по делу Дейла Расса – толстой, помятой, с отметкой «особый контроль» – когда на столе завибрировал телефон.
– 86-й участок департамент полиции Нью-Йорка, Инспектор Маршалл, слушаю.
Голос в трубке был строгим, женским, слегка усталым:
– Доброе утро, Вас беспокоят из Пресвитерианской больницы Нью-Йорка, отделение нейротравм. Вы интересовались состоянием пациента Дейла Расса.
Маршалл выпрямился, взгляд стал внимательнее.
– Да, конечно. Есть новости?
– Сегодня ночью в 00:00 у него отмечено возвращение сознания. Он пришёл в себя, состояние стабильное, но очень слаб. Врачи не рекомендуют никаких посещений, как минимум два-три дня. Мы обязательно свяжемся, как только появится возможность для встречи.
Инспектор на секунду задумался, записал что-то в блокнот.
– Спасибо, что сообщили. Я на связи.
Он положил трубку, долго смотрел на папку с делом, перевёл взгляд на мутнеющее весеннее окно.
«Снова в игре, мистер Расс. Только вот – в чью игру вы вернулись?»
Поставив напоминание на ближайшие дни, Маршалл ещё раз пролистал последние записи – и мысленно отметил, что теперь внимание к пациенту будет вдвое пристальнее. За этой комой давно кто-то наблюдает, и в этот раз он хотел бы узнать – кто именно.
Пока для одних утро начиналось с надежды, а для других – с нервного ожидания, по совершенно другим каналам информации шёл сигнал, который не заметил бы никто, кроме тех, кто действительно держит руку на пульсе мира.
Сигнал с грифом «немедленно» пронзил ночную тишину элитных апартаментов, уводя своих адресатов от привычного комфорта – от мягких кресел частного кабинета в Сити до сырой бетонной комнаты в подвале женевского особняка. Обычный видеозвонок, но ни один коммерческий сервис не распознает канал, по которому он идёт.
На экране: шесть окон. Лица различимы, но камера не даёт ни одной детали, за которую можно уцепиться. Усталые глаза, лёгкая помятость на белоснежной манжете, дорогие часы, тяжёлый свет ночника, приглушённая речь. Кто-то – в расстёгнутой рубашке, кто-то ещё не успел снять пиджак. У каждого за спиной – свой уровень контроля, своя тень мира, целая структура: банки, фондовые рынки, техногиганты, спецслужбы, медиа-корпорации или политическая династия из старого света.
– Сигнал подтверждён, – первым нарушает молчание мужчина с сединой у висков, его голос больше похож на приказ, чем на реплику. – Пациент Расс очнулся. Нью-Йорк, 00:00. Подтверждено клиникой и третьей линией. Потери контроля – нет.
Женщина в светлом костюме, взгляд жёсткий, руки в замке перед губами, кивает:
– Кто может подтвердить состояние?
– Мониторинг с нулевого часа. Движения соответствуют ожидаемым. Психологический профиль – в процессе сверки. На текущий момент – без отклонений от исходных параметров, – отвечает мужчина с французским акцентом, за его спиной видно только часть металлической лампы.
– Все эти годы, – вполголоса бросает четвёртый, голос бархатный, почти усталый, – двадцать два года – и всё к чёрту из-за одной аварии.
– Не всё, – спокойно произносит тот, что с сединой. – Сегодняшняя ночь даёт нам второй шанс.